Туман. Непокорная для бандита - Лина Мак

Что-то с ним не так.

Он бьёт словами слишком метко, но вот взгляд... Я знаю такие взгляды. Видела не раз. Знаю, кто так умеет смотреть, но не могу примерить на этого представителя тёмной стороны мира сего такой же формат.

— Куда увезли Мишу? — спрашиваю, когда он вталкивает меня в лифт и становится так, чтобы преградить мне любой путь к отступлению.

Хотя закрытые помещения всегда были моей сильной стороной, особенно если противник больше. Но я не двигаюсь. Что-то внутри подсказывает, что с ним сейчас не выйдет сражаться. Он будто читает меня, а это паршиво. Это очень паршиво!

— Туда, где он точно будет в безопасности, — спокойно отвечает Туман.

— Это не ответ, — вырывается у меня быстрее, чем я успеваю заткнуть себя.

И это ещё один тревожный звоночек. Я не могу себя контролировать рядом с ним. А такого не было никогда!

— Другого ты не получишь, пока не начнёшь отвечать на мои, — довольно хмыкает он, будто уже прочёл в моём взгляде, что я мысленно сделала с ним.

Дверь открывается за его спиной, и мы снова в закрытом крыле. Но Туман не спешит выходить. Он слишком демонстративно засовывает руки в карманы, склоняет голову набок, а губы растягиваются в лёгкой улыбке.

Он либо идиот, либо полностью уверен в себе. Но ни то, ни другое меня не устраивает. Оба варианта слишком опасны.

— Ты забыл, что ноги тебе даны для того, чтобы идти? — спрашиваю дерзко.

— Нет, красавица, — хрипло произносит он, а я замечаю, как Туман сжимает руки в карманах в кулаки. — Я жду.

— И чего же? Волшебного пендаля? — огрызаюсь.

— Хочу, чтобы ты дала мне повод трахнуть тебя, — совершенно спокойно произносит Туман, а у меня сердце спотыкается на его последних словах.

И нет. Не из-за резко вспыхнувшей страсти. Хотя я прекрасно осознаю, как действую на мужиков. Всегда это знала. Но здесь... Нужно быть полной дурой, чтобы не сложить два и два.

Во рту собирается горечь, как перед схваткой. Нужно просто глубоко вдохнуть и выдохнуть в два раза медленнее. Убивать его нельзя ещё: Мишку придётся искать чуть дольше, чем хотелось бы.

— Так вот чем заплатили тебе, — я не спрашиваю. — И сколько тебе разрешили трахать меня? День, неделю, месяц?

А это уже спрашиваю и делаю шаг ближе. Туман не реагирует на мои слова, но в его взгляде вспыхивает что-то опасное, предупреждающее.

— Всё же слушать ты не умеешь, Яна, — хмыкает он и делает встречный шаг, соприкасаясь со мной телом.

Мне нужно задра́ть голову, чтобы видеть его глаза, и это только угнетает.

— Я не торгую бабами, — ровно отвечает Туман. — Но вот по твоим глазкам вижу, что ты так привыкла, что тобой торгуют, что даже не особо и расстроилась.

Он поднимает руку и слегка касается моей щеки, заправляя прядь выбившихся волос за ухо.

Хочу снова одёрнуть голову, но не двигаюсь. Это же идеальный шанс, чтобы вырубить его и сбежать. Даже если будут стрелять...

— Так интересно смотреть на своё отражение, только с охуенными сиськами и ароматом дикой страсти, — последнее он добавляет уже низким голосом, а потом слишком резко и неожиданно запускает руку мне в волосы на затылке, фиксируя, и впивается в губы поцелуем.

Я не готова к этому!

Его губы требовательные, жёсткие, не оставляющие выбора. Он целует так, будто забирает что-то своё. Будто имеет на это право. А я стою и не могу двинуться. Не из-за его руки в волосах. Не из-за того, что он прижал меня к себе так, что между нами не осталось воздуха.

Из-за того, что моё тело предаёт меня. Снова! Оно откликается на каждое движение его губ. На каждое прикосновение. На его запах, который сводит с ума. На тепло, которое обжигает сквозь одежду.

«Нет. Нет, нет, нет!»

Но руки сами впиваются в его плечи. Не отталкивают, а притягивают. И я ненавижу себя за это ещё больше, чем ненавижу его.

Туман отстраняется первым. Смотрит на меня тяжёлым взглядом. Дышит неровно. И я вижу в его глазах то же, что чувствую сама: желание, которое вышибает все мозги.

— Вот и молодец, — хрипло говорит он. — Начинаешь понимать.

— Что? — выдыхаю я, ненавидя дрожь в собственном голосе. — Что ты такой же ублюдок, как и все?

Он усмехается. Наклоняется так близко, что его губы почти касаются моих.

— Хуже, красавица, — шепчет он. — Намного хуже. Потому что я не буду ломать тебя. Я заставлю тебя самой захотеть того, что ты сейчас ненавидишь.

Сердце колотится так, что больно дышать. А он отпускает меня и шагает к номеру, открывая дверь.

— Заходи, — приказывает. — Или мне придётся занести тебя на руках? Хотя это тоже вариант.

Я двигаюсь на автомате. Захожу в номер. Слышу, как за спиной закрывается дверь. Щелчок замка.

И вот ты снова в ловушке, Яна. Но эта ловушка совсем не похожа на ту, в которой держал меня Алекс. Там был страх, боль и унижение.

Здесь... здесь что-то другое. Что-то, что пугает намного сильнее.

Резко разворачиваюсь. Туман стоит у двери скрестив руки на груди. Смотрит на меня так, будто видит насквозь.

— И что теперь? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Будешь развлекаться?

— Развлекаться? — переспрашивает он и медленно идёт ко мне. — Нет, красавица. Я буду ставить тебя на ноги. Буквально.

Я вздрагиваю, когда он оказывается слишком близко. Хочу отступить, но упираюсь спиной в стену.

— Не подходи, — шиплю я.

— Или что? — усмехается он. — Снова воткнёшь мне каблук? У тебя нет каблуков, Яна. И ствол у тебя тоже забрал. Так что единственное, чем ты можешь сейчас угрожать — это своим ротиком. Но мы оба знаем, что ты его откроешь только для одного.

От его слов внутри всё сжимается. Но я не отвожу взгляд. Не дам ему удовольствия видеть, как я сломаюсь.

— Ты переоцениваешь себя, — бросаю я.

— А ты недооцениваешь, — парирует он. — И это твоя ошибка.

И он снова касается моего лица. Большим пальцем проводит по скуле, задевая нижнюю губу, почти грубо.

— Красивая, — тихо говорит он. — Слишком красивая для того, чтобы быть