Палестина 1936: «Великое восстание» и корни ближневосточного конфликта - Орен Кесслер

Кассам жил с новым пролетариатом Хайфы — грузчиками, железнодорожниками и строительными рабочими — и был им духовным наставником. Некоторые из них раньше арендовали землю и занимались сельским хозяйством, но теперь их участки принадлежали евреям; многие были неграмотны. «Он и смеялся, и говорил просто, как дитя», — вспоминал один из учеников.

Кассам по памяти цитировал хадисы о мученичестве. Новые последователи приносили клятву верности, добавив к Корану пистолет или кинжал, которые потом постоянно держали при себе. Кассам обучал их основам военной и физической подготовки: новобранцы ходили босиком, отказывались от еды и воды и спали на улице в холоде8.

Казалось, что национальным устремлениям палестинских арабов грозит смертельная опасность. В 1933 г. от Британии разрешение на въезд получили 30 000 еврейских иммигрантов, в 1934 г. — 42 000 и в 1935 г. — рекордные 62 000. Кроме того, десятки тысяч евреев прибывали нелегально. Всего за четыре года число евреев удвоилось — теперь их было около 400 000, то есть они составляли почти 30% населения. За этот же короткий период население Тель-Авива увеличилось в три раза. В 1933 г. евреи приобрели 650 земельных участков общей площадью 37 000 дунамов (9000 акров); к 1935 г. количество и площадь покупок удвоились. Банковский, промышленный и строительный секторы страны, контролируемые евреями, процветали, тогда как большая часть планеты переживала депрессию9.

Летом 1934 г. Гитлер объявил себя фюрером, а следующей зимой, в нарушение Версальского договора, восстановил немецкие военно-воздушные силы. Осенью 1935 г. войска Муссолини вторглись в Эфиопию, присоединив ее к своей фашистской Итальянской империи. Лондон безропотно согласился, несмотря на стратегические интересы Великобритании в Восточной Африке — Эфиопию окружали британские колонии, и вражеский контроль над ней мог угрожать Суэцкому каналу. Арабы Палестины начали сомневаться в силе западных демократий на фоне фашистских держав, всюду, как казалось, бывших на подъеме. И задавались вопросом, не назревает ли мировая война, которая может навечно избавить их страну от Британии и евреев10.

«Весь Ближний Восток ждет этого момента и делает все возможное, чтобы ускорить его приход, — писала яффская газета «Аль-Дифа» («Защита»), поддерживавшая Хусейни, — полагая, что война — единственное средство, с помощью которого арабы могут достичь своих национальных целей и покончить с сионистской угрозой»11.

В середине октября арабские рабочие в порту Яффы обнаружили тайник с оружием, спрятанным в грузе цемента из Европы и предназначенным для евреев. Это вызвало протесты по всей стране, чем Кассам и решил воспользоваться12.

6 ноября он и два десятка его товарищей продали имущество (включая драгоценности своих жен), чтобы купить оружие. Возле пещеры в горном хребте, известном у арабов как Факуа, а у евреев — Гильбоа, они столкнулись с полицейскими — сержантом-евреем и двумя констеблями-арабами, которые разыскивали мелких преступников, проникших в грейпфрутовую рощу одного кибуца. Сержант Моше Розенфельд был убит, его товарищей отпустили13.

Теперь уже пошла охота на банду Кассама. Через две недели после отъезда из Хайфы их окружили в лесу под Дженином. Полиция потребовала сдаться, но Кассам отказался. В перестрелке, длившейся четыре часа, убили и его, и трех последователей14. Кассама похоронили в Балад-аль-Шейхе над Хайфским заливом, рядом с заводом «Нешер».

В одночасье родился культовый герой. На первой полосе газеты «Аль-Дифа» его назвали «мучеником шейхом Изз ад-Дин аль-Кассамом эфенди, павшим за религию, веру и принципы». В яффской газете «Фаластин» — «его превосходительством мучеником шейхом Изз ад-Дин аль-Кассамом».

«Да пребудет с ним милость Аллаха, — писала газета, — он был истинным мусульманином»15.

Бен-Гурион мгновенно осознал значимость такого события. Это не какие-то мелкие политические распри между муфтием и его недоброжелателями или вечные препирательства между семействами Хусейни и Нашашиби. Этим человеком двигала не власть или корысть, а идеология — подлинная и глубокая, как бы к ней ни относиться. Его смерть дала арабам ту «моральную силу», которой им до сих пор не хватало. Пример Кассама наверняка вдохновит других, и Палестина в глазах всего мира станет не землей роста и возрождения, а местом террора, что поставит под угрозу весь сионистский проект.

Бен-Гурион сказал: «Впервые арабы поняли, что можно найти человека, готового отдать жизнь за идею». Отныне таких, как он, будут «десятки, сотни, если не тысячи»16.

Будут рубить дрова

«Достопочтенный и доблестный джентльмен не станет со мной спорить, если я скажу, что большинство евреев в действительности хотят заполучить всю Палестину или в качестве альтернативы свести существующее население к положению хеттеев в Библии, которые "будут рубить дрова и черпать воду"[17]».

Выступал рядовой консерватор Энтони Кроссли.

«Гаваонитян», — буркнул Юстас Перси, родовитый министр без портфеля.

Был конец марта 1936 г., и палата общин обсуждала предложение верховного комиссара Уокопа о создании законодательного совета Палестины, который обеспечил бы арабскому большинству гораздо больше прав в управлении страной.

«Там были гаваонитяне?» — не смутившись, продолжал Кроссли. В любом случае, по его словам, британская политика в отношении Палестины ошибочна, внутренне противоречива. Небольшая территория не может стать национальным очагом для многомиллионного рассеянного народа, не ущемив при этом прав уже живущих там людей. Страну следует разделить на кантоны, как Швейцарию, пока арабское общество не рухнуло от чрезмерных налогов, долгов и быстро сокращающихся сельскохозяйственных угодий. «Феллахи не ленивы и не тупы, — сказал Кроссли, — им просто нужен честный шанс».

Дуглас Клифтон Браун, другой консерватор, согласился: «Всем нам очень жаль евреев, и мы сочувствуем их страданиям» (за полгода до этого Нюрнбергские законы Гитлера лишили немецких евреев гражданства), — но отметил, что при этом нельзя не учитывать, насколько сильно «арабы боятся вторжения евреев». Он предупредил, что если инициатива верховного комиссара потерпит неудачу, то беспорядки в Палестине и регионе в целом могут превзойти все, что было ранее.

Весь Ближний Восток сотрясался от перемен. В 1932 г. Великобритания предоставила независимость с сохранением военных привилегий Ираку, находящемуся под управлением короля Фейсала. В начале 1936 г. сирийцы устроили 50-дневную всеобщую забастовку, которая привела к переговорам о выводе французских войск из страны. Вскоре аналогичные переговоры с британской короной инициирует Египет. И лишь в Палестине арабские устремления оказались не просто в тупике, а под смертельной угрозой.

Однако план Уокопа одобрили только Кроссли и Клифтон Браун. Дюжина парламентариев как от правящей коалиции, так и от оппозиции осудили переход к пропорциональному представительству, которое, по их заявлению, даст арабам право вето