Время прощаний и встреч - Анатолий Владимирович Софронов

Слышали мы и немало рассказов о полковнике Насере, о его мужестве, сильной воле, проявленных в борьбе за освобождение Египта от колониалистов, в отражении англо-франко-израильской агрессии.

Мы побывали у многих видных государственных деятелей Египта, посетили Порт-Саид, любовались хотя и не работающим еще, но не потерявшим своей красоты Суэцким каналом, познакомились с египетскими писателями, журналистами и художниками. Предстоял прием членов миссии президентом Египта. Комитет солидарности стран Азии поручил нам передать президенту Египта восхищение борьбой египетского народа, его стойкостью и мужеством во время короткой, но суровой войны с агрессорами, передать чувства братской солидарности и дружбы наших народов к народу Египта.

Асад Торгаман, молодой человек, работник департамента национальной ориентации, сопровождавший нас во всех путешествиях, приехал на этот раз в отель «Континенталь» намного раньше обычного.

— Президент примет вас в своей резиденции, то есть у себя дома, — сказал Торгаман. — В этом доме он жил еще до того, как стал президентом.

Скоро мы забрались в маленький автобус и по шумным каирским улицам отправились к дому президента. Часовые распахнули ворота, и мы въехали в большой двор, посреди которого журчал фонтан и бегали черноглазые мальчик и девочка.

— Это дети президента, — тихо сказал Асад. — У него их пятеро.

Нас провели в небольшую прохладную гостиную. На мраморном столике в вазе красовался букет желтых с подпалиной и красных роз. Египетские розы какие-то особенные — всякий раз, когда мы их видели, нам казалось, что они опалены знойными ветрами ливийской пустыни. Молча мы сели в кресла, осматривая комнату. На камине стояло несколько больших фотопортретов с дарственными надписями.

Над камином висела картина — юноша и девушка. Видимо, художник хотел передать во взгляде юноши глубокую любовь к избраннице.

Нас пригласили к президенту. Гамаль Абдель Насер стоял у входа в кабинет, пожимал нам руки, внимательно прислушиваясь к произносимым фамилиям. Затем он пригласил нас присесть на кожаный диван и кресла, окружавшие небольшой, низенький, продолговатый столик, и протянул ящичек с сигаретами, предлагая закурить.

Ануп Сингх, глава нашей миссии, член индийского парламента, один из секретарей Комитета солидарности стран Азии, рассказал о чувствах, которые питают азиатские народы, в частности, народы Индии, к героическому Египту. Японский журналист Масахару Хатанака и я передали слова привета от имени национальных комитетов солидарности и наших народов.

Президент сосредоточенно слушал, время от времени пристально вглядываясь в говорившего. Когда наш японский друг Хатанака сказал, что на территории Японии расположено более шестисот пятидесяти американских баз, Насер переспросил:

— Сколько?

— Более шестисот пятидесяти!

— Я благодарю вас за добрые слова в адрес нашего народа, — выслушав нас, ответил президент. — Во время борьбы с агрессорами мы чувствовали вашу поддержку, и мы не забудем помощь, которую нам оказали Индия, Советский Союз и другие народы. Мы рады, что ваши народы придают большое значение тем проблемам, какие возникли в этой части света. Мы должны знать теперь друг о друге значительно больше. Раньше все ограничивалось англичанами и их колониальными интересами в этом районе. Теперь Египет выходит на широкую дорогу. К нам приезжают друзья из Индии, Советского Союза, Японии, других стран, и мы сами ездим в эти страны. К Египту проявляется теперь другой интерес, совсем не тот, который проявляли когда-то богатые туристы, искавшие в нашей стране только возможность побывать на Ривьере и посмотреть пирамиды.

Если в начале беседы президент был как-то сосредоточен и даже внешне несколько суров, то сейчас, когда он сам начал говорить, лицо его ожило, глаза засверкали.

— Географическое положение нашей страны таково, что уже более семисот лет она привлекает к себе интересы Франции и Англии. Я вам напомню: первая агрессия Франции против Египта была в тысяча двести сорок девятом — пятидесятом годах. Король Франции Людовик Девятый, собрав большое войско, вторгся в Египет. Но наш народ тогда сказал ему: «Пожалуйста, приходи, тюрьма уже готова». Известно, что войска французского короля были разбиты, а сам он пленен. Но французы не успокоились. Более чем через пять веков еще один завоеватель, Наполеон, в тысяча семьсот девяносто восьмом году захватил и оккупировал дельту Нила. Правда, продвинуться в верховья Нила ему не удалось. Три года в Египте находился генерал-губернатор Франции. Потом его и всю его свиту египтяне выбросили.

Прошло немного времени — и захватчики уже под английским флагом в тысяча восемьсот седьмом году появились в Египте. Генерал Фрезер захватил Александрию и дошел с войсками до Розетты. Но египтяне поднялись на войну с англичанами, разбили их войска, захватили много оружия.

— Кто командовал египетской армией тогда? — спросил Ануп Сингх.

— Мухаммед Али, — ответил Насер и тут же горячо добавил: — Но англичанам нанес поражение весь народ, весь народ!

Мы чувствовали, что в словах президента собрана вся горечь и ненависть к колонизаторам. Насер продолжал:

— Через несколько десятилетий англичане снова пошли на Египет. Это было в тысяча восемьсот восемьдесят втором году. Они оказались в Александрии, пытались продвинуться в глубь страны, но дальше Кафра не прошли. Военная сила не помогла. Тогда они решили действовать интригами. Они договорились с французами, и английский флот подошел к Порт-Саиду. Англичане дошли до Исмаилии, оттуда проникли в Каир. Египет был покорен.

Президент остановился, лицо его стало суровым.

— Они были здесь, — продолжал он, — пока мы их не заставили в тысяча девятьсот пятьдесят шестом году эвакуироваться из Египта. Как видите, Англия и Франция не первый раз нападают на наши земли.

Насер помолчал, потом медленно сказал:

— Мы понимаем, что мы, возможно, и дальше будем объектами агрессии, — таково наше положение. Но в войне с агрессорами осенью прошлого года наш народ показал, что он един и что он может оказывать сопротивление. Победа над агрессорами укрепила его веру в себя. Никогда раньше нашему народу не давали оружия. В эту войну полтора миллиона египтян получили оружие в свои руки. Это поворотный пункт в истории нашей страны. Наш народ понимает, что Египет теперь принадлежит не феодалам, а принадлежит египетскому народу.

Президент говорил все это с большой силой убежденности и увлечением.

— Мы не думаем, что опасность миновала. Война против нас продолжается. Война всякая. Только на территории некоторых близлежащих стран находится девять тайных радиостанций. Передачи идут с Кипра, из Южной Франции. Всякие там «голоса свободы», «свободные Египты»… — Пожалуй, первый раз за всю беседу Насер улыбнулся.

Ануп Сингх спросил:

— А что же они говорят?

Насер продолжал с улыбкой:

— Это же, так сказать, психологическая война. Я им очень не нравлюсь, поэтому