Стальной рыцарь 3 - Алексей Рудольфович Свадковский

— Три прямых попадания, пять близких — это на разрыв, на расстоянии до пяти метров от цели. Щит ты вынес вчистую. Это на расстоянии до двух километров, после трех там попадание одно и три близких разрыва. Что тоже весьма неплохо в условиях постоянного маневрирования. Всего потрачено тридцать зарядов. Полбоекомплекта. Но тебе и одного прямого бронебойным хватит для победы. Так что пока придерживаемся первоначального плана: скорость, маневренность и беспрерывная стрельба.

Я кивнул, соглашаясь с планом.

— Тогда час отдыха, — предложил майор, — и потом приступим к маневрированию. Сейчас на позиции выкатят еще два орудия, — он ткнул в сторону бетонных бункеров, откуда по мне вели стрельбу артиллеристы. — Немного усложним тебе задачу — будешь работать на дальней дистанции под вражеским огнем.

— Против целой артиллерийской батареи? — удивленно спросил я.

— Им тоже нужно оттачивать навыки, — пожал плечами майор. — Так что совместим приятное с полезным.

Чувствую, что вмятин на Зевсе после этой тренировки прибавится. Но тем интереснее посмотреть, что из этого выйдет.

Вечером того же дня

Дверца машины аккуратно хлопнула, впуская в салон автомобиля еще одного пассажира. Дождавшись, когда закроется дверца, водитель тронул машину, стремясь отъехать подальше от любопытных глаз. Майор Салябин облегченно выдохнул, расслабившись — вырваться из части в эти дни было особенно непросто. Расстегнув пальто, он достал из внутреннего кармана толстый бумажный конверт:

— Здесь все, — негромко сказал он своему собеседнику. — Тактический план на бой, график тренировок, результаты стрельб и оценочный уровень мастерства пилота.

Его собеседник быстро просматривал листки с цифрами, и по его лицу майор видел, насколько они ему не нравятся, и понимал отчего. Столь длинное отсутствие тренировок плюс длительное пребывание в Каменогорье неизбежно должно было сказаться на мастерстве и уровне пилота. Плюс Соболев жрал там неизвестно какую дрянь, что могло сказаться на силе дара. Но тут… Это почти никак не сказалось. Скорее, наоборот — выдержал две интенсивные тренировки с полной выкладкой, практически не выдохшись. Это было поразительно. Да и результаты стрельбы были весьма высоки, даже несмотря на то, что он проходил обучение до этого на «Носороге». Глазомер у парня был что надо, как и чувство боя. Сегодняшний обстрел из трех орудий, где весьма опытные расчеты смогли добиться лишь пяти попаданий, выпустив больше сотни снарядов, весьма впечатлял.

— Серьезный противник. — Личный секретарь барона Кисельбаха прикрыл глаза, понимая, что Генриху будет весьма непросто. И все же с этими бумагами его шансы стали намного выше, чем без них.

— Ваши рекомендации, майор? — уточнил он то, чего здесь нет, коснувшись рукой бумаг.

— Лучше не затягивать, — чуть подумав, ответил тот. — Выносливость у Соболева колоссальная. Не знаю, что он там жрал в Каменогорье, или у него от природы столь сильный дар, но лучше до истощения бой не доводить. Здесь я набросал схему, — он ткнул в карту, — куда он начнет двигаться согласно выстроенному мной с ним рисунку боя. Нужно перехватить его здесь, не дав возможности ему оторваться и уйти на дальнюю дистанцию. Потому что там… — Майор качнул головой, и без слов дав понять, что в шансы барона он не слишком верит.

— Я вас понял, — кивнул секретарь и полез в карман своего сюртука. Толстый сверток перекочевал в руки майора. Быстро раскрыв его, тот увидел пачку ассигнаций и начал их торопливо пересчитывать.

— Можете не считать, — брезгливо остановил его секретарь. — Три тысячи, как мы и договаривались, плюс ваши векселя. Думаю, в будущем вам следует более осторожно делать ставки на бегах.

— Разберусь сам, — буркнул майор, торопливо заканчивая считать деньги. Наконец-то он сможет раздать часть долгов в полку, вернуть ссуду в кассу взаимопомощи и рассчитаться в гарнизонной лавке, где уже перестали отпускать ему в долг. Прости, Ваня, что за все это пришлось расплачиваться твоей головой. Если бы не векселя, что лежали сейчас в конверте, которыми его и прижал барон, хрен бы у них что вышло.

Выйдя из машины, он хотел направиться в часть — наконец можно сбросить с себя удушающее ярмо долгов. Но что, если деньги лежали в кармане вместе с векселями? Будучи штабистом, он привык все рассчитывать наперед: анализ ситуации, просчет итогов — чистая математика. Цифры почему-то не работали на ипподроме. И те, кто по всем расчетам должны были прийти первыми, приходили вторыми или третьими. Но здесь он ведь не рискует ничем. Бой через три дня. Его исход полностью предсказан его же действиями, а не в руках фортуны. Сослуживцы еще немного подождут, а он сможет удвоить свои деньги. Ставки на победу Кисельбаха сейчас — один к двум, после того как букмекеры узнали тип меха Вани. А шесть тысяч — это всегда лучше, чем три.

Решившись, он снова направился в сторону нелегального игрового дома, мысленно про себя улыбаясь и даже напевая что-то веселое себе под нос.

Глава 5

Глава 5

А сегодня здесь многолюдно. Из кабины меха мне было хорошо видно стоянку машин перед нашей академией, заполненную целиком. Дорогущие «Паккарды», «Линкольны» и даже «Роллс-Ройсы» теснились на ней. На нашу дуэль с Генрихом, похоже, собрался поглазеть весь Новосибирск. Интересно, Куропаткин билеты хоть не начал продавать на это сражение? А то с него станется.

Так, спокойно, Вань, не отвлекайся. Еще не хватало тебе смять какую-то из этих дорогих железяк мехом. Так, осторожно шаг вперед, затем еще, пройти ворота, и вот я уже на территории части. Затем привычным маршрутом на полигон. Сколько раз я по этой дороге следовал мимо боксов с мехами, в одном из которых замер и мой «Носорог», наконец-то прибывший из Германии. Нужно разобраться поскорее с бароном и к нему, родному. Вот только как вытащить все спрятанное внутри…

Об этом нужно хорошо подумать, как и о том, как потом вывести это с территории части и куда деть. Главное, чтобы это «потом» было. Что-то я мандражирую немного… Так, спокойнее, Вань. Это просто бой. Еще один. И в него ты идешь не на древней развалюхе, не зная, что тебя ждет впереди, а на боевом мехе, не уступающем ни по силе, ни по мощи врагу. В тебя даже букмекеры верят больше, чем в барона. Так что посмотрим, кто кого.

Мой мех замер на краю полигона напротив меха Кисельбаха. В центре между нами замер судья, наблюдающий за ходом поединка. По взмаху его руки я остановил мех, а после открыл кабину пилота и начал спускаться к нему. Генрих уже стоял внизу, явно дожидаясь меня. Неприязненный взгляд,