Белый орк - Сергей Николаевич Чехин

но изрядно убавила в ловкости. Альберту оставалось кружить по комнате и уклоняться от атак. Он бы сбежал, но не мог бросить Таршу на растерзание чудовищу.

— Получи, вонючий орк! Будь проклято все твое племя!

— Вообще-то я не орк, слепой кусок драконьего дерьма.

— Что⁈ — Исмаил резко остановился и опустил занесенный меч. — Но ты носишь шкуру как орк и говоришь на их языке!

Шайн поймал себя на мысли, что забыл «сменить» язык. Следующие слова он произнес на имперском.

— У тебя странный акцент. Наверное ты орк, выучивший язык людей, чтобы обмануть меня!

— Балбес, два века уже прошло, оттуда и акцент. Присмотрись, если глаза не сгнили.

Рыцарь чуть наклонился, чавкнув и заскрипев броней.

— О всемогущие боги, ты действительно человек! Я почти ослеп без солнечного света. Но ты все равно сын суки! Нечего якшаться с орками! Защищайся!

— Да хватит уже! Лучше расскажи, что с тобой случилось.

Поняв, что догнать юркого дипломата ему не удастся, рыцарь привалился к стене и тяжело вздохнул.

— Во время войны мой отряд настиг и разбил племя плешивого Зарзула, что родился из задницы шакала. Я убил шамана, но вскоре подоспела орочья подмога и нам пришлось отступить. Зеленожопые навалили посреди степи целую кучу — достойная могила такому дерьму как Зарзул. Но я не успокоился и решил выкопать этого выродка и насадить на кол в назидании остальным. Ребята прорыли лаз, я спустился под землю и собрался уже нассать на труп подонка, как тот вдруг ожил! Представляешь!

Альберт многозначительно хмыкнул.

— Тварь прокляла меня на вечную нежизнь внутри этих стен. И вот уже двести лет я маюсь тут, мечтая о смерти, но старуха все не идет.

— А давай я тебя убью?

— Бесполезно, глупец! Знал бы ты сколько раз я пытался отрезать себе голову вот этим мечом! Лишь Зарзул, поганый сморчок, может снять проклятье!

— А что если попросить прощения у шамана? Думаю, я смог бы договориться насчет тебя.

— Дело в том, что недавно в гробницу заполз земляной дракон и сожрал мумию старого упыря. Чтоб он в кишках застрял, сучий сын.

— Да уж, беда. Ну ладно, мы, пожалуй, пошли. Приятно было познакомиться, не скучай тут.

— Стой! — взревел Исмаил и рухнул на колени. — Помоги мне! А я скажу, где спрятан тайник моего отряда! Там гора оружия и доспехов!

— Тю! Так за два века его уже и нашли десять раз.

— Нет! Там, где я спрятал не найдут. Умоляю, не оставляй меня тут до конца времен!

Альберт сплюнул. Сходил, черт возьми, за трофеями.

Когда Шайн привел Таршу в чувство и сказал, чья это гробница — охотница едва снова не потеряла сознание. Зарзул был повелителем первой и последней Великой Орды. Многие орки (и не только они) всерьез считают шамана воплощением духов стихий, сошедших в реальный мир для борьбы за свободу Степи. Фигура, можно сказать, легендарная. Неудивительно, что охотницу бросило в дрожь при одном упоминании имени вождя.

— Мы пропали, — шепнула орчиха, закатив глаза. — Даже смерть не освободит нас от проклятья.

— Успокойся. Если мы вернем Зарзула из чрева дракона — проклинать нас никто не станет. Сделаем сразу два добрый дела: вернем шаману покой и спасем достопочтимого рыцаря.

— Я не понял, — хлюпнуло из угла, — ты собираешься просить помощи у зеленожопой?

— Прекрати, морда расистская.

— Расистская? — Исмаил гулко расхохотался. — Раньше это считалось нормой. О, хотите анекдот?

Шайн и Тарша хором сказали «нет», но шутника это не остановило.

— Знаете, почему орки не едят огурцы?

Альберт пожал плечами.

— В Степи они не растут?

— Нет. Боятся пальцы откусить! Ха-ха-ха-ха!

— Этой шутке двести лет.

— Ну и что. Все равно смешно. Вот, слушайте еще. Идут два орка…

— Заткнись или мы уйдем!

Исмаил с неохотой замолчал.

— Как ты собираешься ловить дракона? — спросила орчиха, поднявшись и отряхнув портки.

— Я даже не знаю, как он выглядит.

— Это огромный покрытый шипами червь. А зубы у него во какие, — Тарша развела руки в стороны. — Полная пасть. Кочевники зовут его Хорхой — смерть из-под земли. Кстати, можешь попробовать с ним договориться — ты же у нас любишь языком чесать.

— А хорхои разумны?

— Сомневаюсь.

— А на что похоже их гнездо?

— Почем мне знать? Нырни в нору, выясни.

— Хватит слушать эту степную собаку, она не хочет нам помогать! Хотя, если ты раздобудешь бухту доброго каната и якорь — орчиха вполне сгодится.

— Зачем тебе якорь?

— В качестве рыболовного крючка. А собака сойдет за наживку.

Тарша прошипела крепкое ругательство и кинулась на Исмаила. Рыцарь ловко схватил ее за запястья и прижал к стене. Охотница попыталась вырваться, но хватка оказалась железной. Пришлось использовать подлый прием и садануть Исмаилу промеж ног. Рыцарь этого даже не заметил.

— Отпусти ее! Иначе сам лови червя!

— Да ты никак снюхался с этой гиеной! В наше время за такое оскопляли и варили в масле!

— Исмаил…

Нежить вздохнул, но пленницу отпустил. Тарша, спрятав запястья под мышками, отползла за спину Альберта. Дипломат впервые ощутил явную власть в своих руках — Исмаил слушался его, будучи в безвыходном положении. Это, конечно, не ценимая варварами грубая сила мышц, но все равно приятно, когда Тарша ищет защиты именно у Шайна.

— Давайте все успокоимся и подумаем. Хорхой сожрал труп шамана. Значит, он любит падаль. Правильно? Но тебя он не тронул. Или наелся, или ты ему не по вкусу.

— Драконы всеядны, но охотятся очень редко, — поправила Тарша. — Иначе бы все орки давно погибли в их мерзких пастях.

— Следовательно, у хорхоя метаболизм змеи — заглотить добычу и долго-долго переваривать. Как давно появилась эта тварь?

Исмаил скрипнул наплечниками.

— Ровно две недели назад. Я тщательно считаю дни и годы — больше тут заняться нечем.

— Драться нам придется в гробнице. Без помощи Исмаила не справиться, а покинуть подземелье он не может. Это раз. У подземных тварей, будь то крот или хорхой, отсутствует зрение, но сильно развит нюх. Это два.

Альберт достал меч и полоснул себя по предплечью. На черный пол тонкой струйкой полилась кровь. Сразу после этого земля мелко задрожала, будто в толще заворочалось нечто огромное.

— Это три. Тарша —