Новая наука заколдованной вселенной. Антропология большей части человечества - Маршалл Салинз

культурно обусловленных зависимостей и, соответственно, формы участия духов в почти каждом виде человеческой деятельности. Еще многое нужно будет сказать об активном взаимодействии людей с обладающими властью металюдьми – это, по сути, остальная часть книги, – но, рискуя переборщить, я завершаю настоящую главу некоторыми показательными примерами очевидной зависимости людей от агентности духов в разных уголках планеты. Рискуя, подобно Эдмунду Личу, я предлагаю эти широко распространенные примеры тотальной зависимости имманентистской культуры от метачеловеческих сил, надеясь, по его выражению, обобщить и узнать что-то новое.

Для народа динка из восточноафриканского Судана Божество (Ньялич) едино – это Бог или Сила, бытие и могущество которого распределяются среди множества меньших клановых, тотемических и анимистических металюдей. Соответственно, как утверждает британский антрополог Годфри Линхардт в своем откровенном рассказе о динка, Божество, безусловно, является основой всего в человечестве и природе: бесплодия, скудости и бессмысленной смерти, но также творчества, плодородия и процветания. «Для динка не существует теоретической проблемы увязывания, в логическом или моральном плане, всеблагого Божества с наличием <…> зла в мире, поскольку Божество олицетворяет основание всего, что происходит в реальности» (Lienhardt 1961, 159). Самое интересное, что для динка, как и для других культур имманентности, беременность – это трехсторонние отношения, всегда требующие вмешательства некого метачеловека в дополнение к мужской и женской сущностям, в данном случае Божества высшей силы, а также власти клана. Это особые созидательные, оплодотворяющие силы: «…глагол “создавать” никогда не является взаимозаменяемым с глаголом “порождать”. В начале божество создало людей (cak), а созданные им люди породили или выносили детей (dhieth)». Когда Линхардт попросил одного мужчину объяснить, что происходит во время соития, «он описал физический акт и добавил: “И это называется порождением (dhieth), а затем Божество постепенно создает ребенка (cak) в животе женщины”». Динка поют, что Бог – истинный муж женщин и скота (39).

У маэ энга с Новогвинейского нагорья предки клана особенно влиятельны в жизнях своих потомков – как эпизодически с помощью прямых контактов, так и беспрерывно через определенные каменные святилища, которые излучают их силу. Этнограф Мервин Меггитт в своих точных сообщениях о культуре энга рассказывает: пока предки настроены доброжелательно, каменные воплощения их силы будут гарантировать, «что земля клана остается плодородной, урожай растет, свиноматки зачинают и поросятся без проблем, женщины рожают здоровых детей, мужчины храбры на войне и хватки в обмене, ни у кого нет серьезных болезней и травм. <…> Но когда призраки предков сердятся или хандрят, их сила уходит в камни. Тогда члены клана с помощью ритуальных подношений должны убедить их вернуться к активной деятельности и восстановить нормальный ход жизни» (Meggitt 1965b, 115).

В соответствии с ранней и детальной этнографической работой Рео Форчуна (Fortune [1932] 1989), написанной на Добу, острове у восточной оконечности Новой Гвинеи, ритуальные заклинания, которые боги добу передали предкам людей, не просто делали прочными рыболовные сети и крепления каноэ – переданные таким образом божественные силы были также залогом успеха в разведении огородов, получении ценностей в обмене кула, создании любви, призыве ветра и дождя, наведении и лечении болезней, вызове смерти. Однако это лишь самые яркие примеры заклинаний. Существовали также заклинания для укрепления памяти, наведения на других комариной лихорадки и изгнания ее из себя, плодоношения кокосовых и бетелевых пальм, наступления беременности и предотвращения повторного визита нежеланных гостей (96).

Вернемся к богатому корпусу сведений о квакиутлях. Стэнли Уоленс пишет:

…любая человеческая особенность или форма активности тем или иным способом вовлечена в мир власти духов, но и каждое животное, дух или растение обладает и использует сверхъестественную силу; и, наконец, все события в мире оказываются следствиями применения сверхъестественной силы. Короче говоря, весь мир непосредственно вовлечен в обретение, использование и испытание сверхъестественных сил. <…> Вся вселенная во всех отношениях основана на действии сверхъестественных сил. <…> Поскольку любое действие в той или иной степени предполагает участие духов – будь то через их прямое вмешательство или через передачу людям силы, – люди в принципе не способны закончить действие самостоятельно. Напротив, они всегда должны поступать так, чтобы обеспечить себе помощь духов в своих начинаниях. Следовательно, люди подчинены духам. <…> Фактически базовое отношение человека к духу всегда является отношением подчиненного к вышестоящему, и считается, что люди никогда не имеют полного контроля над совершаемыми действиями (Walens 28–29).

Также рассмотрим знаменитое исследование Мейера Фортеса о западноафриканских талленси:

По мнению талленси, у всего, что происходит, есть материальные причины и условия, но они действуют только по милости мистических сил, верховных арбитров природы и общества. Поэтому они говорят, что, если человек хочет процветать, у него должны быть мастерство, усердие и бережливость, но этого недостаточно; без благосклонности Судьбы (то есть конкретных предков) усилия будут бесплодны; и даже этого недостаточно, поскольку за судьбой стоит коллективная сила всех предков, а особенно всемогущих предков своего линиджа (Fortes 1956, 51).

Фортес добавляет:

В космологии талленси полностью доминирует культ предков. Ему подчинены даже сложные тотемические институты, культ земли и верования в опасные мистические свойства злых деревьев, животных и других природных феноменов. <…> Это означает, что конечная ответственность проецируется за пределы живого действующего тела (60–61).

На Борнео, если обратиться к более поздней этнографической работе шведского социолога Кеннета Силландера (Sillander 2016), духи, известные даякам бентиан, являются источниками жизненной силы и могущества, удачи и рока, болезней, несчастий и других бедствий:

Они опосредуют отношения людей с окружающим миром, другими людьми и народами, как и с самими собой. <…> Многое из происходящего, особенно крупные события и сложные начинания, а также неприятные случаи и исключительные условия почти любого рода, интерпретируется через участие духов и поэтому сопровождается ритуалами (160).

В отношении «богов предков» южноафриканских тонга и гаданий, с помощью которых описывается настроение предков, швейцарский миссионер-этнограф начала XX века Анри Жюно пишет: «Невероятно важно знать, что думают и делают боги, поскольку от них зависит само существование деревни, клана и благосостояние каждого члена клана» (Junod 1913, 360). Им принадлежит власть убивать или оживлять, обогащать или делать бедными:

Они хозяева всего: земли, полей, деревьев, дождя, человека, даже балойи – колдунов! У них полная власть надо всеми этими объектами и людьми. Боги могут благословлять: если деревья приносят много плодов – это они заставили их вырасти; если урожай обилен – это они послали добрых колдунов увеличить его или помешали плохим его испортить. <…> Но они могут и проклинать, и навлекать на своих потомков любые несчастья. Если дождь не