О чем поют кабиасы. Записки свободного комментатора - Илья Юрьевич Виницкий

про его жену» (затем следует эпиграф из стихотворения об Инстассе, опубликованного в «Винтике»). Много лет спустя Маршак вспомнит Инстассу в трактате о литературном мастерстве: «Иные поэты считали, что музыкальность придают стихам звучные и причудливые иностранные слова и даже фамилии», между тем как «[н]арочитая музыкальность, как и нарочитая образность, чаще всего бывает признаком распада искусства». «Музыка и образы, — резюмирует поэт, — выступают здесь наружу, подобно сахару в засахарившемся варенье» (Маршак С. Я. О линейных мерах // Молодая гвардия. 1956. № 1).

438

Борисов Л. И. Жестокий воспитатель. Л., 1961. С. 188. Борисов также рассказал историю о том, как в ответ на похвалу офицера «Молодец, вольноопределяющийся Лотарев!» «новоявленный Оскар Уайльд» поклонился и «произнес сквозь зубы, как бы нехотя: „Мерси!“». С тех пор в полку его так и прозвали (с. 196–197). Тот же анекдот приводится в кн.: Борисов Л. И. За круглым столом прошлого: Воспоминания. Л., 1971. С. 104–106. Ср. в поэзе об Инстассе, процитированной по памяти мемуаристом: «— Я буду плоск: я Вами в сердце ранен. / „Мерси, мерси; но кто Вы, джентльмэн?“ / „— Почти поэт: я Игорь Северянин…“ / „Читала вас“… Любезностей обмен».

439

То есть русско-еврейского поэта и публициста Семена Фруга («певца народного горя»), пользовавшегося бешеной популярностью в дореволюционной Одессе.

440

Аргус. «Дежурная адъютантесса» // Новое русское слово. 1970. № 21 848.

441

Последнее явление Инстассы в русской литературы — история о разборе «Поэзы трех принцесс» на школьном уроке в книге переводчицы Екатерины Вильям-Вильмонт «Опасное соседство»: «Стихи Северянина — просто воплощение поэзии! Глуповатые, красивые, музыкальные! Разве нет? — Да чушь собачья! — решительно высказалась Таня Воротынцева. — Набор слов! — Марфа Кузьминична! — канючила Лялька. — Объясните мне: она куда на коне-то въехала? В гастроном? — Нет, в супермаркет! — отбрил ее Макс Гольдберг. — Понимаешь, Дубова, она там на весь гарем продукты закупает, потому и приехала на лошадке! Чтоб тяжести не таскать! <…> Короче, урок литературы прошел небесполезно, — в классе появилось две новые клички: Княжна Инстасса и Абракадабра — Таня Воротынцева».

442

См. https://poet-severyanin.ru/library/leksiko-semanticheskie-sredstva30.html

443

На реальную биографическую основу поэмы указывала Александра Коллонтай — кузина поэта, посвященная в тайны его «гарема».

444

Петров М. Дон-Жуанский список Игоря-Северянина. Истории о любви и смерти поэта. Tallinn, 2002. С. 53–54. Ничего об источниках образа Инстассы нет и в Словаре литературного окружения Игоря Северянина (1905–1941): Биобиблиографическое издание: В 2 т. Т. 1: Словарь; Т. 2: Приложения и указатели / Сост. Д. С. Прокофьев. Псков: Гименей, 2007.

445

Единственное упоминание похожего собственного имени (точнее, фамилии) мы нашли в публикации из журнала «Коммунист», в которой говорилось о популярном литовском враче Моседской апилинковой больницы Вацловасе Интасе.

446

Владимир Марков в «Трактате о трехгласии» приводит в пример тройственного союза гласных у Северянина стих: «И у Инстассы под сиренью газа» (Воздушные пути (Нью-Йорк). 1967. № 5). Имя Инстасса с экзотически сдвоенным «с» вписывается в ряд изысканных феминитивов поэта, которые в 1914 г. высмеял Чуковский в описании воображаемой похоронный процессии за гробом эгофутуриста: «За фарфоровым гробом поэта потекут в сиреневом трауре баронессы, дюшессы, виконтессы…» (добавим еще «адъютантессы», «поэтессы» и прочие «эксцессы»).

447

Значительная часть северянинских «заумных» иноязычных имен имеют «источники» и «ключи». На некоторые из них поэт указывал сам. Например, загадочная Фея Eiole происходит от эстонского «ei ole», то есть «Фея Нет», как называл свою последнюю жену Игорь Северянин: «Владычица Эстии, фея Eiole. / По-русски eiole есть: нет». В свою очередь Миллида — это звуковая маска Лидии Рындиной. Претенциозное Эклерсита образовано не столько от названия пирожного, сколько от французского «éclaircie» — просвет. Таинственная герцогиня Дель-Аква-Тор, тесно связанная с экзотическим цветком Виктория Регине (то есть гигантской кувшинкой, расцветавшей в мае в оранжерее петербургского Ботанического сада), восходит к каламбурной игре со словами «экватор» и «акватория» (география и среда обитания), возможно, восходящей к книге «На океане» популярного в России писателя Эдмондо де Амичиса: «dell'aquatore, dell’iquatore, del quatore, di lu quatuore, poichè storpiavano la parola in cento modi…» В свою очередь «Эсклармонда Орлеанская» — первая русская футуристка София Шевардина (она же Сонка и Тиана), выступавшая на поэзоконцертах Игоря Северянина и бывшая объектом его соперничества с Маяковским, — получила свое имя от названия романтической оперы Массне «Эсклармонда», впервые поставленной в Мариинском театре в 1892 г. В «Ниве» характер этой оперной героини описан следующими словами: «Эсклармонда предается чувствам снедающей ее тоски по храбром рыцаре графе Роланде Блуа, которого она видела, когда он проезжал через Византию, и образ которого неизгладимо запечатлелся в ея душе». К. И. Чуковский проницательно указал на близость эстетики «салоннейшего» Массне Игорю Северянину. О значении оперного искусства в творчестве Игоря Северянина см: Богданов К. Стихотворение Игоря Северянина «В парке плакала девочка…»: Краткий комментарий // Сквозь слезы: Русская эмоциональная культура / Сост. К. Богданов (название сборника предложено И. Ю. Виницким). М.: Новое литературное обозрение, 2023. C. 216–223.

448

Попутно заметим, что имя итальянского поэта в форме «Тассъ» (которую Брандт считал правильной и освященной русской литературной традицией) использовал Осип Мандельшам в стихотворении, посвященном Батюшкову. Здесь это имя в родительном падеже рифмуется с виноградным мясом стихов. Такая рифмовка хорошо показывает как различия (акмеистическая материальность и «серафическая» музыкальность), так и сходство (упоение словом) поэтических систем Мандельштама и Игоря Северянина. См. сравнительную характеристику вкусовых пристрастий поэтов: Лекманов О. А. «Мальчик» и «мальчишка», или о вкусе мороженого и поэтическом вкусе // Дядька Лицейский смотритель. 1996. № 2–3. С. 37–38. Как любезно указал нам автор статьи, Мария Гонта (жена Дмитрия Петровского) по памяти цитировала стихотворение Мандельштама «Батюшков» в северянинской манере: «И отвечал мне заплакавший Тассо, / Я к величаньям еще не привык» (вместо «оплакавший Тасса»).

449

Выставленная в 1899 г. картина произвела сенсацию. Некоторые посетители выставки были озадачены ее названием: «Who is Armida? What is she?» Другие рассуждали, что Армиду Тассо они знают, но на картине изображены персонажи в современных костюмах под китайскими фонарями. «The Garden of Armida, — разъясняла смысл этой художественной провокации рецензентка Афра Вильсон, — is a typical earthly garden; it is as old as human nature, old as the garden, called Eden, and is here for all time short of the millennial age. In it the eternal feminine and the everlasting masculine confront one another and concentrate their powers in a duel for domination» (Wilson A.. The Art of John Collier //