Нити - Анджея Фуллер

Коснувшись рукой поверхности камня, Марийка удивленно ойкнула. Из гранитной глубины шел тонкий освежающий холодок, словно внутри текла горная река.

— Вот бы мне хоть глоточек! — прошептала она пересохшими губами и сомкнула веки. Ее щека прижалась к каменной стене, впитывая в себя желанную прохладу. Ухо с жадностью ловило едва слышное журчание. Неужели здесь и впрямь течет река?

Ошеломленная внезапной догадкой, Марийка отпрянула от скалы и торопливо пошла вперед, чтобы посмотреть: что же прячет она с северного края?

Глаза ее ощупывали подножие гранитной глыбы, но тщетно. Все плотно укрыто мелкой каменистой крошкой, и не пробиться здесь даже мелкому ручью. В отчаянном порыве она вновь коснулась камня дрожащими пальцами. Даже обжигающие лучи солнца не смогли как следует нагреть его прохладную поверхность. Доверившись внутреннему чутью, Марийка закрыла глаза и пошла наощупь, не отрывая от гранитной стены дрожащие ладони. Скоро по пальцам заструились первые капельки воды. Высоко над головой пробивался наружу ручеек, стекая вниз мириадами сверкающих струек.

Девушка с облегчением открыла глаза и первым делом умыла запыленное лицо. А потом сделала несколько жадных глотков. Спасена!

* * *

— Ты хоть знаешь, где искать детей? — спросил Матвей, терпеливо шагающий вслед за Агатой.

— Нет, — мотнула черноволосая голова. — Белянка знала, но она меня бросила.

— Почему? — не унимался Матвей.

— Ты не можешь хоть немного помолчать? — рассерженно обернулась ведьма. — Ничего из-за твоей болтовни не слышу.

Матвей какое-то время промолчал, но идти было скучно и он снова не выдержал.

— А как ты стала ведьмой? — подкрался он сбоку и шепнул, как можно тише.

— Тьфу ты! — вздрогнула Агата и стукнула его по голове котомкой. — Откуда же ты такой любопытный взялся-то? Иди молча, иначе сделаю так, что ты потеряешься!

Матвей обиженно замолчал. Давно уже пересохло в горле, и разговор хоть немного отвлекал его от мыслей о глотке воды. Он намеренно замедлил шаг, чтобы отстать от неприветливой ведьмы.

Внезапно по левую сторону от дороги блеснуло голубое зеркало воды. На лицо против воли наползла счастливая улыбка. Как же хорошо будет ополоснуть вспотевшую шею и вдоволь напиться.

— Я сейчас! — крикнул он в спину уходящей Агаты и помчался к горному озерцу.

— Стой! — истошно закричала она и побежала следом.

Молодые ноги бежали шибче, и Матвей уже упал коленками на галечный берег, все ближе подползая к воде, когда схватила его за шиворот крепкая рука и вздернула вверх, как провинившегося щенка.

— Нельзя пить эту воду! — строго сказала Агата и потащила его обратно к убегающей на восток дороге.

Глава 9

Миленка сонно вздохнула и остановилась. Взгляд ее затуманился. Того и гляди, упадет без чувств на щетину пересохшей травы, торчащую из каменных расщелин.

— Ты чего? — с тревогой посмотрела на нее Яника.

— Я спать хочу, — пробормотала Миленка.

— Пойдем, — потянула ее сестра к сверкающему неподалеку озерцу. — Посидим минутку. Там и ежевика растет. Глянь!

— Где? — оживилась Миленка.

Как услышала про ягоду, сразу вылетел из глаз ее подползающий все ближе сон.

Ежевика росла густо, цепляясь за округлые валуны. Мощные побеги тянулись по земле и вверх, переплетались между собой, словно нарочно преграждая путь. Под тёмными, плотными листьями прятались сочные черные ягоды.

Яника опустилась на корточки, поднимая колючие плети и пытаясь добраться до блестящих плодов. Надо же, все ягодки спелые, как на подбор. Ни одной недозрелой. Чудно!

— Дай мне! — потребовала Миленка. — Скорей!

— Погоди! — пропыхтела Яника. — Колючие, не дотянуться.

Она мужественно подползала все ближе к плетям, густо обвешанным спелой ежевикой. И вот, когда ладонь ее была готова коснуться добычи, в плечо впилось что-то острое.

— Ай! — отскочила она в сторону, чувствуя, как на глазах закипают слезы. Как это могло случиться? Она ведь была так осторожна!

— Ты чего? — уставилась на нее Миленка. — Тебе больно?

— Поцарапалась, — захныкала Яника.

Из темно-зеленых зарослей показалась черная лапка и снова исчезла.

— Ой! — округлились глаза девочки. — Что это?

— Где? — следуя за взглядом сестры, обернулась Яника.

— Там! — ткнулся пальчик младшей сестры в ежевичные плети.

— Не знаю, — испуганно прошептала она и на всякий случай отодвинулась подальше.

Темные, кожистые листья подозрительно дрожали. Яника вскочила на ноги и схватила за руку младшую сестру, оттаскивая ее подальше от груды камней, заплетенных ежевикой.

Сделав еще два шага назад, она остановилась и удивленно заглянула в тень между громадными валунами. Лениво потягиваясь, на свет вышел черный, без единого светлого пятнышка, котенок.

* * *

Всего-то несколько глотков воды выпила Марийка, а как сразу прибыло сил! Горной козочкой побежала она вниз по восточной дороге, заглядывая под каждый камень и куст.

Ничего не показалось ей необычным. Еще час назад окружали ее только скалы и почерневшие стволы мертвых деревьев. А тут, откуда ни возьмись, зазеленели вдоль дороги кусты дикой смородины и степной вишни.

Показалось ей это добрым знамением. Раз затеплилась жизнь вокруг, значит, правильно она выбрала дорогу. Ее девочки очень любят полакомиться ягодой. Где-то здесь они, рядом! Она скоро их найдет.

Иной раз ей хотелось остановиться и протянуть руку, чтобы сорвать несколько ягод, но нельзя. Сначала она должна найти дочерей. Ей никто об этом не говорил, но она точно знала, что они где-то рядом.

Крошечный источник, который спас ее от жажды, на плазах превращался в стремительный ручей, пробивающий себе путь в горную долину. Она должна держаться около воды. Никто не знает, когда ей снова захочется пить.

Марийка с удовольствием огляделась вокруг. До чего же красиво! Вот и первая травка пробивается между камней. А чуть подальше синеют островки горных колокольчиков. На душе у нее разливалась неизъяснимая благодать. Как же ей хочется остаться здесь навсегда! Жаль, что рядом нет Матвея… Они бы нашли девочек и построили в горной долине дом из камней. Она обязательно расскажет ему об этом месте. И однажды они вернутся.

Сладостное журчание воды манило подойти ближе и присесть на покрытый нежной зеленью берег. Внезапно она почувствовала, как ужасно устали ее ноги. Ей нужно отдохнуть. Всего несколько минуток, не больше, а потом она пойдет дальше, туда, где ждут ее малютки.

Марийка зевнула и села прямо на обочине. Как-то внезапно исчезла вся живость, сменившись непреодолимой сонливостью. Положив руку под голову, она улеглась прямо на острые камешки, не замечая боли и неудобства.

Веки ее сомкнулись, а дыхание успокоилось и стихло. Кабы подошел кто ближе, то и не услышал бы, до того тихо дышала Марийка.

* * *

— Погоди! — бежал он следом. — Да куда же ты?

Как выволокла