Волшебники, богохульники, еретики в сетях российского сыска XVIII века - Елена Борисовна Смилянская

о «Службе кабаку» в комплексе документов о богохульстве и кощунстве) // ТОДРЛ. Т. 45. СПб., 1992. С. 435–438.

715

Ромодановская Е. К. «Служба кабаку» перед церковным судом XVIII века // Общественное сознание, книжность, литература периода феодализма. Новосибирск, 1990. С. 191. Об этом деле см. также: Пихоя Р. Г. Общественно-политическая мысль трудящихся Урала (конец XVII–XVIII вв.). Свердловск, 1987. С. 187–189.

716

Ромодановская Е. К. «Служба кабаку» перед церковным судом. С. 195.

717

Там же. С. 193.

718

Там же. С. 190–191.

719

Очевидно, что для восприятия всех нюансов «смехового» эффекта «Службы кабаку» читатель должен был быть знаком не только с кругом текстов вседневных и праздничных служб (службы мученику), но и церковно-учительной литературы. По наблюдениям О. С. Сапожниковой (Стафеевой, Финченко), «повествование в «Службе кабаку» ведется как бы на двух языках: на языке христианского проповедника <...> и на языке представителя народной культуры». — Стафеева О. С. Народная обрядовая символика и мифологические представления в поэтике «Службы кабаку» // ТОДРЛ. T. XLIX. СПб., 1996. С. 133–140; Финченко О. С. «Служба кабаку» и традиции учительной литературы (к постановке проблемы) // Источники по истории народной культуры Севера. Межвузовский сборник. Сыктывкар, 1991. С. 42–47.

720

«Житие Андрея Критского» было описано при обыске как «весьма ложное якобы слышанное от голубей речи о рождении его, и будто он отца убиет и матерь возьмет в жену, растлит в монастыре триста стариц плотским похотением и прочия бредни на трех с половиною листах» (Описание документов и дел, хранящихся в архиве Святейшего Правительствующего Синода. Т. 50. Стб. 416–417).

721

РГИА. Ф. 796. Оп. 51. Д. 322.

722

Дополнительные аргументы в пользу специфики смехового, карнавального пародирования церковных текстов и обрядов в Средневековье см.: Реутин М. Ю. Народная культура Германии: Позднее средневековье и Возрождение. Μ., 1996. С. 24–26.

723

РГАДА. Ф. 1183. Оп. 1. Д. 192. 1734 г. Дело впервые было опубликовано А. А. Титовым (Дела XVIII века. III. Сатирик в рясе // Русский архив. 1902. № 11. С. 409).

724

Посещение прихожан с иконами на Светлой неделе имело тяжелые последствия и для хмельного нижнеломовского священника Кузьмы Дмитриева. В 1783 г. его обвинили в кощунстве и богохульстве, лишили священства и отправили в труды и для покаяния в монастырь. Вина Кузьмы Дмитриева состояла в том, что «в понедельник о Святой недели, когда пели с честным крестом и образом Богоматери в обывательских домах молебны, и, окончав оной, у однодворца Карпа Минаева сына Селина вынесли образ Богоматери в сени, то де он, Дмитриев, начал в избе плясать, а как бывшей у него, Селина, в доме того села однодворец Зот Кондратьев сын Быков стал ему говорить: «Нехорошо, батюшка, так делаешь, потому что образ Богоматери в сенях стоит», — то он, Дмитриев, сказал хулительныя о Богоматери слова...». Священник признался только в том, что по пьянству ничего не помнит (РГИА. Ф. 796. Оп. 66. Д. 295).

725

В похожем деле оговорка священника во время службы также была воспринята как «кощунственная», да еще и с политическим подтекстом. Непристойность заключалась в том, что на погребении крестьянина 3 июня 1743 г. поп Галицкого уезда Федор Васильев, по его словам, «в беспамятстве по шестой песни на ектении воспомянул» императрицу Елизавету Петровну и здравствующего архиепископа Иосифа «за упокой» (л. 2об.). Кажется, ни попу, ни членам клира от этой оговорки было не до смеху. Когда поп Федор осознал свою оплошность, он «зашетался и ничего не говорил с пол четверти часа, а потом стал читать о единоумершем Стефане сызнова и окончал» (л. 3). Допросили свидетелей — священники и дьячок подтвердили, что кроме них на погребении был только отец покойного крестьянин Тимофей Никитин, который ничего не заметил, ибо «при великом своем вопле плакал» (л. 6). Попа спасло от серьезного наказания именно отсутствие свидетелей, готовых осмеять его оговорку. Федора Васильева наказали плетьми, на два месяца сослали в монастырские труды, однако священства не лишили и позволили вернуться служить в старый приход, указав, чтоб «впредь в священнослужении и говорении эктении поступал по церковному чиноположению со всякою от проговорки осторожностию, буде же какое на него находит затмение, то б оное [служение] лучше отправлял, смотря по Служебнику» (л. 9) (Там же. Оп. 25. Д. 132).

726

РГАДА. Ф. 7. Оп. 1. Д. 1980.

727

Ср.: Пропп В. Я. Проблемы комизма и смеха. Ритуальный смех в фольклоре. Μ., 1999; Farrel D. E. Laughter Transformed: the shift from Medieval to Enlightenment Humor in Russian Popular Prints // Russia and the World of the Eighteenth Century. Columbus, 1988. C. 157–176; Farrel D. E. Medieval Popular Humor in Russian Eighteenth Century Lubki // Slavic Revue. 1991. № 3 (T. 50). C. 551–565.

728

РГАДА. Ф. 7. On. 1. Д. 980; РГИА. Ф. 796. On. 25. Д. 576.

729

Там же. Д. 1202.

730

Там же. Д. 1376. 1750 г. Полностью сказку с близкой завязкой см.: Народные русские сказки не для печати, заветные пословицы и поговорки, собранные и обработанные А. Н. Афанасьевым. 1857–1862. Μ., 1997. С. 72–77.

731

РГАДА. Ф. 7. On. 1. Д. 1931. 1760 г.

732

Там же. Ф. 1183. On. 1. Д. 162. 1762 г. Синодальная контора данное дело рассматривать не пожелала, наказав доносителя лишь за «ложное сказывание слова и дела».

733

Лотман Ю. Μ. Художественная природа русских народных картинок// Народная гравюра и фольклор. Μ., 1976. С. 248.

734

Там же. С. 254, 255.

735

Хейзинга Й. Homo ludens. Μ., 1992; Близкий смысл имела и «игра в царя», «игра в игумена» и т. п. См.: Полосин И. И. «Игра в царя» (отголоски смуты в московском быту XVII в.) // Известия Тверского пед. ин-та. Вып. 1. Тверь, 1928; Лукин П. В. Народные представления о государственной власти в России XVII в. С. 163–168; Власова З. И. Скоморохи и фольклор. СПб., 2001. С. 341–352; Бернштам Т. А. Молодость в символизме переходных