Мемуары Питера Генри Брюса, эсквайра, офицера, служившего в Пруссии, России и Великобритании - Питер Генри Брюс

что Стюарт неоднократно повторял, что приедет со дня на день, он так ни разу не появился в Чарльстоне за все те пять месяцев, что я там был, таким образом оказавшись проигравшей стороной и став предметом насмешек в Чарльстоне, где капитан Джелф и его офицеры постарались сделать попытку Стюарта уклониться от объяснений столь же широко известной, как и на Провиденсе. Потом уж к этому подключились Бутби и Кокс.

5 января я поднялся на борт шлюпа «Пелэм», нового судна, построенного из красного дерева Флорентайном Коксом, который был также его командиром, и мы отплыли в тот же день вместе с капитаном Джелфом и его офицерами. На следующий день мы прибыли к острову Абако на место кораблекрушения. Нам пришлось задержаться на несколько дней, чтобы собрать команду «Ласточки», рассеявшуюся по острову. После того как к нашей команде добавился этот экипаж (120 человек), на «Пелэме» стало довольно многолюдно. Шлюп Стюарта успел забрать с «Ласточки» мортиры и снаряды, а также иное оружие, якоря, паруса и такелаж, которые затем были проданы на Провиденсе и, как мне сообщили письмом надежные люди, впоследствии перепроданы испанцам. Погода выдалась хорошая, и наше плаванье на «Пелэме» проходило спокойно. Каждый день нас сопровождали акулы. Капитан Кокс, уроженец Бермудских островов, – а все бермудцы считаются на редкость искусными рыбаками – ловил более двух десятков акул в день. Делал он это следующим образом: выбрасывал канат с петлей на конце, внутри которой подвешивался кусок говядины. Когда акула приближалась к мясу, этот кусок тянули через петлю, так что акула в погоне за ним попадала в ловушку, и ее, заарканив, вытаскивали за крупный и широкий хвост на борт. Некоторые акулы были такими огромными, что, когда их хвост оказывался на уровне планшира, половина туловища все еще оставалась в воде. Таким переросткам мы вспарывали брюхо и снова бросали их в море, где их вскоре разрывали на части прожорливые товарки, обеспечивая нам приятное развлечение. Но поскольку молодые акулы хорошо идут в пищу, мы вытаскивали их на палубу и резали для матросов, которые таким образом были полностью обеспечены свежей едой. Так что все сложилось весьма удачно, ведь у нас не было достаточно провизии для большого числа людей. У нас говорят, что, если у бермудца есть рыболовные снасти, смерть в море от голода ему не грозит.

Вечером 21 января мы прибыли к отмели перед Чарльстоном. Но, поскольку уже темнело, начинался отлив и дул сильный ветер, мы сочли неразумным совершать рискованный переход через отмель. Однако два английских моряка с «Ласточки» сообщили капитану Джелфу, что находившиеся на борту ирландские матросы, которых было гораздо больше, чем английских, составили заговор с целью нас арестовать, а корабль отвести в Августин. Поэтому нам пришлось попытаться ту отмель преодолеть. Однако, как только мы взошли на нее, корабль сразу же застрял и восемнадцать раз бился днищем с такою силою, что мы подпрыгивали при каждом ударе. К счастью, отлив замедлился и нам не без труда удалось все же спустить судно на воду, но трещины оказались такие большие, что из-за течи пришлось изрядно постараться, чтобы не пойти ко дну. Мы дали несколько выстрелов, прося помощи, что в тот момент не позволило мятежникам осуществить свои планы. Капитан Джелф посреди всеобщей суматохи и под покровом наступающей ночи отправил своих офицеров на шлюпке к командору с сообщением о грозящей нам опасности. На рассвете следующего дня к нам на помощь были спешно отправлены два баркаса с большим числом хорошо вооруженных солдат. Кроме того, к отмели подошел корабль с двадцатью пушками на борту, готовый нас сопровождать в случае необходимости. Такое количество людей и оружия привело мятежников в замешательство, и как только мы миновали отмель, их всех заковали в железы на борту военного корабля. Наконец 22-го числа, благодаря крепости нашего судна, мы благополучно добрались до Чарльстона. В противном случае мы все могли бы погибнуть. Однако «Пелэм» был все же сильно поврежден из-за многочисленных толчков на отмели. Расстояние от Провиденса до этого места составляет 7 градусов, или 420 географических миль.

Здесь меня очень радушно встретили губернатор, совет и ассамблея, пожелавшие, чтобы я, не теряя времени даром, приступил к осмотру местности и высказал свое суждение по поводу того, что надобно далее сделать для обеспечения безопасности и защиты острова. После полной инспекции сего места, исследования болот, расположенных перед городом, и измерения глубины узкого пролива, отделяющего остров Хог-Айленд от материка[755], я представил следующий доклад:

Ввиду того, что сей город построен на мысе и с востока, юга и запада омывается крупными судоходными реками Купер и Эшли, три его стороны имеют хорошую природную защиту, однако я заметил, что все, что до сих пор делалось для охраны города, направлено как раз на возможность нападения с этих рек, тогда как северная часть города, уходящая вглубь материка, не защищена и открыта для атак неприятеля, который, благодаря близости лесов, может в любой момент внезапно напасть на город. Это место подвержено той же опасности со стороны моря. Хотя отмель обеспечивает ему надежную защиту, а форт Джонсон охраняет обычный проход кораблей в город, однако существует еще один проход через узкий пролив у острова Хог-Айленд, где вода глубже, чем на отмели, и враг может пройти там, будучи недосягаем ни для пушек форта Джонсон, ни для тех, что установлены на куртине рядом с рекою. Таким путем враг может зайти в город с тыла, где нет охраны, и захватить его.

Исходя из вышеизложенного, я придерживаюсь мнения, что у бесплатной школы следует прорыть канал шириною шесть или восемь морских саженей и восьми или десяти футов глубиною. С одного болотистого берега до другого он составит всего 120 морских саженей. Это предотвратит внезапное нападение с суши. В другом месте, на мысу Рахт, чтобы не допустить неожиданной атаки с моря, следует установить батарею на фашинах, ибо это единственное место, пригодное для высадки неприятеля, и еще одну батарею у дома Энсона. В каждой должно быть шесть или восемь пушек самого большого калибра, чтобы защищать проход через узкий пролив Хог-Айленда, если враг попытается зайти с той стороны. Кроме того, по двум сторонам мыса Рахт можно установить пушки бастиона Крейвена, а также пушки дома Энсона. После того как проход будет таким образом защищен, надобно построить большую батарею на болоте напротив города. Земля там отчасти твердая и крепкая, а топкие места следует укрепить с помощью свай. Батарея должна по виду представлять собою подкову и иметь на вооружении тридцать пушек самого большого калибра, которые будут занимать главенствующее положение