После нас - Катерина Затула

Максим спокойно кивнул, будто другого ответа и не ожидал. Телефон снова загорелся.

Ксения:«Только не приезжай прямо с работы с лицом человека, который собирается закрыть ресторан.»

Я невольно усмехнулся и набрал ответ:«Ничего не обещаю.»

Ответ пришёл почти сразу:«Тогда я возьму вино заранее.»

Я ухмыльнулся и заблокировал экран.

— Вечером ресторан? — спросил Максим, всё ещё глядя в планшет.

Я поднял на него глаза.

— Тебя это волнует?

— Только в контексте расписания.

— Тогда да. В восемь.

— Успеете.

— Я всегда успеваю.

Максим промолчал. Правильно сделал. За последние два года моя жизнь стала исключительно простой: работа, спорт, встречи, иногда женщины. Никаких сложных решений. Никаких разговоров о будущем. Никаких попыток объяснить то, чего я сам объяснять не хотел. Мне нравилось, когда люди понимали правила сразу. Ксения понимала. До неё понимали другие. Никто не задерживался достаточно надолго, чтобы стать проблемой.

Телефон завибрировал ещё раз, но я уже не посмотрел.

— Машину на два сорок, — сказал я. — Если официальная часть затянется, я уеду.

— Хорошо, Никита Владимирович.

Максим направился к выходу.

— И Максим.

Он остановился у двери.

— Да?

— Узнай хотя бы, что именно мы сегодня открываем. Чтобы я не выяснял это перед камерами.

Он едва заметно улыбнулся.

— Уже отправил информацию вам на почту.

— Конечно.

Дверь закрылась. Я снова открыл документы. Через несколько минут о поездке на Лубянку уже не думал. Это было всего лишь ещё одно мероприятие в середине обычного рабочего дня. Сорок пять минут, несколько рукопожатий, фотографии, ленточка. И обратно в офис.

Я вышел из кабинета ровно в два сорок. Максим уже ждал у лифта.

— Машина у входа.

Я молча кивнул. Через несколько минут «Майбах» плавно выехал с подземной парковки. Москва привычно стояла. Я открыл планшет.

— Ответ по Нижнему дали?

— Да. Прислали новую смету.

— И?

— Уже ближе к реальности.

— Значит, могут ещё.

Максим коротко усмехнулся.

— Передать?

— Передай.

Я снова опустил взгляд в документы. До Лубянки ехать было около получаса. Как раз хватало, чтобы разобрать ещё несколько вопросов.

— Кстати, — неожиданно сказал Максим, — организаторы просили задержаться после открытия.

— Зачем?

— Осмотреть пространство.

— Пусть сами осматривают.

— Никита Владимирович…

Я поднял глаза.

— Там уже всё готово. Дети тестируют экспозиции с утра.

Я нахмурился.

— Какие дети?

Максим посмотрел в планшет и растерянно ответил:

— Посетители.

Я коротко кивнул.

— Понятно.

И снова вернулся к документам. Через двадцать минут машина остановилась.

— Приехали.

Я убрал планшет, вышел из машины и только теперь поднял голову. Центральный детский магазин. Я невольно усмехнулся.

— Теперь понятно, почему они так хотели именно меня.

У центрального входа уже стояли камеры, журналисты, фотографы, представители мэрии. Несколько человек сразу направились ко мне.

— Никита Владимирович…

— Добрый день…

— Спасибо, что нашли время…

Я автоматически пожал несколько рук. Максим уже что-то обсуждал с организаторами. Мне протянули папку с программой мероприятия. Я даже не открыл её.

— Начинаем через пять минут.

— Отлично.

Меня проводили внутрь. Я привычно слушал вполуха. Кто-то рассказывал о новом пространстве, о современных технологиях, об образовании, о будущем. Я машинально кивал. Потому что подобные речи за последние годы слышал уже десятки раз. Мы подошли к красной ленточке. Фотографы сразу оживились.

— Никита Владимирович, пожалуйста, чуть правее.

— Отлично.

— Ещё раз сюда.

Я повернулся, поднял взгляд и в ту же секунду замер. На втором этаже, у стеклянного ограждения, стояла светловолосая женщина. Я только видел её со спины. Белая рубашка, светлые волосы, рассыпанные по плечам. Взгляд сразу остановился именно на ней. Она чуть наклонилась вперёд, разговаривая с продавцом. В этот момент она одним движением убрала волосы за ухо. Я узнал её раньше, чем увидел лицо. У меня внутри будто что-то коротко оборвалось. Нет, не может быть. Она медленно повернулась вполоборота, и я увидел профиль. Катя.

— Никита Владимирович?

Я не сразу понял, что ко мне обращаются.

— Простите?

— Ножницы.

Мне протянули серебристые ножницы. Я автоматически взял их, но взгляд всё ещё был наверху. Там. Где только что стояла она.

— Камеры готовы.

Я машинально кивнул. Вокруг кто-то продолжал говорить о перспективах проекта, о современных технологиях. О том, как важно создавать новые пространства для семей. Я не слышал ни слова.

Катя. Она была здесь. В Москве. Не в воспоминаниях, не во сне, не на фотографии. В двадцати метрах от меня.

— Никита Владимирович, пожалуйста, ближе к ленте.

Я сделал шаг вперёд и снова поднял взгляд наверх. Она всё ещё стояла там. Теперь уже смеялась над чем-то, что говорил продавец. Такая же красивая. Нет… Ещё красивее. Будто этих двух лет вообще не существовало.

— Три… Два… Один…

Щёлкнули десятки камер. Я машинально разрезал ленту, раздались аплодисменты. Кто-то пожал мне руку, потом ещё один, ещё. Я автоматически улыбался, кивал, благодарил. И всё это время продолжал искать её взглядом.

Она сделала несколько шагов вдоль галереи, затем скрылась за колонной. Через секунду появилась снова. Я уже собирался двинуться в её сторону.

— Никита Владимирович, буквально два вопроса.

Журналист. Я перевёл на него холодный взгляд.

— Быстро.

— Какие ещё подобные проекты планирует реализовать ваш холдинг?

Я ответил первое, что пришло в голову. Что-то про социальную ответственность, про развитие городской среды, про инвестиции в будущее. Не помню ни слова из того, что сказал. Потому что в этот момент снова посмотрел наверх.

Её уже не было. Я почувствовал, как внутри всё неприятно сжалось.

— На этом всё?

Журналист удивлённо кивнул.

— Да…

Я сразу повернулся к Максиму.

— Где выход на второй этаж?

Он непонимающе посмотрел на меня.

— Что?

— Второй этаж. Думай быстрее! Где ближайший эскалатор?

— Прямо за…

Договорить он не успел. Я уже шёл туда. Максим догнал меня у эскалатора.

— Никита Владимирович, организаторы приглашают вас посмотреть…

— Пусть начинают без меня.

— Но…

— Максим, ты плохо слышишь? — рявкнул я.

Он сразу понял, что спорить сейчас не стоит.

— Хорошо.

Я быстрым шагом направился к эскалатору и бегом поднялся наверх. Первое, что увидел, — длинную галерею магазинов. Люди, дети, коляски, несколько десятков посетителей. Катя словно растворилась. Я медленно пошёл вперёд, машинально оглядывая витрины и посетителей внутри. Детская одежда, магазин игрушек, книжный. Нигде. Может, показалось? Нихрена. Я