Системный Друид. Том 5 - Оливер Ло

мне много синяков в Серебряных Ключах за те месяцы, пока я учился ловить ложные сигналы тела и путаться меньше. Олав пока не финтил, бил честно, и я уклонялся с лёгкостью, которая со стороны наверняка выглядела подозрительно.

Наставник нахмурился, перехватил рукоять двумя руками, раскрутил клинок в серии быстрых ударов, сменил ритм на рваный и бросил финт влево, резко развернув корпус, а хлёсткий удар полетел справа на уровне бедра. Я использовал рывок, короткий импульс Молниеносного Шага встроился в уклонение так, что со стороны я просто исчез из точки удара, оказался за спиной Олава, мягко положил кончик палки ему на плечо.

Наставник застыл, повернул голову и посмотрел на меня через плечо, на палку, лежавшую на ткани куртки, и по его лицу я увидел, как скука гаснет, сменяясь живым интересом. Он будто очнулся от сонливости, что преследовала его все это время. Олав коротко и по-настоящему рассмеялся, повернулся ко мне целиком, перехватил свой меч обратной хваткой и отступил на исходную.

— Давно никто из кандидатов не выходил мне за спину, — в его голосе звенело удовольствие. — Покажи, что умеешь ещё.

Я, разумеется, не мог оставить эту просьбу без ответа и показал ещё, без магии и лозы, только работу тела и понимание пространства. Олав атаковал дважды, серьёзно, используя смену дистанции и обманные переносы веса, которые выдавали опыт настоящих боёв, и оба раза не находил меня там, где рассчитывал.

В первый раз я скользнул под его рукой, пропустив тренировочный меч над плечом на расстоянии ладони, развернулся в его мёртвой зоне и обозначил удар в поясницу. Во второй он попробовал зажать меня в угол площадки, отрезая отход к стойкам, но я ушёл вверх, оттолкнувшись от стены, и, перекатившись через плечо по утоптанной земле, поднялся в трёх шагах от него уже на открытом пространстве.

— Хватит, — Олав воткнул меч остриём в землю и облокотился на рукоять.

Дышал он ровно, тренированное тело не выдавало усталости, но лоб блестел от пота, и глаза горели азартом.

Я вернул палку на стойку, и мы прошли обратно в зал. Женщина за стойкой дописала строчку в формуляре, подняла на меня квадратные очки и назвала ранг.

— Третий. Из шести, — пояснила она, хотя в пояснении я не нуждался. — Жетон будет готов к вечеру. Зайди перед закрытием.

Третий ранг для никому не известного чужака на новом континенте, без рекомендательных писем и гильдейской истории, выглядел с учетом того, что я продемонстрировал, действительно, разумным решением. Поставить меня выше означало бы привлекать ненужное внимание, поставить ниже, пожалуй, означало бы враньё — тем более за нами наблюдали и занизить результат тоже не дали бы.

Мне требовался документ с печатью Гильдии, дающий право путешествовать, заходить в Подземелья и не объяснять каждому встречному стражнику, кто я такой и зачем ношу оружие. И этот ранг как раз мне подобное позволит. Я кивнул и направился к выходу.

Олав провожал меня взглядом от стойки до двери, я чувствовал его внимание спиной. Наставник молчал, но вопрос, оставшийся при нём, угадывался по позе и по тому, как он крутил рукоять меча в пальцах, глядя мне вслед.

На улице я вдохнул солёный воздух и пошёл к рынку за едой. Жетон можно забрать вечером, а пока город ждал, и каждый час в нём добавлял новую линию на карту в голове.

* * *

Лес начинался за пологим холмом к востоку от порта, я вышел за городские ворота на рассвете, когда солнце ещё только показалось над горным хребтом и длинные тени лежали поперёк дороги. На посту стояли двое стражников в кожаных доспехах с городским гербом, змея вокруг столба. Один из них скользнул глазами по жетону на моей груди и кивнул, пропуская без вопросов.

Редкий подлесок начался за холмом, с невысокими кустами и травой по колено. Мана в почве ощущалась ступнями через подошвы сапог, и по мере продвижения вглубь менялась, уплотняясь и теплея. Татуировка на руках отозвалась покалыванием, серебристые прожилки засветились чуть мягче, чем в Пределе или в Серебряных Ключах, и свечение несло в себе оттенок, к которому я ещё не привык, свет проходил через незнакомый минерал. Ивара зашевелилась, и я позволил ей смотреть, на этот раз без одёргиваний. Здесь, в лесу, её любопытство было все же более правильным, что ли — как-никак она дух дерева, и природа — ее стихия.

Деревья по мере углубления становились крупнее и толще, тёмная кора широких стволов покрывалась серебристым лишайником. Широкие листья с зубчатыми краями и кожистой текстурой не были похожи ни на хвою елей, ни на мягкую листву берёз Предела. Лей-линии под ногами шли иначе, закручивались узлами и вихрями вместо привычных параллельных нитей, создавая очаги повышенной концентрации маны, которые я ощущал за десятки шагов.

Пожалуй, тот иной привкус, ощутимый ещё на корабле, был связан именно с закрученной структурой потоков, и Ивара реагировала на него ярче, чем на всё прежнее.

Усиленные Чувства уловили первого зверя по лёгкому движению в кустах левее тропы, и я остановился, развернув тело к источнику звука, но не поднимая рук. Из зарослей выступило существо, похожее на крупную куницу с тёмно-рыжим мехом и гладким костяным рогом, растущим из лобной кости прямо между ушей. По ощущению ядра первый ранг, зверёк выглядел мелким и осторожным, но любопытство брало верх над пугливостью.

Мы смотрели друг на друга. Рогатая куница подёргивала влажным носом, принюхиваясь, я ощущал краем Чувств напряжение в её маленьком теле, мышцы готовы к прыжку в обе стороны, вперёд или назад, в зависимости от того, что я сделаю. Я стоял неподвижно, давая зверю время, и через полминуты куница расслабилась, опустила нос к земле и юркнула обратно в кусты. Похоже, этот бой мы оба избежали.

Глубже в чаще мана стала плотнее, и звери, вероятно, крупнее. Второго я почувствовал по вибрации почвы и шелесту чешуи по палой листве. На тропе, если это можно было назвать тропой, лежало змееподобное существо с четырьмя короткими лапами по бокам вытянутого тела и мощным хвостом, закрученным полукольцом. Тёмная чешуя отливала синим в пятнах солнечного света, горячее ядро маны внутри зверя ощущалось на уровне примерно второго ранга. Существо подняло треугольную голову и зашипело, обнажив двойной ряд мелких зубов. Демонстрация откровенно враждебная, ящер посчитал меня опасным и предупреждал, чтобы я не лез на его территорию.

Через природную ману я послал ясный образ нейтральности, не угроза и не добыча, просто странник.