Туман. Непокорная для бандита - Лина Мак

Мир качается. Ноги подкашиваются. Но я стою ровно. Не увидит он никакой реакции, если ждёт.

— И что же ты ему ответил? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не дрожал, а звучал лениво.

Туман усмехается, вот только эта улыбка не предвещает ничего хорошего. Он сам входит в номер и медленно подходит ко мне. Останавливается так близко, что я чувствую его чисто мужской запах. И самое паршивое, что он молчит, будто испытывает меня.

— А вот это, красавица, ты узнаешь, когда спустишься вниз и посмотришь ему в глаза, — говорит он тихо и поднимает руку, чтобы коснуться моей щеки, но я одёргиваю голову.

Я слышу его смешок. Только отдаёт он холодом и цинизмом. Впрочем, я ведь такой вариант тоже просчитывала.

— Так что давай, не зли меня ещё больше. Спустишься вниз и сама ему скажешь, чья ты теперь собственность, — от последнего слова внутри что-то сжимается и надрывается.

— Какой интересный выбор без выбора, — отвечаю с явным сарказмом и ненавистью.

— Отличный выбор, как по мне. Ты можешь остаться со мной и через две недели увидеть Мишку. А можешь вернуться к твоему старому хозяину, — отвечает Туман в тон мне и наклоняется ближе. — Но если выберешь второе, я не буду тебя держать. Открою дверь и отпущу. И даже попрошу, чтобы Мишку вернули сюда. Папочка за ним соскучился. Хочешь рискнуть?

Поднимаю на него взгляд и хочу убить. Разорвать собственными руками, а зубами вырвать глотку. Но что-то останавливает. Какая-то холодная решимость в его глазах заставляет усомниться в своём же здравомыслии.

Я молчу. Знаю, что должна делать, но ответить не могу. Потому что любой выбор — это капкан.

Туман же снова хмыкает и слишком расслабленно разворачивается и идёт к двери.

— Думай быстро, — бросает он через плечо. — У тебя десять минут. Потом я спущусь к Глебникову и приму решение за тебя.

Дверь закрывается, и я остаюсь одна. У меня есть десять минут, чтобы решить, кому я больше доверяю: бандиту, который отобрал у меня Мишку, или ублюдку, который убил мою сестру.

Отличный выбор, Яна. Просто охренительный.

И где-то на периферии всплывает ещё одна мысль: что нужно просто сжечь здесь всё к чертям! Но я быстро отменяю все мысли, в которых сдохнут сразу оба. Сжимаю кулаки и снова просчитываю варианты.

Алекс меня убьёт или сделает своей игрушкой, которую будет ломать раз за разом. В лучшем случае посадит в клетку, в худшем... даже не хочу представлять. Но я видела, как люди превращаются в тварей, которых даже зверьём нельзя назвать. И Алекс — одна из таких тварей!

Туман. Кто он такой? Местный бандит? Почему так спокойно разговаривает там, где можно просто принять решение в моменте и не иметь проблем? Но не принимает. Он даёт мне иллюзию выбора. Почему?

Да потому что просто хочет меня. Я видела это в его глазах. Чувствовала в его прикосновениях. Но хотеть и защищать — разные вещи.

Так что выбор невелик. Но если я не попробую сейчас, то нет смысла от дальнейших решений.

Я выхожу из номера тихо. Осторожно двигаюсь в сторону выхода из закрытого крыла и почти сразу замечаю охранника у лестницы. Он смотрит в телефон. Слишком расслаблен, а это первая ошибка.

Подхожу сзади. Точный удар в основание черепа — и он оседает без звука. Я подхватываю его, чтобы не было громкого падения, но нога снова подводит. Он слишком тяжёлый. Но время терять нельзя, так что, сцепив зубы, забираю ключ-карту и ствол.

Быстро спускаюсь по лестнице, но на первом этаже снова замечаю охранника. Зараза!

Вбегаю на второй этаж и, нырнув в служебный лифт, через минуту уже оказываюсь на кухне. На меня особо не обращают внимания, так что чёрный выход нахожу почти сразу. Открываю дверь, и свежий воздух бьёт в лицо.

Прямо предо мной парковка. Понятия не имею, чьи это тачки, но мысленно прошу прощения у того, чья первая подвернётся под руку. Но, подбежав к первой, а потом и ко второй, уже матерюсь, потому что они закрыты. Снова осматриваюсь и замечаю чёрный массивный крузак. Быстро подбегаю к нему и пробую дверь. Открыто. Серьёзно?

Не думая, запрыгиваю за руль. И сразу же замечаю ключи в замке зажигания. Да ладно? Сразу же завожу мотор. Действую на инстинктах. Под капотом много мощности, да и бак полный. Жму на газ и успеваю только сдать назад, как крузак резко дёргается, и срабатывает блокировка дверей и окон.

Нет. Нет, нет, нет!

И тут мне в боковое окно стучат пальцами. Я перехватываю ствол поудобнее и направляю вперёд.

11.

Стою в коридоре, смотрю на мобильный и понимаю, что мне сейчас очень хочется кого-нибудь пристрелить. Желательно того, кто приехал без приглашения.

Читаю сообщение Грека ещё раз: «Алекс Глебников. С охраной. Просит встречи. Срочно. Говорит, что ты украл его собственность».

Собственность. Вот как он её называет.

Мать вашу, я же знал! Знал, что эта ведьма притащит за собой проблемы. Но чтобы настолько жирные...

Набираю Грека и включаю на громкую связь. Нутром чую, что Яна стоит у двери с другой стороны. У меня руки до сих пор пахнут ею, и это просто пизд*ц

— Где? — коротко спрашиваю.

— В холле. Я посадил его в переговорную, — отвечает Грек. — Туман, он требует тебя, и это его мудятина сидит в подвале сейчас. Но с ним ещё шестеро и все со стволами. Я могу...

— Нихера ты не можешь, — перебиваю я. — Держи их там. Я спускаюсь.

Отключаюсь. Бросаю взгляд на закрытую дверь номера, за которой Яна. Она сейчас там сидит и, вероятно, планирует мой медленный и мучительный уход из жизни. А ещё уверен, что уже просчитывает, как сбежать.

Снова открываю файл, который Грек прислал ещё час назад. Фотография Артёма Мамонтова. Жёсткое лицо. Мёртвые глаза. Один из тех, кто строил империю на костях. Дальневосточный авторитет, который держал в страхе весь регион.

И Яна — его дочь. Точнее, дочери были две: одна покладистая и правильная, вторая — проблема вселенского масштаба. И вот же ирония, выжила как раз та, которая сбежала и строила всех.

Но только это и вся информация о ней. Будто кто-то специально стёр её из всех баз. Остались только отрывки: