Подъем и упадок демократического движения в Риме в эпоху гражданских войн - Алексей Борисович Егоров

диктатора[101], а Т. Моммзен пишет, что диктаторская сторона режима полностью вытеснила демократическую[102]. Постепенно образ диктатора сменяется образом осторожного и умеренного реформатора, сумевшего добиться консолидации общества[103]. Тот факт, что слабое марианское правительство смогло собрать 150 000–180 000 человек (подсчеты П. Брюнта), означает явную поддержку населения Италии.

Последний марианский лидер, Гн. Папирий Карбон, был потомственным популяром. Его дядя, Г. Папирий Карбон, консул 120 г., ранее был сподвижником Гракхов, а брат, Гай — инициатором закона Плавтия — Папирия от 89 г. Сам Карбон был трибуном 92 г., легатом в Союзнической войне и участником движения Сульпиция. Среди людей, командовавших армиями марианцев, было немало популяров, настоящих и бывших. Бывший сторонник Сатурнина Г. Норбан прошел путь от трибуна до претора и избирался консулом 85 г. (Liv. Epit., 89; Арр. В. С., I, 84). Родственник Мария, М. Марий Гратидиан, трибун 87 г. и сторонник Цинны, претор 86 или 85 г., провел эдикт о курсе денежного обращения (Cic. De off., Ill, 80), что сделало его одним из самых популярных политиков Рима. Демократических убеждений придерживался Квинт Серторий, а М. Юний Брут, помогавший в 78 г. Лепиду, был трибуном 85 г. и автором аграрного закона (Cic. De leg. agr., Il, 82; 97). Видимо, этим список не исчерпывается.

Гражданская война 85–82 гг. стала «второй серией» гражданской войны. В 85 г. 40-тысячная армия Суллы высадилась в Италии и была усилена за счет отрядов Метелла Пия, Помпея, Красса и др. Пройдя без боя через Колабрию и Апулию и обойдя Самний, Сулла оказался в Кампании. Армия консула Норбана была разбита, а войска второго консула, Сципиона, перешли на сторону Суллы. Основные бои развернулись в 82 г., когда консулами стали Карбон и Марий-младший. Разбитый при Сакрипорте, Марий был осажден в Пренесте. В Этрурии армии Метелла и Помпея громили легионы Карбона. Бросив армию, Карбон бежал в Сицилию, где был захвачен Помпеем и казнен по его приказу. Остатки марианцев и самнитов пытались прорваться в Пренесте.

Последняя попытка завершилась битвой у Коллинских ворот (1 ноября 82 г.) и полным разгромом марианцев. Пренесте сдался, а Марий-младший покончил с собой. После победы в Италии Помпей занял Сицилию и Африку, а Т. Анний Луск выбил из Испании марианского наместника Кв. Сертория. Война Суллы против марианцев закончилась его полной победой.

Глава 2

Новое возрождение движения популяров

(78–59 гг. до н. э.)

Кризис 70-х гг. до н. э.

и постсулланское правительство

В гражданской войне были разгромлены марианские армии, а господство Суллы в Италии закреплено расселением солдат 23 или 27 легионов (Арр. В. С., I, 100; Liv. Epit., 89; Sall. Cat., 16; 24; 56). Марианцы лишались политической власти, а то, что не сделала война, довершили сулланский террор и проскрипции. Сулла заявил, что намерен расправиться с теми, кто служил в марианской армии в качестве преторов, квесторов и военных трибунов (т. е. все высшее и среднее офицерство) и теми, кто в чем-либо «содействовал врагу» (Арр. В. С., I, 95). В начале списка стояли имена Карбона, Норбана, Сертория и других марианских военачальников. Террор и гражданская война уничтожили 90 сенаторов (Ibid., I, 103) и 1600 (Ibid., I, 96) или 2000 (Flor, III, 21) всадников. Проскрипты, их дети и внуки лишились права занимать магистратуры.

Новый удар нанесло сулланское законодательство. Законы Суллы фактически ликвидировали все демократические завоевания 133-82 гг., а все действия марианцев были объявлены противозаконными. Еще в 88 г. Сулла запретил передавать в комиции законы, не прошедшие обсуждение в сенате (Арр. В. С., I, 59). Судебные законы Гая Гракха и Главции отменялись, а суды передавались сенату (Vell., II, 32). Ряд законов должны были подчинить сенату все магистратуры.

Сулла отменил цензуру, сенат должен был пополняться за счет квесторов, число которых выросло с 8 до 20 (Тас. Ann., VI, 28). Консулы были подчинены сенату: они превратились в правителей Италии и спикеров сената, а командование основными армиями перешло к проконсулам[104]. Получить второе консульство можно было лишь через 10 лет после первого.

Главный удар был нанесен по народному трибунату, бывшему правовой основой деятельности популяров. Трибуны лишались права внесения проектов в комиции без решения сената (Cic. Verr., II, 1, 155; Liv. Epit., 89), право интерцессии ограничивалось, а занятие должности трибуна лишало человека права занимать другие магистратуры (Арр. В. С., I, 100).

Диктатор создал сильный работоспособный сенат. После гражданских войн в нем едва ли осталось более 150 человек[105], и, добавив к ним 500 сенаторов (Ibid.), Сулла сразу и надолго превратил свою «партию» в правящую. В 70-е. гг. господство сулланского и постсулланского сената было безраздельным, оно сохранялось и два последующих десятилетия. Из 61 консула 81–49 гг. 25 сражались под знаменами диктатора, 18 являлись их близкими родственниками, а большая часть остальных — сторонниками оптиматов. Все наиболее значительные проконсулы (Метелл Пий, П. Сервилий, Аппий Клавдий, братья Лукуллы, Помпей) были родственниками, друзьями или соратниками Суллы.

Ядром сулланской, а затем и постсулланской знати оставался клан Цецилиев Метеллов.

К нему принадлежали консул 80 г. Кв. Цецилий Метелл Пий, «второй человек» в «партии Суллы», и консул 69 г. Кв. Цецилий Метелл Критский. Внуком Метелла Македонского по матери был П. Сервилий, а внуками Метелла Кальва — братья Лукуллы, Луций и Марк. Аппий Клавдий был женат на Метелле. Не все аристократы являлись родственниками Суллы, многих сближали общее «дело» и идеология. Первым лидером собственно оптиматов был, вероятно, консул 87 года Октавий, затем его место занял лидер сулланского сената и его идеолог, Кв. Лутаций Катул.

Помимо аристократов в сулланском окружении было немало офицеров из нижней части правящей элиты (сенаторские и всаднические семьи, «новые люди» и т. п.). Наиболее успешным и при этом типичным представителем этой военной элиты был Гней Помпей, сын Помпея Страбона, особенно отличившийся в войнах 82–79 гг. К этой группе можно отнести М. Лициния Красса, сына консула 97 г., и таких военачальников, как Л. Лициний Мурена, Г. Кассий Лонгин, Л. Афраний и др.

Наконец, сулланский террор выдвинул немало людей с откровенно криминальным прошлым: многие из них позже участвовали в заговоре Катилины (Лентул Сура, Корнелий Цетег, П. Автроний и др.), другие оказались замешаны в коррупционных скандалах (Г. Верpec, Корнелий Долабелла). Хотя для сулланской партии характерны свои противоречия, это была сильная сплоченная организация, способная выступить единым фронтом в защиту своих интересов.

Сулла был диктатором в 81 г., в 80 г. он стал консулом вместе с Метеллом Пием, а в 79 г. снял с себя власть и удалился в свое имение, где и умер в 78 г. В наследство своим преемникам он оставил почти полный коллапс экономики, пустую казну, разоренные провинции и опустошенную войной Италию. Назревал