Вечные Пески. Том 1 и 2 - Лео Сухов

— Перевяжись! — рявкнул я. — Пусть помогут!

Парень закивал, в глазах возникло осознание. Он наконец-то рванул к башне, на бегу то и дело уклоняясь от новых атак.

Визг стоял неимоверный. Ахалги пикировали со всех сторон, целя в лучников, в бойцов у корзин, в тех, кто стоял у края стены. Люди кричали, отмахивались, ломали врага пополам. Ахалги гибли десятками, но цель была достигнута. Внимание защитников переключилось на летающих тварей.

Закричала Элия. Я обернулся и увидел, как её накрыла сзади крылатая тень. Девушка успела пригнуться, но ахалг не расстроился, упустив шею: вцепился в плечо. Мелкие острые зубы впились в плотную куртку, кожистые крылья захлопали по лицу. Элия билась изо всех сил, пытаясь сбросить тварь, но та держалась крепко.

К девушке подскочил Аримир. Он не стал хватать ахалга руками. Рубанул своим широким копьём. Хруст — и монстр осыпался песком. Аримир развернул девушку к себе лицом и закричал:

— Цела? Цела?

— Да, да… — выдохнула Элия.

Я уже не смотрел на них. Ахалги пикировали со всех сторон. Строй начал рассыпаться. Ополченцы кричали и разбегались, ища укрытие. Наёмники держались, но страх мелькал и в их глазах.

В этом хаосе я увидел, как живая лестница песчаных людей почти доросла до зубцов. Ещё немного, и они выберутся на стену. А вслед за ними придут и другие. Кровавые персты, например.

— В строй! — заорал я, разрубая топором сразу двух тварей, которые на меня пикировали. — Все, кто у корзин, быстро в строй! Забудьте камни, хватайте копья!

Мой голос потонул в общем гвалте, но кто-то услышал. Тавр строил свою осмию, отбиваясь от ахалгов щитами. Борк собирал копейщиков, сбивая тварей древками. Одори, как бешеный, метался между ополченцами, пиная их, заставляя вернуться на места.

На башне слева заорали. Я посмотрел туда и увидел, как расчёт баллисты отбивается от целой стаи ахалгов. Один из стражников упал, схватившись за шею. Второй бил тварей факелом, но их было слишком много. Баллиста молчала — некогда было перезаряжать, некогда было стрелять.

Однако и ахалги не были бесконечны. Они легко умирали, а новые из темноты больше не появлялись.

— Все триосмии, к стене! — заорал Ихон так, что я услышал даже сквозь визг. — Готовиться к штурму!

Перегнувшись через парапет, он глянул вниз. Я увидел, как меняется его лицо. Отшатнувшись от края, он выпрямился и снова заревел:

— К стене!.. Живо!..

Я тоже глянул вниз. Песчаные люди уже практически добрались. Ахалги выполнили свою задачу, отвлекли защитников. А орда доползла до верха стены, готовясь его перехлестнуть.

— В строй! — заорал я что было сил. — Первый ряд, щиты поднять! Копья к бою!

Баллисты на башнях ожили. Одна, затем вторая ударили под стену, выкашивая целые ряды, но было поздно.

Слишком близко. Слишком много. Слишком быстро.

В десяти шагах от меня выскочил на стену первый песчаный человек. Самый быстрый, самый удачливый.

Безликий, с одним жёлтым глазом, и четырьмя руками. Его чёрные когти уже тянулись к ближайшему ополченцу, готовясь окропить камень первой кровью. Но рядом вырос наёмник с топором и резко рубанул сверху-вниз. Ополченец, завизжав от страха, тоже ткнул копьём во врага. Песчаный человек бессильно осыпался чёрной пылью.

— Элия, держи! — я сунул девушке в руки своё копьё. — Стрелы кончатся — работай им. И в первый ряд не лезь, поняла? Это приказ!

Девушка кивнула, принимая оружие. Лицо у неё было бледным, но глаза горели, как огонь в жаровне. Я проскочил к первому ряду, доставая из петлицы топор. Тавр посторонился, освобождая мне место. Его осмия стояла свободно, чтобы не мешать ополченцам бить из-за спин копьями.

Песчаные люди лезли. Правда, не так, как в прошлые ночи. Не лавиной, не все сразу. Баллисты делали своё дело. Я глянул на башни: та, что слева, дальняя от нас, била точнее, чаще. В итоге, с той стороны враг не успевал подняться массой. А вот правая башня, ближняя к нам, стреляла реже. Зубцы на дальнем от неё участке стены были усеяны лезущими демонами.

Пальцы сами нащупали узор на обухе топора.

Древние знаки, выкованные отцом. Отполированные моими пальцами. Я провёл подушечками, и металл откликнулся — сначала лёгким теплом, потом жаром, который разливался по лезвию. Слова силы. Те, что отец вложил в сталь, когда ковал этот топор. Те, что я запомнил с детства. И повторял шёпотом, когда никто не слышал.

Топор запел. Тихо, едва слышно. Но я ощущал эту песню каждой клеткой тела. Шёпот, запертый в металле, просыпался. Он требовал выхода, требовал крови врагов.

Тавр покосился на меня, на топор, но промолчал. И вот ещё один песчаный человек появился между зубцами. Недалеко, в трёх шагах от меня. Он вцепился когтями в камень, подтянулся, перекинул через край две пары рук… И единственный жёлтый глаз уставился прямо на нас.

Тавр первым шагнул вперёд, закрываясь щитом. Его секира описала дугу. Голова монстра слетела с плеч, тело рассыпалось чёрным песком. Однако на его место уже лезли двое.

Я ударил топором. Лезвие вошло в грудь врага, туда, где теплилась пульсирующая суть. Демон рассыпался мгновенно, и ветер подхватил чёрный песок, унося его прочь.

Дальше всё пошло как в странном, страшном танце. Копейщики второго и третьего рядов работали слаженно. Может, и не как единый организм. Да и не слишком точно. И всё же они очень старались.

Как только песчаник возникал между зубцами, в него вонзалось два-три копья, не давая лезть дальше. А наёмники из первого ряда довершали дело, быстро убивая тварь.

Если кто-то прорывался дальше, в дело вступал четвёртый ряд копий. Это давало бойцам ближнего боя лишние мгновения. И пока что мы справлялись. Что, конечно, не отменяло копившуюся усталость.

— Слева! — крикнул я, заметив, как один из песчаников спрыгнул из-за зубца, чтобы обойти Тавра с фланга.

Копейщик из второй линии тут же сбил монстра с ног, ткнув копьём. А мой свистнувший топор окончательно его упокоил.

— Справа! — заорал Борк, и копейщики развернулись, встречая врага, который почти пролез между зубцами.

Я глянул мельком и обратил внимание: участок Гвела тоже держится. Денос командовал первой осмией, и работали они не хуже наших. А сам молодой триосм стоял в первом ряду, с мечом, и сражался наравне со всеми. Молодец Гвел, быстро хорошему учится.

Баллисты били, не переставая. Камни попадали в лестницы из песчаных людей, выбивая каждый сразу десяток врагов. Живые конструкции опускались, проседая ниже, и врагу требовалось время, чтобы восстановить высоту.

— Молодцы! — крикнул Ихон где-то справа. — Держите демонов там, держите!

Я