Вечные Пески. Том 1 и 2 - Лео Сухов

При прошлой встрече с этой тварью я фактически поступил так же. Однако тогда пустынный монстр был поменьше. А этот отожрался до неприличных размеров. Жаль, я упал на спину качурга слишком далеко от горба. Но и этого мне могло хватить. Оставалось добраться до нужного места.

Качург раскусил мои планы. Чудовище яростно задёргалось, пытаясь меня скинуть. Однако на него тут же навалился Ихон со своим молотом. Лупил по морде с размаху и не особо целясь. А следом воспряла духом и девяносто седьмая триосмия. Бойцы набросились со всех сторон — кто-то копьём тыкал в бока, кто-то мечом рубил по ногам.

Толку от их усилий было мало. Но качургу приходилось сразу ото всех отбиваться. И про меня он в какое-то мгновение подзабыл. Даже дёргался не так сильно, потому что его прижали копьями к зубцам.

А я прыгнул к загривку, размахнулся в прыжке — и опустил топор. Качург на миг замер, а затем я упал на стену в облаке чёрного песка. Топор добрался до средоточия демона с первого удара.

Приземление вышло жёстким. Я покатился по камням, больно ушибив плечо. И сразу же вскочил, не давая себе отдышаться. Нельзя было разлёживаться, как бы ни хотелось.

Оглядевшись, я понял, что там, где осталась моя девяносто восьмая триосмия, вновь намечался прорыв. Там, на фоне жаровен, маячили высокие силуэты кровавых перстов.

Четыре демона, прикрываясь, как живым щитом, песчаными людьми, пытались прорвать строй. Тавр и его бойцы едва-едва сдерживали натиск. Мои копейщики тоже работали, как заведённые. Однако врагов было слишком много. А из-за стены всё время прибывали новые.

И снова я рванул на помощь. Следом за мной бежал, прихрамывая на деревянную ногу, Ихон. Несмотря на его хромоту, на врагов мы обрушились почти в одно время. Сказывалось моё тяжёлое приземление. И всё же, на пределе сил, мы потеснили перстов, а затем и сбросили со стены.

А потом с одной из башен вновь ударил шептун.

Он запустил под стеной вихрь. Огромный, закручивающийся до самого неба. Этот вихрь втягивал в себя десятки песчаных людей, разрывал их в клочья, отбрасывал от стены кровавых перстов. Твари пытались устоять на ногах, цеплялись когтями за камни, однако сила стихии была беспощадна.

Даже многие защитники попятились от зубцов. Побоялись, что их тоже затянет в этот ужасающий поток.

Пользуясь моментом, я перевёл дух. Вихрь бушевал всего ударов тридцать сердца. Зато, когда он стих, у стены не осталось ни одного врага. Только чёрный песок.

И новые враги, надвигающиеся из темноты.

Пока они подступали, мы успели перевязаться и вернуться в строй. Я огляделся, пользуясь свободным временем. Соседние сотни дрались с врагом, не давая ему прорваться в город. И тоже пока держались.

Ветер переменился незадолго до рассвета. Ударил по стене, налился силой. И враг пошёл в последний натиск. Живые лестницы из песчаных людей росли прямо на глазах. Следом, из глубины тьмы, выступили великаны.

Я увидел их сразу — их невозможно было не заметить. Огромные, скачков в семь-восемь высотой, с угловатыми телами. Четыре короткие, но мощные ноги несли это чудовище. А две длинные руки заканчивались кулаками размером с телегу. Свисали они почти до земли.

Кожа — тёмно-серая, бугристая, как старая кора. И головы — маленькие, непропорциональные, без рта. Только шесть глаз, горящих тусклым светом. Сразу стало понятно, кто топотал по городу прошлой ночью и чуть не пробил стену. Хорошо, что не заглянул к нам на склад. Такие хлипкие постройки этим демонам — один раз в ладони хлопнуть.

— Бурусы! — заорал я, поворачиваясь к Ихону. — Бурусы, сотник! Уязвимы для баллист! Глаза! И суставы на ногах! А убивать только ударом в подмышку! Там средоточие!

Ихон понял мгновенно. Он поднял жезл и закрутил им над головой, подзывая вестового. После чего нашептал ему послание, и быстроногий парнишка, сорвавшись с места, исчез в темноте.

— Слышали все? — заорал я своим. — Бурусы! Не лезьте в лоб, только в суставы бейте! И в глаза! А если кто подберётся сбоку, цельте в подмышку!

— Ишер, мне кажется… — начал Тавр.

— Знаю, — тихо оборвал я. — Только баллисты могут их остановить. Нам просто надо продержаться. Держим остальную мелочь и верим в чудо.

Я глянул на башни. Там, на верхних площадках, разворачивали баллисты в сторону великанов. Шептуны, опасно стоявшие на краю, поднимали руки, готовя заклятия.

— Продержаться! — заорал я, понимая, что больше ничего не остаётся. — Продержаться до рассвета!

Орда обрушилась на нас.

Ахалги посыпались сверху, как град. Я рубанул топором, сбивая одного, второго, уходя от третьего. Рядом Элия, бросив копьё, схватилась за кинжал, но Аримир уже прикрывал её, яростно кромсая тварей.

Я бил топором, снова и снова, чувствуя, как обжигает тепло в руке. Топор пел, но и мои силы уходили с каждым ударом. Следом за ахалгами навалились пауки, сплошным ковром взобравшиеся по стене.

Баллисты били в бурусов болтами и не могли нам помочь. Один из великанов покачнулся, когда болт вонзился ему в ногу, но всё-таки устоял, зараза. Второй, третий — бесполезно. Бурусы неумолимо приближались, не обращая внимания на раны.

Шептун на левой башне взметнул руки, и волна света прокатилась вдоль стены, ослепляя врага. Ахалги рассыпались прямо в воздухе. Пауки замедлились, позволяя точнее бить в сосредоточие. Я рубил, отбивался, но понимал: если великаны доберутся до стены, всё будет кончено. Ни наши топоры, ни копья не остановят их. Только баллисты.

Ну или чудо.

А нас и без бурусов теснили. Мы, бойцы ближнего боя, пятились шаг за шагом. И вскоре упёрлись спинами в щиты второго ряда. Мы давили на копейщиков, заставляя отступать уже их. А те — третий ряд.

Тавр дышал рядом, как загнанный перехан. Топор в его руках двигался теперь не так быстро. Да и удары стали короче, экономнее. Он берёг силы, но силы кончались. Они кончались у всех.

Сейчас бы пригодился резерв, но на стене были только мы. Наши руки, наши ноги и наше оружие.

Копейщики второго ряда — те, что должны бить из-за спин — встали вровень с нами. Им приходилось самим отбиваться, потому что врагов стало чересчур много.

Песчаные люди лезли со всех сторон, и каждый удар меча или топора находил цель. Однако на место погибшей твари сразу вставали две новых. Я шагнул вперёд, опустившись на одно колено, уже не в силах поднимать щит, но не имея права отступить.

Ширина стены не бесконечна. И если