Хродир Две Секиры - Егор Большаков

– Отлично, – кивнул рикс, – идешь вместе со мной и Ремулом. Стадо оставишь в обозе, своих помощниц можешь взять с собой.

Востен сел на место.

– Ульнар и Секст Наний, – рикс посмотрел на двух сидевших за дальним от него концом стола людей, – тоже едете в моей свите. Наний, сегодня до конца дня рисуешь карту Теронгенланда по описанию Ульнара. В самом походе будешь ее дорисовывать. Желательно, чтобы все селения теронгов оказались на этой карте, и обязательно, чтобы там оказались селения, что найдут волколаки. Ульнар, поможешь в Теронгхусене и Теронгхафне с поисками сокровищ Стригульда – ты же должен знать, где они?

– Про часть – точно знаю, – поднялся со скамьи купец, – про другие догадываюсь.

– Вот и отлично, – сказал рикс, – вроде всё обсудили.

– Погоди, – поднялась с места Фертейя, – а я?

– А для тебя, жена, у меня особая роль, – вздохнул Хродир.

Глава 37. Хродир. Наступление

Утром Хродир и Ремул в компании Востена взяли жертвенную овцу, деревянный таз и ритуальный нож, и ушли в Священную Рощу – Востену там отчего-то лучше удавался колдовской крофт. Хродир, первый раз смотревший сквозь «Взор дождя», испытал настоящий восторг. Хартан не обманул – Хродир увидел высадку тарутенов на берег Тарара у деревни, которая, как он знал, называется Суденуфер. Можно было выступать в поход.

Хальнар отбыл к своим рафарам сразу после Совета, и, скорее всего, сейчас уже был на месте, чтобы выступить вечером. С собой Хальнар вел небольшой – два десятка – отряд волколаков, который должен был помогать ему с разведкой.

Такой же отряд взял с собой и Гронтар – только он отбыл поздней ночью, ведя за собой хорошо знакомую ему сотню сарпесков-дружинников и целую тысячу сарпесских ополченцев.

Выход основного отряда под командованием Хродира и Ремула был назначен на полдень. До этого времени предстояло совершить крайне важное дело – жертвоприношение Сегвару перед всем войском. Таветы были согласны в том, что чем меньше времени проходит от жертвы Сегвару до выхода войска в поход, тем лучше. В Священной роще Марегенбурга, перед изваянием Сегвара, закололи невиданную тут ранее жертву – трех могучих быков трех цветов: рыжего, белого и черного, в честь трех детей Дарующего Победу. Стоило лишь последнему быку пасть под ножом Востена, исполнявшего роль главного жреца этого ритуала, как с далекого восточного горизонта, несмотря на ясное небо, донесся громовой раскат. «Сухая гроза» – без дождя, а часто и без туч – не была редкостью для конца лета в Таветике, но столь явный знак вызвал тысячеголосую «Славу» всего огромного воинства, стоящего на поле у Марегенбурга.

Пока свершалась жертва, неспешно выступил в поход первый из отрядов – волколаки Харр. Сама Харр осталась с Хродиром и его свитой – передовые разведчики были готовы докладывать только ей, весьма холодно относясь к человеческим союзникам.

Фертейя с Хадмиром вместе выезжали в Сарпесхусен – на этом настояла сама фрурикса, остающаяся, как и предписывало Таво, хозяйкой всех земель под риксратом мужа, пока тот находится в походе. О чем Фертейя и Хродир говорили ночью, знали лишь они сами, но сейчас обычно страстная и горячая Фертейя была на удивление сдержанной и величественной – самим воплощением Небесной Хозяйки Очага.

В полдень началось выдвижение. Передовым отрядом колонны вышли сотни дружины вопернов, и сам Уртан занял место во второй сотне, дабы иметь время для принятия решений, если враг встретится прямо на дороге. Хундрарикс Скатир находился при Уртане, готовый в любой момент отправиться на указанное командиром дружины направление, дабы принять самостоятельное командование сотней или несколькими сотнями – Уртан знал способности родича и доверял ему.

Вслед за вопернской дружиной место в колонне занял Хродир со свитой; в свите были Ремул, Харр, Востен, Ильстан, Ульнар и Наний. Тут же шла и сотня сарпесской дружины – личный резерв рикса, и все имеющиеся Красные Сыны.

Востена, впервые за все походы, сопровождали две молодые помощницы, которых колдун заприметил еще месяц назад среди покоренных марегов – Тана и Ультена, сёстры-погодки. Девушки были дочерьми лесной ведьмы, отчего их побаивались и не принимали даже соплеменники-мареги, зато оценил немолодой колдун. У девушек было то, что сам Востен называл «хорошим потенциалом», но эти слова почему-то понимал только Ремул – для остальных таветов Тана и Ультена были «ведьминым отродьем», опасными, наполовину иномировыми существами, гораздо хуже той же Харр. Девушки были не то, чтобы дики, но молчаливы – говорили только друг с другом и с Востеном, на котрого смотрели со смесью неприкрытого страха, уважения и восхищения, будто на воплощенного в смертном теле Бога. Других людей ведьмины дочери сторонились, при окликах искоса бросая на них быстрые злобные взгляды из-под густых бровей – впрочем, таветы вели себя по отношению к помощницам Востена точно так же. Особенно неприязненно к девушкам относились, правда, не люди, а Харр, и отчего-то возникало впечатление, что ульфрикса ревнует, хотя она почти никогда не выражала открыто каких-либо чувств к Востену, если не считать таким выражением несерьезный, похожий на игру флирт. Но ровно так же несерьезно Харр играла во флирт и с Хродиром, когда Фертейи не было рядом.

За отрядом Хродира, растянувшись на добрых два часа пути, плелся пестрый хвост: обозные повозки перемешались с отрядами ополченцев-вопернов и сарпесков. Эту нестройную процессию Ремул наблюдал с нескрываемым раздражением – она решительно не вписывалась в ферранские каноны воинского порядка.

Ферран ворчал про себя, припоминая, что и на Утганов Холм, и под Вопернхусен войско Хродира двигалось «как положено»: обоз отдельно, ополчение отдельно. Но сейчас, когда поход казался серьезнее, а враг – опаснее, все смешалось в каком-то варварском беспорядке. Колонну формировал Хродир, а обозом верховодила Хелена. Не выдержав, Ремул обратился к ним с вопросом: что, собственно, происходит?

Хродир привел две причины. Во-первых, обоз был сборным, сарпесско-вопернским, и каждая повозка принадлежала конкретному селению, выставившему и своих ратников. Логично, что ополченцы и их имущество должны были идти рядом. А во-вторых, учитывая общий план – использовать отдельные отряды для нападений на теронгские селения в стороне от главной дороги – такое построение было разумным. Каждый отряд уже имел при себе свой небольшой обоз, что избавляло от потери времени на перегруппировки.

Выслушав, Хродир в свою очередь спросил