Битва темных душ - Вероника Фокс

становился гуще, темнее, превращаясь в чёрный густой туман. Раум даже отложил пергамент, следя за тем, как дреги обретают свой облик. Это было волнительно и для меня, видеть, как демонические клинки сияют от счастья.

Когда густой черный дым окутал их коконом, я видела, как клинки медленно вбирают его в себя. Как из обычного оружия они превращаются в что-то, что всё больше и больше похоже на человеческий облик. Как вырисовывалась одна рука, питающаяся из дыма, потом вторая. Это зрелище было захватывающим и волнительным. Буквально через минуту дым начал рассеиваться, а клинки теперь носили человеческий образ.

Это были два темноволосых парня одинаковой внешности: голубые глаза, острые носы и кучные темные брови. Они были одеты в темную рубашку с закатанными рукавами, поверх которой была кожаная куртка. Темные штаны и высокие ботинки. Они стояли, замерев на месте в прозрачном голубом коконе. Я смотрела на них завораживающим взглядом. Темные волосы у одного были слегка короче, чем у другого, словно чтобы я смогла их различать.

— Аврора, — голос Раума заставил меня приземлиться. — Дай им имена, чтобы они смогли двигаться.

Я не знала, как их назвать. До сих пор я звала их «дреги». И никак иначе. А теперь нужно было придумать им имена. Проглотив ком сомнений, я всё же назвала первые попавшиеся имена в голову:

— Винсент и Данталиан.

Мне кажется, было бы неразумно наделять дрегов человеческим обликом. Теперь они всегда были рядом со мной, стремительно перемещались, перегораживая мне путь, пугали, проказничали и не переставали говорить. Они просто не замолкали, создавая шумовую завесу, что мои барабанные перепонки вот-вот бы лопнули.

— Довольно! — сказала я, вставая из-за стола. Вин и Дан сразу же затихли. Винсет, сидевший на самом краю, заметно погрустнел, а Дан перестал жевать красное яблоко, которое он откуда-то достал. — Вы обещали вести себя тихо.

— Рори, — сощурил глаза Дан, отрезая еще один сочный кусок яблока. — Мы столько лет шумели у тебя в голове, и ты не раздражалась, а сейчас…

— Сейчас тебе лучше помолчать, — скомандовал я и щёлкнул пальцами, выбив красное яблоко из рук Дана. — Иногда стоит признать, что ваша болтовня — это нескончаемый поток мыслей, который невозможно остановить!

— Ну вот, — грустно сказала Вин, потупив глаза в пол. — Мама разозлилась.

Я почувствовала укол в самое сердце. «Мама разозлилась», — повторила в мыслях я вновь. Мои руки сами легли на плоский живот, словно напоминая о том, что я отдала за возможность жить…

Грусть, словно удушающий шарф, обвивала мою шею, легкие и сердце, тем самым не дав сделать глоток воздуха полной грудью. Ни Вин, ни Дан не желали мне зла. Они словно застряли в телах непоседливых мальчишек, которые будто пытались избежать взросления. И тут я поняла, что никогда раньше не задумывалась о том, кто они на самом деле.

Их сотворили божества, но что-то в глубине души подсказывало мне, что они не просто так появились на свет. Они переняли чьи-то черты характера и манеру поведения. Интересно, кем они были до этой жизни? И почему раньше мне не приходило в голову спросить их об этом?

— Ты всегда всё портишь, глупец, — прорычал Дан, толкнув Вина в плечо.

— Ага, конечно, я во всём виноват!

— Вот смотри, — продолжал Дан, подойдя ко мне и крепко обняв за плечи. — Ты расстроил Аврору.

— А что такого?

Я ощущала нежные объятия Дана, который старался меня успокоить. Внутри меня словно разгорался яркий огонь, что-то теплое и родное, словно я уже пережила нечто подобное раньше. Но я не могла понять, что именно.

Вин тихо вздохнул, а затем едва слышно произнес: «Прости, Аврора, я не подумал». От нахлынувших эмоций мне показалось, что я вот-вот разорвусь на части. Слезы текли по моим щекам, а сердце в груди ныло, словно сжималось под натиском стальных прутьев, и с каждым новым вздохом боль становилась всё сильнее, протяжнее и отрывистее. Вин подошел и тоже обнял меня.

— Мы не хотели тебя обидеть, — чуть ли не мурлыкал Дан.

— Да, мы не хотели, — добавил Вин.

— Просто… избавься от Вина, он бесполезен, — предложил Дан.

— Сам ты бесполезен, подлиза! — вспыхнул Вин.

Вин и Дан всегда были моей семьей.

Роднее их у меня не было никого, и пускай они служили мне, всё равно — когда мы были вместе, мы были полноценной семьей. Даже сейчас, когда они едва ли поняли, что задели меня, не стали отнекиваться, а подошли и извинились. Пока я плакала, Вин и Дан тихо беседовали. Я не заметила, как Вин куда-то исчез, но буквально через пару секунд он вернулся с большим букетом белых ромашек. В его тёплых волосах запуталось несколько тонких стеблей, которые он не стал убирать.

— Девушкам нравятся цветы, — промямлил неуверенно Вин, протянув мне букет. Он был тяжелым, поэтому моя рука дрогнула, стоило мне взять их. — Только не плачь, прошу…

— Да не плачь, — неуверенно промямлил Дан. — Нам не нравилось, когда ты плакала, потому что эта грусть передается и нам.

— Не буду, — постаралась собраться с мыслями я. — Не буду плакать, — но слезы по-прежнему лились по щекам.

— А… А хочешь, я притащу демона? Вместе его побьем?

Я стала еще сильней реветь, при этом мотала головой из стороны в сторону, будто бы маятник.

— Что ты несешь, идиот, — толкнул в бок Вина Дан, нахмурившись.

— Ну… Аврора любила бить демонов, это была ее отдушина.

Я оставила парней в покое, пока они продолжали спорить, что я любила, а что приносило мне боль. Просто тихо развернулась и пошла на выход, неся большой букет цветов.

Кажется, охрана никогда не привыкнет к тому, что я — не такая королева Ада, которая должна в действительности править этим королевством. Во мне должна течь лавой хладнокровие, одним только взглядом я должна внушать страх в сердца противников. Но сейчас я выгляжу обычной разбитой девушкой, которая не знает, чего хочет от жизни, но совершенно не статусной королевой ада, в чьих жилах течет три различной магии.

Идя по коридору, я волокла за собой букет, всё ещё пытаясь собраться с мыслями. Почувствовав присутствие Раума, я громко шмыгнула носом.

— Что-то случилось? — спросил он, подступая ко мне. Я утерла слезы с лица рукой.

— Нет, — ответила, обернувшись. — Ничего не случилось.

— Тогда чем ты расстроена?

— Просто нахлынули воспоминания.

Раум кинул удивленный взгляд на букет ромашек. Я поспешила оправдаться:

— Вин… Принес этот букет, чтобы загладить вину.

— Они уже сумели что-то натворить?

— Немного, — с грустной улыбкой на лице ответила я. — Самую малость.

Раум показался мне встревоженным, но