Бывшие. Вернуть жену доктору Орлову - Лия Малинина

— Анжела работала у нас в отделении постовой медсестрой, — продолжил он, внимательно глядя на меня.

Я вздрогнула, услышав ее имя, но решила, наконец, выслушать его.

— Она долго вилась вокруг, какие-то знаки внимания оказывала, но мне было все равно, для меня никогда не существовало других женщин, кроме тебя.

Он замолчал, словно настраиваясь на дальнейшую исповедь, подбирая правильные слова.

— А потом, — немного хриплым голосом продолжил он, — когда у нас случилось несчастье, она приходила в мой кабинет и просто говорила со мной. Ни о чем. О природе, о погоде, о ценах на продукты и прочей ерунде. А мне от этого становилось легче, я будто выходил на несколько минут из адового колеса, в которое превратилась моя жизнь.

— Я настолько замкнулась в себе, что не видела, как ты страдаешь, — прошептала я, слизывая языком с губ соленые слезы, которые катились по моим щекам и губам.

— А в тот день… — он запнулся и на секунду замолчал, — в тот день, она пришла и с порога сказала, что устала притворяться моим другом, потому что любит меня, давно. А потом поцеловала. Так резко, что я поначалу ничего не понял, растерялся, а потом, — он прикрыл глаза, а потом резко распахнул их и продолжил, — Свет, я на секунду поддался, поцеловал ее в ответ.

Я откинулась на подушку и зажмурилась, снова переживая то, что увидела пять лет назад. Словно наяву видя лицо этой женщины.

— Но только на секунду, — продолжил он, — я понял, что люблю только тебя, и не хочу никого другого в своей жизни. Я оттолкнул ее и выгнал из кабинета. Через десять секунд вышел, а в коридоре ты. Свет, я так виноват перед тобой, и не знаю, что мне сделать, чтобы ты простила меня и дала нам еще один шанс.

В палате повисло тягостное молчание. Тяжелое, как наша история любви. Я смотрела в потолок, Орлов смотрел на меня, все еще сжимая мои пальцы в своей руке.

Медленно перевела взгляд на него и впервые за долгое время посмотрела на все произошедшее другими глазами.

Передо мной сидел большой, сильный мужчина. Блестящий доктор и абсолютно несчастный человек. И мы оба тогда не смогли найти пути друг другу, чтобы пережить боль вместе. Ведь по другому нельзя. По-другому еще больнее.

— Ты думаешь, у нас есть шанс все исправить? — наконец прошептала я.

— Пока мы живы, исправить можно все, — прохрипел он, резко подался вперед, обхватил рукой мой затылок и, притянув к себе впился в мои губы.

И время остановилось, я растворилась в этом поцелуе и начала отвечать. Сначала медленно, несмело, почти забыв, как это, целоваться, но с каждой секундой инстинкты брали верх и я сама не заметила, как ухватилась руками за его халат и притянула его еще ближе к себе.

— Ой, простите пожалуйста, — как ушат ледяной воды на нас обрушился голос медсестры, неожиданно вошедшей в палату, — Вадим Сергеевич, вас главный врач вызывает.

Глава 11

Света

— Вадим Сергеевич, вас главный врач вызывает, — пропела медсестра, стрельнув в нашу сторону любопытными глазами.

Орлов отстранился медленно и неохотно, его ладонь все еще лежала на моей щеке, дыхание было сбивчивым.

— Я скоро, — прошептал он, касаясь губами моего лба. — Подожди немного.

Он ушел, а я осталась лежать с закрытыми глазами, прислушиваясь к бешеному стуку собственного сердца. Мои губы горели, пальцы все еще помнили твердость его тела, которую я ощущала через врачебную униформу, а внутри — там, где последние пять лет зияла черная дыра, — вдруг затеплилось что-то трепетное и хрупкое. Наверное, это называется надежда.

Я не хотела ее впускать, я боялась ее, как огня. Но она уже пробралась внутрь, свернулась калачиком где-то в груди и тихонько замурлыкала.

Орлов вернулся через полчаса. Я успела накрутить себя до состояния кипящего чайника, но когда увидела его лицо — хмурое, сосредоточенное, с залегшей между бровей глубокой складкой, — все напряжение вылилось в один вопрос:

— Что случилось? — прошептала я, сверля его взглядом.

Вадим сел на стул, взял меня за руку, сцепил наши пальцы и долго молчал.

— Говори уже, — попросила тихо. — Ты меня пугаешь.

— Завтра я должен лететь в Москву, — наконец выдохнул он. — Всероссийский форум травматологов. Главный сам не может — сердце прихватило. Меня отправил, как заведующего отделением.

— Надолго? — спросила я, чувствуя, как внутри все сжимается от нехорошего предчувствия.

— На три дня, — он поднес мою руку к губам, поцеловал кончики пальцев. — Света, я не хочу уезжать. Не сейчас.

— Ты должен, — перебила я, хотя внутри все кричало: «Нет!», — это работа, Вадим.

— Я боюсь, — он поднял на меня глаза, и в них плескалось отчаяние, — что вернусь, а ты снова возведешь между нами непреодолимую стену. Что ты сбежишь.

— Не бойся, — пообещала я, хотя сама не была до конца уверена. — Куда я денусь-то, с моим аппаратом Илизарова?

Он слабо улыбнулся.

— Анна Ивановна за тобой присмотрит. Я буду звонить каждый день. Ты меня поняла?

— Поняла, — кивнула я.

Орлов улетел следующим утром. Я смотрела в окно на серое сибирское небо и думала о том, что сейчас он, наверное, садится в такси, едет в аэропорт, сдает багаж.

Телефон завибрировал.

— Привет, я уже в самолете. Скучаю по тебе.

— Лети спокойно. Я в надежных руках, — я улыбнулась, впервые за сегодня.

— Это ненадолго, — тихо проговорил он, — вернусь — сделаем снимок, динамика у тебя хорошая, так что скоро снимем тебя с вытяжки»

— Да ты меня балуешь хорошими новостями, — я рассмеялась