Колье примадонны - Наталья Николаевна Александрова

Куда она велела идти? Сначала сказала, что налево, но потом передумала и велела идти направо. Уверенно так…

Я повернула направо.

Коридор, в котором я оказалась, был узкий и полутемный. Я шла по нему, вспоминая инструкцию.

Мне нужна вторая дверь…

Вот первая…

Я не успела поравняться с этой дверью, как она приоткрылась, и оттуда выплыла женская фигура.

Именно выплыла – мне показалось, что она не переступает ногами, а просто плывет над полом.

Как я уже сказала, в коридоре было почти темно, и я толком не разглядела эту женщину, увидела только длинное платье и высокую прическу. И услышала шорох шелка.

Женщина выплыла на середину коридора, остановилась и повернулась ко мне. И протянула в мою сторону руку. А потом поднесла палец к губам, словно призывая к молчанию.

Но я и без того молчала, у меня горло перехватило от страха.

А таинственная женщина отвернулась, пересекла коридор и исчезла на другой его стороне.

Я еще несколько секунд стояла как памятник самой себе, наконец ожила, шагнула вперед и посмотрела на то место, где исчезла таинственная незнакомка.

Там была дверь, но она была заперта.

Я перевела дыхание, сделала еще несколько шагов в прежнем направлении и остановилась перед следующей дверью.

Это была как раз та самая вторая дверь, про которую говорила мне Ифигения.

Я толкнула эту дверь и вошла внутрь.

Я оказалась в просторной и светлой комнате, заставленной комнатными цветами.

Горшки с цветами стояли на подоконниках и на столах, на тумбах и специальных подставках.

Здесь была герань всевозможных цветов и оттенков, был большой фикус, а также декабрист, точнее, два декабриста – розовый и белый, оба просто усыпаны цветами.

Здесь сидели три женщины, чем-то неуловимо похожие друг на друга.

Ну, во-первых, все три были довольно полные, круглолицые и румяные. Во-вторых, все три пили чай с печеньем и шоколадными конфетами.

Правда, были между ними и существенные отличия. Одна была блондинка, другая – брюнетка, третья – шатенка.

Все они повернулись в мою сторону, и одна из них, блондинка, та, что была ближе к двери, проговорила:

– Ты что такая бледная?

Вторая, брюнетка, подхватила:

– Да на тебе просто лица нет!

Третьей высказалась шатенка:

– Ты будто привидение увидела!

Я не знала, что ответить, и тут блондинка продолжила:

– Правда, что ли, увидела?

Она обернулась к своим коллегам и сочувственно проговорила:

– Наверное, она увидела ее…

– Ты сядь, – предложила брюнетка, показав мне на свободный стул. – Тебе посидеть надо. Первый раз все пугаются.

Я послушно села – меня ноги не держали.

Шатенка тут же поставила передо мной большую чашку с красивым красным петухом, блондинка налила чай, а брюнетка протянула вазочку с печеньем.

Я сделала большой глоток, и ко мне вернулся дар речи.

– Я там, в коридоре, видела женщину… женщину в длинном, до полу, платье!

Три грации переглянулись:

– Точно, это она.

– Кто – она?

– Да хозяйка здешняя… певица… Алина… она часто здесь появляется. А что она делала?

– Она прошла по коридору и скрылась за дверью, которая напротив вашей комнаты. А дверь-то запертая…

Брюнетка таинственно понизила голос и проговорила:

– Она как раз в той комнате пропала!

– Пропала? – переспросила я.

– Ну да… Там была ее спальня, она туда вечером вошла – и все! Больше ее никто не видел!

– Больше никто! – подтвердила блондинка.

– А главное, – снова заговорила брюнетка тем же таинственным голосом, – вместе с ней пропало ожерелье…

– А, да, ожерелье ведь тоже пропало! – подхватила шатенка, округлив глаза.

– Какое ожерелье? – переспросила я, насторожившись.

Перед моим внутренним взором возникло голубое ожерелье на шее манекена. Неужели то самое ожерелье?

– А, она ведь не знает про ожерелье! – воскликнула блондинка с непонятной радостью.

– Понятия не имею, – на всякий случай соврала я.

– Ну да, откуда ей знать, – поддержала ее шатенка, и обе повернулись к брюнетке:

– Расскажи ей, Оксана!

Брюнетка приосанилась, села поудобнее и заговорила хорошо поставленным голосом:

– У нее, у Алины, было очень дорогое ожерелье.

– Бриллиантовое! – выпалила шатенка.

– И ничего не бриллиантовое! – возразила брюнетка. – Не знаешь – не говори! Не бриллиантовое, а сапфировое! Сапфиры – такие синие камни… Ей его то ли подарил богатый поклонник, то ли оно было фамильное, вот уж чего не знаю, того не знаю. Только ожерелье это было немыслимо дорогое. Говорят, оно стоило не меньше, чем сам этот дом. Какие-то большие миллионы…

– Это если тогда оно миллионы стоило, так сейчас вообще страшно подумать сколько! – не удержалась блондинка.

Брюнетка взглянула на нее неодобрительно и продолжила:

– И она всегда его надевала на сцене… Говорила, что оно у нее счастливое.

– А что, – вмешалась в монолог шатенка, – может, и правда счастливое. У меня вот есть такой брелок, с совой, я его как возьму с собой, так непременно что-то удачное в магазине куплю. В прошлом году платье красивое с большой скидкой… Вы ведь помните это платье, светло-коричневое?

Брюнетка посмотрела на подругу с непередаваемым выражением. Та осеклась и замолчала. Брюнетка продолжила:

– Значит, у нее было то ожерелье, очень дорогое. Его так и называли – ожерелье Жирардо… Так вот, когда она, Алина, пропала, тут же, конечно, набежали наследники. То никого не было, она была прямо сирота, а тут сразу появились какие-то четвероюродные племянники. И стали между собой разбираться. А про то ожерелье все знали.

– Ну, конечно, знали, если она его на каждый спектакль надевала! – вставила реплику шатенка. Брюнетка обожгла ее взглядом и снова заговорила:

– Так вот, стали искать это ожерелье – а его нигде нет. Конечно, сразу подумали на слуг, допросили их, обыскали, но ничего не нашли. Ну и подумали, что оно так с хозяйкой и пропало.

Но кое-кто думал, что это ожерелье где-то в этом доме спрятано, и искали его. Прямо весь дом перерыли, но так и не нашли! А потом уж революция случилась, Гражданская война, в доме этом чего только не было: и клуб военных моряков, и ЧК, и морское училище. Но разговоры про то пропавшее ожерелье никогда не прекращались, и все, кто в этом доме находился, пытались его найти. Особенно, конечно, курсанты морского училища старались, те прямо чуть не по кирпичику дом разобрали – и ничего!

– Надо же, как интересно… – проговорила я. – Прямо приключенческий роман.

– Да, роман! Настоящий роман!

Тут спохватилась шатенка:

– А ты к нам по какому делу? И из какого ты отдела? Мы тебя раньше что-то не видели.

– Да я здесь первый раз, пришла на работу устраиваться. Вот меня и