Собрание сочинений. Том 1. Трактаты и наброски - Яков Семенович Друскин

В первом Разговоре четыре главные авторские ремарки и две небольшие в скобках. Привожу главные авторские ремарки:

MI «В карете ехали трое. Они обменивались мыслями».

М1 «Карета останавливается у ворот. Из-за забора смотрят пустяки. Проходит вечер. Никаких изменений не случается. Уважай бедность языка. Уважай нищие мысли».

М2 «Отворяется дверь. Выходит доктор с помощниками. Все зябнут. Уважай обстоятельства места. Уважай то что случается. Но ничего не происходит. Уважай бедность языка. Уважай нищие мысли».

IM «В карете ехали трое. Они обменивались мыслями».

В первом Разговоре MI ≡ IM. Тождественностью вступительной и заключительной авторской ремарки создается впечатление, что всё сообщаемое в Разговоре – только обмен мыслями трех ехавших в карете. Этому противоречит начало ремарки М1 и М2, а также разговоры ПЕРВОГО, ВТОРОГО и ТРЕТЬЕГО. В этом отношении первый Разговор как бы предопределяет шестой, то есть кульминацию. MI ≡ IM противоречит и несовместно с М n, где сказано, что карета остановилась, и в разговоре предполагается, что собеседники вышли из кареты, заключительная же ремарка предполагает, что всё это только обмен мыслями ехавших в карете. Тождественность вступительной и заключительной авторской ремарки в первом Разговоре превращается в тождественность всех авторских ремарок в шестом Разговоре. Несовместность MI и М n в шестом Разговоре станет несовместностью М и Т.

Авторские ремарки в пятом Разговоре:

MI «Три человека бегали по комнате. Они разговаривали. Они двигались».

М1 «Три человека сидели в саду. Они разговаривали. Над ними в воздухе возвышались птицы. Три человека сидели в зеленом саду».

М2 «Три человека стояли на горной вершине. Они говорили стихами. Для усиленных движений не было места и времени».

М₃ «Трое стояли на берегу моря. Они разговаривали. Волны слушали их в отдалении».

IM «Три человека бегали по комнате. Они разговаривали. Они двигались. Они осматривались».

MI снова тождественно IM. Последние слова – «Они осматривались» – соединяют пятый Разговор с заключением – переходом к шестому Разговору. Снова (MI ≡ IM ←→ (М1 → М2 → М₃) (односторонняя стрелка обозначает последовательность). Переход из комнаты в сад, на горную вершину, на берег моря и снова в комнату остается непонятным.

Авторские ремарки в седьмом Разговоре.

MI «Но всё-таки они трое ехали на лодке, ежеминутно, ежесекундно обмениваясь веслами, с такой быстротой, с такой широтой, что их дивных рук не было видно».

М1 «Они начали драться и били молотками друг друга по голове».

М2 «Они пьют кислоту отдыхая на веслах. Но действительно вокруг всё непрозрачно».

IM «Так ехали они на лодке обмениваясь мыслями, и весла, как выстрелы мелькали в их руках».

Снова MI и IM противополагаются двум средним ремаркам, но здесь они не тождественны, а аналогичны, причем имеется и оппозиция, отмеченная мною разрядкой. В этом случае схему авторских ремарок можно записать так: (MI ↔~ IM) ←→ (М1 → М2). Знаком «↔~» я обозначаю семантическую оппозицию, члены которой реально не несовместны: одновременно можно обмениваться и веслами, и мыслями.

Отмечу еще одну топологическую или псевдотопологическую особенность первого, пятого, шестого, седьмого и десятого Разговоров.

Ни в одном из других Разговоров так ясно не подчеркнуто в начале и в конце состояние движения или покоя.

7. Три Разговора – второй, четвертый и восьмой – отличаются от других составом действующих лиц или характером авторских ремарок. Во втором Разговоре во вступительной ремарке сказано:

«Двенадцать человек сидело в комнате. Двадцать человек сидело в комнате. Сорок человек сидело в комнате. Шел в зале концерт. Певец пел».

Весь Разговор – стихи, которые певец поет. Каждую из 7 строф прерывает авторская ремарка:

«Певец сделал паузу. Появился диван. Певец продолжал».

В следующей строфе:

«Певец сделал паузу. Диван исчез. Певец продолжал».

Эти авторские ремарки чередуются.

Авторские ремарки, прерывающие отдельные строки пятой строфы, сообщают реакцию слушателей, в одной из ремарок названных народом. Здесь тоже три действующих лица: поэт, народ или слушатели певца – и появляющийся и исчезающий диван, прерывающий чтение или пение стихотворения.

В восьмом Разговоре действующие лица – БАНЩИК и ДВА КУПЦА, говорящие всё время в унисон. Помимо того, появляются эпизодически возникающие лица: Елизавета, Ольга и Зоя; авторские ремарки тут более «обычные», что, однако, не исключает звезды бессмыслицы.

В четвертом Разговоре действующие лица – те же, только ТРЕТИЙ получил фамилию САНДОНЕЦКИЙ. Имена действующих лиц стоят не слева, как всегда, а в середине или в конце фразы. Привожу начало этого Разговора:

«А ну сыграем в карты: закричал ПЕРВЫЙ».

Было раннее утро. Было самое раннее утро. Было четыре часа ночи. Не все тут были из тех, кто бы мог быть, те, кого не было, лежали, поглощенные тяжелыми болезнями у себя на кроватях, и подавленные семьи окружали их рыдая и прижимая к глазам. Они были люди. Они были смертны. Что тут поделать. Если оглядеться вокруг, то и с нами будет то же самое.

«А ну сыграем в карты, закричал всё-таки в этот вечер ВТОРОЙ».

Авторских ремарок, помимо приведенной и слов: сказал, закричал и короткой заключительной ремарки, – нет.

Случайно или нет, но номера этих трех Разговоров – степени от числа два: 21, 22, 23.

Девятый разговор окаймлен вступительной и аналогичной ей заключительной авторской ремаркой. В тексте только одна ремарка в скобке:

«ПЕРВЫЙ (выглядывая в окно, имеющее вид буквы А)…»

Аналогичная ей ремарка и в первом Разговоре:

«ХОЗЯИН СУМАСШЕДШЕГО ДОМА (смотрит в свое дряхлое окошко, как в зеркало)…»

Так перекликается «Предпоследний разговор» с первым. Может, потому окно, в которое выглядывает ПЕРВЫЙ, имеет вид буквы А, то есть первой буквы алфавита.

В спектре отношений М/Т второй, четвертый, восьмой и девятый Разговоры войдут в центральную зону: шестой и десятый, как я уже сказал, займут крайние места слева и справа; первый Разговор – налево, седьмой – направо от центральной зоны; положение пятого Разговора в спектре определить труднее, во всяком случае в центральную зону он не входит.

IV Композиция «Некоторого количества разговоров»

Различаются тематические связи и структурные. Тематические связи разделяются на частные, объединяющие в одну группу не более трех Разговоров, и общие – объединяющие группы Разговоров в одно целое. Названия Разговоров и вообще вещей Введенского соответствуют теме или содержанию вещи. Это соответствие может быть явным – на уровне общеязыкового сообщения и неявным – текстовая семантика или функция текста не совпадает с субтекстовым значением. То же самое относится и к содержанию Разговоров: различные по жанру, например прозаический и стихотворный Разговор, и по субтекстовому значению могут оказаться близкими по текстовой семантике. Структурные связи обнаруживаются прежде всего в строении авторских ремарок и