История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер

точностью часового механизма, за исключением той своей части, в которой делался расчет на сотрудничество французов. К полуночи 7 ноября три крупных союзных флота остановились на внешних рейдах Касабланки, Орана и Алжира, а на следующее утро, когда корабли и самолеты приступили к бомбардировке оборонительных сооружений, войска высадились на берег. Они ожидали, что их будут встречать с распростертыми объятиями, но вместо этого их встретили пулями и снарядами. Высадка в Алжире была сравнительно легкой, но в Оране войска вступили в жестокую борьбу, а Касабланка не сдавалась до тех пор, пока адмирал Хьюит не потопил большую часть защищавшего порт французского флота. К счастью для положения на фронте, адмирал Дарлан, бывший тогда высшим представителем правительства Виши в Северной Африке, отдал приказ о прекращении огня и предоставил свои силы в распоряжение союзников. Он был стразу же дезавуирован дряхлым Петеном, который все еще был убежден в том, что державы Оси должны выиграть войну. В течение некоторого времени отголоски этой «сделки» с пользовавшимся дурной славой Дарланом угрожали серьезными осложнениями, но случившееся несколькими неделями позже его убийство очистило воздух. После неудачной попытки поставить легендарного генерала Анри Жиро во главе французских войск союзники признали претензии героического Шарля де Голля, первым поднявшего знамя Сопротивления, на возглавление временного правительства Французской Северной Африки и его право везде представлять силы Свободной Франции.

Вторжение застало немцев врасплох, но они реагировали быстро и эффективно. Они сразу же оккупировали всю находившуюся в подчинении правительству Виши Францию, но им не удалось захватить в Тулоне французский флот, который успел покинуть порт. Они перебросили по воздуху двадцать тысяч человек через проливы Сицилии в Тунис, заняли крупные порты Туниса и Бизерту, построили внутри страны аэродромы и решили заставить союзников заплатить большую цену за пески Африки.

Затем началась борьба за Тунис. Монтгомери уже перешел в свое знаменитое наступление, которое привело 8-ю армию из Египта в Тунис и дальше. В битве под Эль-Аламейном, одной из самых решительных битв этой войны, разыгравшейся между 23 октября и 3 ноября 1942 г., он преодолел сопротивление смешанной германо-итальянской армии Роммеля и затем безостановочно преследовал ее остатки в Киренаике и Триполитании. В этот момент генерал Эйзенхауэр двинулся вперед по пустынной местности, протянувшейся от Алжира до Туниса на 500 миль. К концу ноября он достиг местечка Матёр, находившегося всего в 55 милях от его цели. Но линия фронта сильно растянулась. Коммуникации удлинились и ослабели, погода испортилась, и в немецких руках были все хорошие аэродромы. Войска Оси держались крепко. Затем, в феврале 1943 г., они контратаковали у перевала Кессерин, отбросили пришедшие в сильное замешательство необстрелянные американские войска и угрожали разрезать союзные армии на две части. К месту боев были переброшены подкрепления, вступили в дело значительные воздушные силы, и, собравшись с духом, союзники вернули себе инициативу действий.

Тем временем Монтгомери поставил в безвыходное положение Роммеля, укрывшегося за сильно укрепленной линией Марет, расположенной на территории Туниса. Проводя одну из самых блестящих операций этой войны, он ударил по врагу с фронта и тыла, вынудил его оставить укрепления и безостановочно преследовал его вдоль залива Габес по направлению к Сфаксу. В это время американские, британские и французские армии перешли в наступление, чтобы добить врага. 7 мая пали Тунис и Бизерта; шестью днями позже 250 тысяч разгромленных немецких и итальянских солдат сдались у мыса Бон. Завоевание Северной Африки было завершено, и открывался путь в Европу.

Благоприятный исход этой кампании не застал союзников врасплох. Они уже составляли планы использования победы. В январе 1943 г. Рузвельт, Черчилль и их военные штабы собрались в Касабланке на одну из важнейших военных конференций. Впервые с 1939 г. появились благоприятные предзнаменования. Американцы выиграли битву за Гуадалканал и вырвали инициативу из рук японцев в Тихом океане. Перевооружившиеся и подготовившиеся к наступлению русские одержали решительную победу под Сталинградом, который стал кладбищем большой немецкой армии и немецких надежд, и в этот момент сосредоточивались для своего большого контрнаступления. Монтгомери разбил Роммеля, и имелись все виды на вытеснение держав Оси из Африки и на очищение от них Средиземного моря. Это было, как выразился Черчилль, «концом начала». На фоне этой обстановки союзники приняли свои судьбоносные решения: при первом же подходящем моменте вторгнуться в Сицилию и Италию; усилить борьбу с подводными лодками; собрать силы на Тихом океане для крупного наступления; закончить войну только на основе безоговорочной капитуляции врага.

Эта формула, в то время получившая всеобщее одобрение, позже стала подвергаться суровой критике. Приводили довод, что она не оставляла места для переговоров и лишала надежды группы бунтарей в странах Оси на более мягкие условия, делала более ожесточенным сопротивление держав Оси и тем самым затягивала войну. Что «могло бы случиться» в истории – предсказать невозможно. Но эта формула, во всяком случае, не задержала капитуляции Италии; нет доказательства и тому, что антигитлеровские силы в Германии или антиимператорские силы в Японии были когда-либо достаточно сильными для того, чтобы представляться чем-то реальным; ни гитлеровские, ни японские военачальники не были готовы вести переговоры. Вероятнее всего, безусловная капитуляция не ускорила и не задержала конца войны.

Планы, составленные в Касабланке, были быстро приведены в исполнение. В начале июня генерал Эйзенхауэр приступил к большому наступлению на Сицилию, где американцы высадились на юго-западном побережье, а англичане на востоке около Сиракуз. Итальянское сопротивление было ничтожным, но немцы вступили в жестокую борьбу. В течение сорока дней союзники вели бои за овладение всем островом; они взяли в плен 100 тысяч итальянцев и захватили большое количество военных материалов, потеряв при этом около 25 тысяч человек.

В тот момент, когда остатки немецких дивизий переправлялись через Мессинский пролив, союзники составляли план по выводу Италии из войны. После обрушившихся на него ударов самый слабый из партнеров по Оси был деморализован, народ устал от войны и от тирана Муссолини, который привел его к ряду бедствий, не имевших себе равных в истории страны. 25 июля Муссолини был свергнут, и в августе временное правительство приступило к переговорам с генералом Эйзенхауэром. 3 сентября, как раз в момент, когда победоносные союзники переправились через Мессинский пролив и атаковали Калабрию, Италия заявила о своей безоговорочной капитуляции. Один пал, как сказал Рузвельт, но два еще остались.

Такое мнение в некотором отношении было преждевременным. Конечно, Италия вышла из войны, но немцы по-прежнему были в Италии, намереваясь драться за каждую пядь ее земли. Итальянская кампания оказалась в этой войне одной из самых трудных. Началась она с удачной высадки десанта на пляже Салерно, в