Подъем и упадок демократического движения в Риме в эпоху гражданских войн - Алексей Борисович Егоров

общий взрыв: в Испании началось восстание Сертория, на востоке поднял голову Митридат, моря кишели пиратами. 70-е гг. отмечены большими войнами, а численность армий в этот период достигала 35–45 легионов[106].

Кризис разразился сразу после смерти Суллы, когда консулами стали Кв. Лутаций Катул и М. Эмилий Лепид, бывший военачальник Суллы, перешедший на сторону оппозиции. В Этрурии началось массовое восстание против сулланских колонистов. Сенат отправил на его подавление обоих консулов, однако Лепид объединился с повстанцами, а затем и с марианским полководцем М. Юнием Брутом. Мятежный консул требовал полного восстановления власти народных трибунов, возвращения изгнанников, снятия правовых ограничений для проскриптов и возвращения земель повстанцам (Liv. Epit., 90; Licinian, р. 34–35 Flemish; Арр. В. C» I, 107; Flor, III, 23). Против инсургентов были брошены войска Катула и Помпея. Брут был разбит при Мутине. Лепид дошел до Рима, но потерпел поражение на Марсовом поле, а затем был разгромлен Катулом и Помпеем у Козы. После этих неудач Лепид отбыл в Сардинию, где вскоре и умер (Арр. В. С., I, 107; Plut. Pomp., 15). Остатки его армии, 5 легионов Перперны, ушли в Испанию к Серторию.

Лепид не был популяром, но использовал их лозунги и методы, в его движении заметны отголоски гражданской войны, а среди его сторонников насчитывалось немало марианцев. Важным фактором была массовая поддержка населения Италии, сильно пострадавшего от сулланских армий и сулланских колонистов. Наконец, отмечалось недовольство и в среде сулланских генералов, часть которых была готова принять требования реформаторов. Как и всегда, наблюдалось все то же противостояние «бедной» и «богатой» Италии[107].

Наверное, главным фронтом 70-х гг. был испанский, где бывший марианский наместник Квинт Серторий объединил марианских эмигрантов и восстание испанских провинциалов, соединившее в себе тягу к независимости со стремлением занять новое место в политической жизни державы[108].

В 89 г. восставшие лузитане пригласили Сертория на роль военного предводителя, а в 79 г., объединив римских и испанских повстанцев, Серторий нанес ряд поражений сулланским наместникам и успешно сражался с Метеллом Пием, посланным Суллой в качестве наместника Дальней Испании. В 77 г. Серторий был как никогда близок к победе. Он занял Ближнюю Испанию и почти все побережье, дошел до реки Ибер и соединился с прибывшим на Пиринейский полуостров Перперной, фактически отрезав армию Метелла от Рима. Чтобы спасти Метелла, сенат отправил в Испанию вторую армию под началом Гнея Помпея. Теперь на испанском фронте сражались 10–12 легионов.

На 75–74 гг. приходятся главные битвы этой войны (сражения при Сеговии, Валенсии и Сукроне), а в 74 г. состоялось генеральное сражение при Сегунтии, закончившееся «вничью». Помпей и Метелл отступили за Ибер, однако Серторий, потеряв в боях регулярные войска и оставив романизированные области, ушел в глубинные районы Испании. Его главной силой стали ополчения независимых и полузависимых племен, использовавших тактику партизанской войны. В 74 г., получив подкрепления, Метелл и Помпей двинулись вглубь Кельтиберии. К 75 г. повстанцы потеряли не только эту область, но и долину Эбро и восточное побережье. В 72 г. Серторий стал жертвой заговора, устроенного его римским окружением. Гибель полководца означала крах восстания. В 71 г. Помпей наголову разбил Перперну, после чего легаты Помпея, Пу-пий Пизон и Афраний, несколько лет покоряли мятежные провинции.

Тяжелые войны шли на востоке, на Балканах и в Малой Азии. В 79 г. Ann. Клавдий начал наступление во Фракии гг.), продолженное Г. Курионом (76–74 гг.), а в 79–76 гг. Сервилий разгромил пиратских князьков в Киликии, Ликии и Памфилии, перешел Тавр и подчинил центральные районы Малой Азии. Именно теперь, когда в войнах наступил перелом, произошла вторая вспышка кризиса — в 74 г. началась Третья Митридатова война, а в 74 (или 73 г.) в Италии вспыхнуло грандиозное восстание рабов.

Впрочем, остановить римлян было уже невозможно. В 73 г. при Кизике Лукулл фактически уничтожил главные силы Митридата, а в 71 г. вторгся в Понт и разбил армию царя при Кабире. В 71–70 гг. пали понтийские твердыни. После тяжелых поражений 73–72 гг. в 71 г. было подавлено восстание Спартака.

Анализ этого восстания не входит в нашу задачу, и мы остановимся на нем лишь в связи с гражданскими войнами. Эта связь очевидна: после войн 80-70-х гг. повстанцам противостояло слабое, раздираемое противоречиями государство, а армия Красса была его последней армией. Наверное, не случайно в армии Спартака имелись сильные контингенты германцев и фракийцев, народов, с которыми Рим вел особенно тяжелые войны в последний период. В современной историографии (Кл. Николе, П. Брюнт, Э. Габба, Я. Ю. Заборовский и др.) твердо установилось мнение о связи между Союзнической войной и восстанием Спартака[109], а рассмотрение географии показывает почти полное совпадение маршрута Спартака и района военных действий во время восстания союзников[110].

Примерно за три года Спартак прошел около 3,5 тыс. км, причем большая часть его пути проходила по горам, а война в горах была невозможна без помощи местного населения, снабжавшего повстанцев всем необходимым[111]. Возможно, именно поэтому они не хотели покидать Апеннинские горы, ставшие для них столь близкими[112]. В армии рабов могло быть немало италиков[113], и «бедная» Италия снова сражалась против «богатой».

Проводя законы против трибунов, Сулла рассчитывал сделать эту должность непривлекательной для амбициозных политиков. Он явно ошибся: желающих было немало, а сами трибуны вели агитацию за восстановление своих прав. Мы располагаем весьма фрагментарной информацией об этих людях и связях между ними, однако единство программы и последовательность действий позволяет видеть в них некое единое движение[114].

В 76 г. трибун Гн. Сициний поднял вопрос о восстановлении трибуната, но встретил сопротивление консула Куриона. Что именно случилось с Сицинием, мы не знаем. Саллюстий использует глагол circumvenire (нападать, осаждать) (Sall. Hist., III, 48, 8). Перевод В. О. Горенштейна «был убит» явно не бесспорен, хотя и подтверждается дальнейшим заявлением Макра о «гибели невинного трибуна» (Ibid., III, 48, 11 — insontis tribuni). После этого данных о Сицинии у нас нет. В 75 г. консул Г. Аврелий Котта, друг Ливия Друза, возвращенный из изгнания Суллой, добился снятие запрета на занятие других магистратур бывшими трибунами. В 74 г. трибун Л. Квинкций снова потребовал возвращения власти трибунов, одновременно развернув кампанию против коррупции судов. Квинкций потерпел неудачу из-за сопротивления консула Лукулла (Ibid., Ill, 48, 11), после чего трибун стал постоянным критиком его восточной кампании.

В 75 г. агитацию продолжил трибун Г. Лициний Макр, один из главных идеологов движения. Макр был историком, внесшим демократическую тональность в историю борьбы патрициев и плебеев в V–III вв. до н. э., а Саллюстий вложил в его уста большую речь, содержащую критику режима. Под давлением популяров консулы М. Лициний Лукулл и Г. Кассий Лонгин возобновили раздачи хлеба по