Жена злодея - Виктория Рогозина

Города, странные сооружения, люди, одетые в одежды, какие он никогда не видел. Кощей нахмурился, всматриваясь в мелькающие картины, но чем больше он пытался сосредоточиться, тем более неясными становились образы. Они менялись слишком быстро, словно дразнили его, ускользая от его всевидящего ока.

Бессмертный стиснул зубы, его глаза, словно угли, вспыхнули гневом. Он знал каждую тропу в этом мире и за его пределами, но теперь перед ним открылась бездна неведомого. Казалось, что-то или кто-то пытался скрыть от него правду. Образы в блюдечке начали расплываться, словно их накрыло густым туманом. Вскоре сияние стало тускнеть, и, наконец, заклинание оборвалось, оставив блюдечко холодным и безжизненным, как прежде.

Кощей стоял неподвижно, его рука все еще сжимала край алтаря. Никто не мог уйти от его взгляда, и то, что Антарес ускользнула из его поля зрения, лишь разжигало в нем ярость. Однако страх перед неизвестностью не покидал его. Теперь он знал, что мир изменился, и, возможно, его влияние больше не было столь всеобъемлющим, как прежде. Но Кощей не собирался останавливаться — он понимал, что должен узнать, что это за мир и где скрывается Антарес. Ведь она была ключом к его планам, и потерять её означало потерять власть, за которую он боролся веками.

Кощей Бессмертный, почувствовав беспокойство, отошёл от угасшего блюдечка и направился к огромному деревянному столу, заваленному древними свитками и картами, покрытыми символами, обозначающими княжества и земли, что простирались на многие версты вокруг его владений. Он медленно развернул одну из карт, вырезанную из старого пергамента, её края были обожжены, словно от пламени, и обведены тёмной магией. Глаза Кощея заискрились холодным огнем, когда он всматривался в изрезанные линии и отметки, обозначающие крепости, деревни и владения, которые когда-то были подвластны его воле.

— Здесь... — прошептал он, указывая на одно из княжеств, что лежало к северу от его тёмного замка. — И здесь... — его пальцы перемещались по карте, отмечая места, где его темные войска могли бы нанести удар. Кощей знал, что время пришло, и оставаться в стороне больше не имело смысла.

Суровое выражение застыло на его лице, когда он наконец отступил от стола и сжал кулак. Решение было принято. Время для действий настало. Он не мог позволить Антарес скрыться в новом мире, где его влияние не простиралось так далеко, как здесь. Она должна быть найдена и возвращена в этот мир, где её сила могла быть использована для его планов. Кощей знал, что время не на его стороне, и каждый день ускользал от него, как песок сквозь пальцы.

Кощей резко повернулся и быстрыми шагами направился к огромной двери, ведущей из тронного зала. Его шаги эхом отдавались по холодным каменным стенам замка, где каждый камень был свидетелем его мрачных замыслов. Он вышел на широкий балкон, с которого открывался вид на темные земли, простирающиеся до самого горизонта. Внизу, в мрачной долине, виднелся лагерь его темных войск — верных слуг, которыми он командовал на протяжении веков. Там были и грозные великаны с тяжёлыми дубинами, и черные волколаки, готовые разорвать любого, кто осмелится встать на их пути, и скелетоны — неживые воины, собранные по крупицам из костей павших.

— Время пришло, — произнес Кощей, его голос разносился над полями, будто шелест ветра перед грозой. — Собрать всех до единого! Пусть тьма падёт на эти земли!

Его слова словно оживили войско. Темные фигуры начали двигаться, поднимая оружие и готовясь к походу. Громкие удары барабанов раздавались по всему лагерю, призывая воинов к бою. Огромные костры были зажжены, освещая мрачные лица тех, кто служил Кощею. Их глаза, пустые и полные ненависти, светились в отблесках огня. Кощей стоял на вершине замка, наблюдая за тем, как его армия оживала и готовилась к походу.

— Сила наша — в страхе и мраке, — тихо произнёс он, глядя на собирающееся войско. — Мы разрушим всё, что встанет на нашем пути.

Он знал, что в этом походе ему понадобятся все его силы и хитрость. Он знал, что должен действовать быстро, прежде чем Антарес ускользнет из его рук навсегда или помешает осуществлению ужасного плана. И когда тьма накроет мир, Кощей будет стоять на её вершине, как истинный властелин, которому не будет равных.

Глава 9. Антарес

Глава 9. Антарес

Всяк камень в реке свой путь течения знает,

и всяк человек судьбу свою в руках держит — да не всякий видит то.

Терем Луки, в который я попала, был истинно царским — величественный, возвышающийся над окрестностями, он поражал богатством и размахом. Древние резные ставни, позолоченные купола и каменные лестницы говорили о несметных богатствах хозяина. Внутри, стены украшали тончайшие узоры, высеченные в камне, а массивные двери вели в залы, сверкающие золотом и самоцветами.

Мне были отведены несколько комнат в этой роскоши. Просторные и богато убранные, они словно ожидали своей хозяйки долгие годы. Я сразу поставила условие Луке, чтобы он без спроса не входил в мои покои. Не потому, что боялась его — нет, я просто не хотела делить свое пространство с тем, кто несет на себе столь тяжкий груз тьмы и силы. Лука, удивительно, согласился, кивнув с невозмутимостью, которая была ему присуща, будто он мог просто позволить мне быть капризной и это раздражало.

В моих покоях чернавки, прислуживавшие мне, разбирали дары, коими щедро одарил меня Лука. Сундуки, что привезли в мои комнаты, были переполнены всевозможными сокровищами: каменья сверкающие, переливающиеся всеми цветами радуги; золотые украшения с хитроумными узорами, что могли бы украсить саму царицу; ткани из далёких стран, такие мягкие и нежные, что казались сотканными из самого воздуха. В одном из сундуков я нашла сарафаны невиданной красоты, шитые золотыми нитями, с отделкой из драгоценных камней. У меня таких дорогих вещей никогда не было, да и особо не нужно было. Это всего лишь тряпки, не более того. И несмотря на то, что Лука вел себя вполне прилично, я все равно не доверяла ему. Но на то были веские причины. Во-первых, он был учеником Кощея Бессмертного и владел темной магией, и одному Сварогу известно какими силами он обладал. А во-вторых, мои смерти так или иначе были связаны с ним. Может конечно и совпадения, но я в такое не верю, увы и ах.

Вся эта роскошь, которой меня окружили, не трогала, не цепляла душу. Взглянув на великолепные наряды и украшения, я не чувствовала радости.