Фиктивные. Бой с любовью - Евсения Медведева

Какого черта ты тут устроил!!!! Никита!

Первый завтрак, можешь поставить галочку.

К горлу опять подкатило возмущение. И почему я так остро реагирую на его слова? Почему не могу смотреть ему в глаза, стыдливо увожу взгляд, только бы не зацепить его мощную фигуру? А там было чего смущаться! Никита явно был после душа, с волос ещё падали капли, скользили по плечам, обнаженному торсу, стопорясь в поясе спортивных штанов, что слишком низко сидели на бёдрах. Ну а про выпирающий шишак я и вовсе молчу.

Да мне сквозь землю хотелось провалиться! Какой позор! А он лыбился, глазами своими сверкал. Маньяк!

- Ваха, отбой! - Никита распахнул входную дверь, являя нам красного и перепуганного охранника. - Забирай роту штурмовиков. Прости, брат...

- Вахтанг, прости, пожалуйста! - я было попыталась извиниться, но Никита рывком спрятал меня себе за спину.

Чёрт... Я же в полотенце!

Так, Юленька, тащи свою тощую задницу на кухню. Я завтрак принёс. Никита, ты, наверное, неправильно меня понял. Мне не нужны совместные завтраки, штурм дома твоими охранниками, и разговоры по душам мне тоже не нужны. Ты был прав... Между нами только сделка, и я предлагаю не нарушать привычного уклада. У тебя своя жизнь, а у меня своя, - затянула полы халата покрепче и прошла в кухню, чтобы выпить традиционный стакан воды. Локти прижаты к торсу, а пальцы до боли стиснули край полотенца, на всякий пожарный. Второго позора за утро я просто не переживу. Ладно, хоть ноги побрила. И то хорошо... На столе стоял пакет из ресторана, кофемашина уже пыхтела новой порцией кофе.- Зубоскалишь? Мне это даже начинает нравиться. Рычи, Юлька... Зубы не обломи только. Ну? Накроешь завтрак? Или пошлешь?

- Это твой дом, куда мне тебя гнать?

Но прежде чем взяться за завтрак, я убежала в ванную. На перекладине висел спортивный комбинезон, в котором обычно выхожу на пробежку, вот его я и надела. Идея так себе... Тонкая ткань облепила каждый сантиметр, повторяя очертание, ну а начинку он уже всю рассмотрел. Так чего паниковать? Поздно.

Когда вернулась, Никита стоял на террасе и курил, осматривая бликующий утренним светом лесок.

Раскрыла пакет, чуть не присвистнув от удивления. Тарелка свежих фруктов, три вида омлета, два огромных бургера, пакет соуса, фри и горячие хрустящие булочки. И почему-то так приятно стало... В заказе было не только то, что он любит, Никита явно постарался подстроиться и под мой вкус. Достала тарелки, быстро накрыла на стол, заварила чай с мятой и села в кресло. А вот Лютаев продолжал стоять, словно ждал отдельного приглашения.- Никит, всё готово, - голос потух, провалился в шёпот, а когда Лютаев обернулся, царапнув какой-то странной улыбкой, я и вовсе вспыхнула от смущения. Чёрт... Я что, дикарка? Почему навести мостик разговора с этим человеком катастрофически сложно? Мне хочется защищаться, а лучше и вовсе уколоть первой. Спасибо за приглашение на завтрак, - Лютаев расхохотался, затушил сигарету, выставил пепельницу на улицу, проследив за моим осуждающим взглядом. Ну, хватит уже! Что мы - на светском рауте?

В том-то и дело, что нет. Тогда какого черта ты стол накрыла, как в дорогом ресторане? - Никита сел в кресло, поджал под себя ногу, а после поднял блюдце. - Тарелка для хлеба? Юль, ты серьёзно? Если ты думаешь, что я пытаюсь произвести на тебя впечатление, то сильно ошибаешься. Это было нормой в нашей семье. И делаю я это машинально, - выдохнула и потянулась за булочкой. Разломила, вдыхая сладкий пар мякиша. - Я даже когда обедаю одна, все равно повторяю эти действия.- Ну и дрессировка у тебя, - протянул он, и вдруг его глаза снова стали острее лезвия. - Отец муштое обучил? Или это мама постаралась?

Отец...

Папки любят свой доць, - он усмехнулся, забрал бургер и с жадностью вонзился в него зубами, разбрасывая брызги сока, капли соуса и лохмотья зеленых листьев салата. И я даже засмотрелась... Он просто ел, просто щурился, мычал и облизывал пухлые губы, получая максимум удовольствия здесь и сейчас. Ему был безразличен этикет, то, что сидит перед дамой без футболки, что поза у него более чем вальяжная, даже немного хамская.

Срать Лютаеву на всех и вся с высо-о-о-окой колокольни.

И прав он... Моё воспитание в целом напоминало дрессировку. Оттачивание навыков, искусство сервировки, отрепетированная улыбка, небыстрый шаг и вежливый наклон головы. Отец будто готовил идеальную жену для идеального партнёра по бизнесу. Чтобы было не стыдно. Ну, или чтобы продать подороже... От этой мысли по спине пробежал морозец. Даже руки затряслись, предательски бряцая чашкой по блюдцу.

- Юль, ты можешь просто сесть и позавтракать? Не порть мне аппетит, а? Наверное, я могу...

Растерянно осмотрела стол, подтянула тарелку с омлетом и было потянулась к столовому ножу, но усмешка Лютаева прозвучала как предупредительный вызов. Смотри...

Никита перегулся через весь стол и нырнул ложкой в мой омлет. Забросил его в рот и замычал. - Вкусно, Юль! Мне вкусно здесь и сейчас. Не завтра, не потом, не вчера! Вот здесь, блядь, мне вкусно!

- Лютаев, а не передрессировать ли ты меня решил? - оттолкнула его ложку и зыкнула, чтобы не смел больше трогать мою еду! - Тогда чем твоя муштра лучше отцовской?- А ты сечёшь и быстро учишься кусать в ответ, - Никита рассмеялся и вновь вонзился зубами в свой бургер, но взгляда от моего омлета не отвёл. - Давай, рассказывай. Что?

Ну, поболтай про гороскопы, про новую коллекцию шмотья в бутике, про интересное направление туризма, где твои подружки уже побывали, а ты нет, - Никита пожал плечами, а после достал из контейнера картошку и прямо рукой отсыпал на мою тарелку скромную горсть. - На большее не рассчитывай. Я за фри и жену продам...

- К тому же она нужна тебе, как третья нога, - фыркнула и привстала, чтобы разлить чай. Лютаев, потеряв остатки стыда, выгнулся и нагло ощупал меня взглядом.- Никит, ты головой ударился? Завтрак принёс, просьбы какие-то странные с самого утра. Или ты считаешь, что женщины только и говорят о шмотье и о море с белым песочком? Hy? Долго ждать?

Никита, ты же знаешь, что меня все это не интересует. Моя мама сражается за жизнь. Спасибо и тебе, и твоему отцу за то, что не бросили, а приютили. Но чего ты