От перестройки до Путина. Третья русская смута - Александр Георгиевич Мосякин

и глава немецкой военной разведки полковник Вальтер Николаи. Их усилия увенчались успехом. 29 сентября 1917 года статс-секретарь германского МИДа Р. фон Кюльман сообщил в Ставку Верховного командования: «Военные операции на Восточном фронте, подготовленные в крупном масштабе и выполненные с большим успехом, были подготовлены большой подрывной деятельностью внутри России, которую проводил МИД. Нашей главной целью в этой деятельности было дальнейшее усиление националистических и сепаратистских настроений и обеспечение поддержки революционным элементам. Мы и сейчас продолжаем эту деятельность и завершаем соглашение с Политическим отделом Генштаба (капитан фон Хюльзен). Наша совместная работа дала ощутимые результаты. Без нашей постоянной поддержки большевистское движение никогда не смогло бы достигнуть такого размаха и влияния, какое оно сейчас имеет. Всё говорит за то, что это движение будет расти и дальше. Это же можно сказать о движениях к независимости в Финляндии и на Украине».

Итогом «плодотворного» германо-большевистского сотрудничества стали Октябрьский переворот и два события, развязавшие Гражданскую войну в России: разгон Учредительного собрания в январе 1918 года и подписание в марте «позорного и похабного» Брестского мира. Но мы не будем углубляться в эту тему, о ней написано много, в том числе автором этих строк, опубликовавшим факсимиле документов о тайном сотрудничестве большевистской партии и ее вождя с Германией. Мы о другом.

* * *

Борясь с Российской империей, Ленин выдвинул доктрину деколонизации России, впервые изложенную летом 1915 года в работе «Социализм и война» и закрепленную в других его работах. В них Ленин отнес Россию (наряду с Великобританией, Францией, Германией, Японией и США) к числу рабовладельческих колониальных держав, хотя Россия таковой никогда не была. К исконно русской территории (метрополии) Ленин отнес только европейскую часть России (и ту не всю) площадью 5,4 млн кв. км, а остальные 17,4 млн кв. км территории Российской империи большевистский вождь отнес к русским колониям, которые от «великорусского гнета» нужно освободить.

Ленин пишет: «Нигде в мире нет такого угнетения большинства населения страны, как в России: великороссы составляют только 43 % населения, т. е. менее половины, а все остальные бесправны, как инородцы. Из 170 миллионов населения России около 100 миллионов угнетены и бесправны… Теперь на двух великороссов в России приходится от двух до трех бесправных „инородцев“: посредством войны царизм стремится увеличить количество угнетаемых Россией наций, упрочить их угнетение и тем подорвать борьбу за свободу и самих великороссов. Возможность угнетать и грабить чужие народы укрепляет экономический застой, ибо вместо развития производительных сил источником доходов является нередко полуфеодальная эксплуатация „инородцев“».

Россия и русский народ в глазах большевистского вождя предстают грабителями и угнетателями сонма «бесправных инородцев», хотя они составляли более половины правящей элиты Российской империи, а национальные окраины пользовались особыми привилегиями, в отличие от европейских колониальных держав, нещадно грабивших свои колонии. Но Ленин этого в упор не видит, зато видит «варварский гнет великороссов», из-под которого народы Российской империи надо освободить, а саму империю развалить. То, что это будет означать гибель российского государства, а с ним и русского народа, Ленина не волнует. Он даже не допускает мысли о том, что освобожденные от «русского ига» народы сами станут угнетателями русских людей на подвластных им территориях (что наблюдается сплошь и рядом). Ленин видит зло только в русском народе и в России, не допуская проявления зла в других, и потому выступает за борьбу с «великорусским шовинизмом» ради «освобождения и самоопределения угнетенных Россией народов». По его концепции, все населяющие имперскую Россию этносы должны иметь право на свое государство, потому что «создание самостоятельного и независимого национального государства остается пока в России привилегией одной только великорусской нации. Мы, великорусские пролетарии, не защищаем никаких привилегий, не защищаем и этой привилегии».

И хотя это полная чушь (никаких особых привилегий великороссы в Российской империи не имели, империю соборно строили все населяющие ее народы), реакционную ленинскую концепцию русского народа-угнетателя подхватили и поныне используют враги России и русофобы всех мастей. Она же была положена в основу созданного Лениным государства нового типа. 2 (15) ноября 1917 года Совнарком РСФСР принял ленинскую «Декларацию прав народов России», 2-й пункт которой провозглашал «право народов России на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства». Всех народов – от самых маленьких до больших, кроме русского, который в ленинской концепции созданного в декабре 1922 года Союза ССР отсутствовал. Следуя этой ленинской парадигме, большевики-ленинцы превратили единое геополитическое пространство исторической России в лоскутное одеяло национально-государственных образований, а Российскую империю – в Европу национальных квазигосударств, которые при определенных исторических условиях могли стать полноценными государствами, что в итоге и произошло.

Этому способствовала и ленинская концепция двух национализмов, в которой Ленин обвинял русский народ в шовинизме и в том, что он «угнетает наибольшее количество наций и наибольшую массу населения Европы и Азии». Это была глупость, завезенная Лениным из Европы, потому что этнический национализм русским людям в массе своей не свойствен, им свойствен великодержавный патриотизм, который Ленин именует социал-шовинизмом. Тем не менее, Ленин приписывал русскому народу этнический национализм европейского типа и считал, что он очень опасен для большевиков и они должны всеми силами с ним бороться. А вот национализм «малых» наций (включая малороссов-украинцев) большевикам не страшен и на него можно закрывать глаза. Поэтому ленинская партия на протяжении всей советской истории (исключая период Великой Отечественной войны и первые послевоенные годы) подавляла русское национальное самосознание и потворствовала местечковому национализму, что привело к плачевному результату.

Советский Союз называют «красной империей», хотя империи существуют столетиями и тысячелетиями, а СССР не просуществовал и 70 лет. По сути, советское государство, образованное большевиками на месте Российской империи, являло собой инкубатор по выращиванию политических наций и национальных государств, которые коммунистическая партократия отрывала от исторической России, стремясь ее уничтожить, как и мечтал Ленин. Созданный по ленинской парадигме Советский Союз представлял собой рыхлую конфедерацию из сонма национальных республик, с «прослойкой» русских краев и областей, скрепленную догматической идеологией, властью одной партии, культом вождей и всесилием карательных органов. Когда эти скрепы сгнили и пали, Советский Союз развалился как карточный домик по прочерченным большевиками границам. С исторической точки зрения советская история являла собой промежуточный этап на пути от Российской империи к нынешнему квазисодружеству независимых государств, существующих каждое по себе вокруг Российской Федерации и угрожающих (бандеровская Украина) ее существованию. Разваливая Российскую империю, Ленин мечтал создать на ее месте ядро будущего всемирного братского Союза Советских Социалистических Республик, но своей национальной политикой вместо всепролетарского интернационала большевики создали нечто совсем иное.

Былое и