Россия на экономических фронтах Первой мировой войны - Андрей Юрьевич Павлов

за объединение усилий различных ведомств по организации экономической войны, объяснялась в самом начале документа. По мнению флота, одной из главных задач которого была блокада берегов вражеских стран и недопущение морских перевозок в интересах противника, его действия могли произвести должный эффект только если «будет прекращен или по крайней мере стеснен ввоз в Германию из нейтральных стран как предметов, которые служат ей для военных целей, так и продуктов питания»[148].

В проекте Морского министерства говорилось, что задачи французского КОС состояли в следующем:

1. В постоянной экономической разведке, как путем изучения статистического материала, так и путем получения донесений от агентов и производства специальных анкет.

2. В создании особых организаций (трестов покупателей и пр.) за границей, обеспечивающих недопущение вывоза из нейтральных стран в Германию.

3. В содержании особых агентов, контролирующих те организации, которые взяли на себя обязательства не вывозить в Германию сырья, получаемого ими из Англии и Франции[149].

Аналогичный комитет в России, по мнению Морского министерства, должен был заниматься примерно тем же.

На самом деле правительство Франции предписывало французскому КОС лишь собирать, анализировать и обобщать информацию, а затем направлять соответствующим правительственным органам результаты проведенных исследований и составленные на их основе предложения относительно мер, которые необходимо предпринять[150]. Перечисленными во втором и третьем пунктах записки российского Морского министерства вопросами занималось непосредственно правительство Французской Республики. Не совсем понятно, почему в своем проекте Морское министерство «расширило» полномочия французского КОС, ведь в его распоряжении имелась копия декрета правительства Франции о создании этого комитета, где его задачи были сформулированы четко. Фиксируя «расширенный» круг задач в своем проекте и предлагая создать российский комитет по этому образцу, российское военно-морское ведомство, по сути, предполагало, что будет сформирован орган, который получит возможность проводить самостоятельные операции за пределами России, имея на это полномочия и располагая соответствующими ресурсами. Вряд ли подобный план можно признать реалистичным. Такую деятельность мог бы осуществлять централизованный самостоятельный государственный орган, а не комитет, состоявший из представителей нескольких влиятельных ведомств. Впрочем, создавая позже проект положения о КОС, Морское министерство взяло за основу французское положение, практически оставив без изменений описание целей и задач Комитета и методов его работы. Отличия были связаны лишь с необходимостью создавать новый орган в рамках иной политической системы и иного законодательства[151]. Главное отличие КОС двух союзных держав состояло в том, что во Франции он был сформирован при МИД республики, а в России – при МТиП.

Опыт создания чрезвычайных межведомственных органов в России уже имелся, достаточно вспомнить наиболее важный из них – Особое совещание для обсуждения и объединения мероприятий по обороне государства, формирование которого шло в то же время, летом 1915 г. Примерно по той же схеме создавался российский КОС. 6 сентября (24 августа) 1915 г. создание Комитета по ограничению снабжения и торговли неприятеля при МТиП было официально оформлено решением Совета министров Российской империи. В журнале Совета министров прямо говорилось, что этот межведомственный орган формировался по примеру аналогичных организаций, появившихся весной 1915 г. во Франции и Великобритании[152], даже название было заимствовано из названия аналогичного французского органа. В российский КОС вошли представители Военного и Морского министерств, МИД, МТиП, Министерства финансов, а также Главного управления землеустройства и земледелия (с октября 1915 г. – Министерство земледелия). Заимствовав название у аналогичной французской структуры, российское правительство поручило КОС решать практически те же задачи, что были зафиксированы в декрете о создании французского аналога.

Одной из главных функцией КОС стало ведение экономической разведки во всех ее проявлениях, кроме, пожалуй, самостоятельной тайной агентурной разведки. Решение Совета министров фиксировало в качестве основных задач КОС сбор и обобщение информации как о противнике, так и о некоторых внутрироссийских проблемах экономического характера. К первой группе относились вопросы о внешней торговле неприятельских стран, их потребностях в тех или иных продуктах и материалах, а также попытках получения ими всего необходимого за границей. К внутрироссийским делам относилось изучение вопросов о запрете на вывоз из России различных товаров, которые могли быть использованы неприятелем, и о потребностях России в получении товаров из-за границы для военных целей[153]. Обобщая и анализируя получаемую из различных источников информацию, КОС должен был направлять соответствующим ведомствам рекомендации относительно принятия тех или иных мер.

Возглавил КОС упомянутый выше П. Б. Струве. «Правый либерал», как охарактеризовал Струве его биограф Р. Пайпс, и активный деятель партии кадетов, он только в июне 1915 г. вышел из состава Центрального комитета этой партии. Несмотря на критическое отношение к царившим в России порядкам, Струве был готов сотрудничать с правительством ради достижения победы в войне[154]. Приглашение стать во главе КОС Струве получил от министра торговли и промышленности князя В. Н. Шаховского. По мнению Б. М. Витенберга, впервые исследовавшего архивные материалы КОС, Шаховской специально добился права самостоятельно назначать председателя КОС для того, чтобы иметь возможность назначить именно Струве[155]. Изначальный проект Морского генерального штаба предполагал, что утверждать кандидатуру председателя будет император по представлению председателя Совета министров. В этом случае шансы на назначение председателем КОС Струве были не слишком велики. Предположение это выглядит вполне правдоподобно. В своих мемуарах князь Шаховской писал, что, вступая в феврале 1915 г. в должность министра торговли и промышленности, он предполагал привлечь к работе в качестве советников «посторонних» специалистов; среди тех, кто откликнулся на его просьбу, был и Струве, которого Шаховской рассматривал в качестве ценного советника по социальным вопросам[156].

Струве пригласили в КОС прежде всего как одного из наиболее известных российских экономистов. Работая в Санкт-Петербургском политехническом университете, он сформировал там свою школу экономических исследований, а некоторых наиболее способных учеников привлек позже к работе в КОС. Деятельность Струве в период войны не ограничивалась работой в КОС. Не прекращая академическую работу, в 1916–1917 гг. он состоял членом еще одного правительственного органа – Особого совещания для обсуждения и объединения мероприятий по продовольственному делу при Министерстве земледелия.

Постоянно действующим органом КОС стало Управление делами, которое возглавил управляющий делами КОС надворный советник Н. Н. Нордман, до этого служивший в Морском министерстве. Морское ведомство летом 1915 г. планировало систематизировать деятельность по изучению экономических проблем, связанных с обеспечением военно-морских сил всем необходимым, и Нордман был отличным кандидатом для такой работы. Еще до Русско-японской войны он окончил Морской корпус и в 1905 г., будучи офицером крейсера «Адмирал Нахимов», участвовал в Цусимском сражении, после которого попал в японский плен. После увольнения в 1906 г. в запас в чине лейтенанта флота он учился на экономическом отделении Санкт-Петербургского политехнического института, где занимался исследованием экономики Древней Руси