Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

низвел до уровня гарнизонов береговой стражи riparienses, которые в большом количестве упоминаются в главах Notitia Dignitatum по балкано-дунайским регионам. В состав комитата Лициния входил ряд вексилляций, которые располагались в крепостях Малой Скифии, данные эпиграфики позволяют говорить по меньшей мере о трех таких вексилляциях — гарнизоны, которые несли службу в крепостях Капидава, Салсовия и Эгисс. Ни одна из них не фигурирует в Notitia, следовательно, данные вексилляции были уничтожены в ходе второй войны Константина с Лицинием в 324 г.

Аналогичная судьба постигла и тяжеловооруженную конницу Лициния, которая до конфликтов с Константином пребывала как в Малой Азии (Вифиния), так и на нижнедунайском лимесе. Катафрактарии Лициния были представлены несколькими вексилляциями, фигурирующими в эпиграфических памятниках, ни одна из этих вексилляций не упоминается в главах Notitia.

Достаточно сложным было положение и старых пограничных балканодунайских легионов, кадровый состав которых к 316 г. был изрядно сокращен в связи с интенсивной практикой выделения вексилляций из этих легионов в течение всего III в. и особенно — в эпоху Тетрархии. Данные вексилляции участвовали в кампаниях тетрархов, но они не возвращались в свои «материнские» легионы, а преобразовывались в обособленные и самостоятельные войсковые формации, размещавшиеся уже в других крепостях. Процесс раздробления, «расщепления» легионов в первую очередь затронул военные силы Малой Скифии — I легион Иовия и II легион Геркулия, не миновала эта участь и паннонские легионы — I и ІІ Вспомогательные. Данные папирусов и эпиграфики свидетельствуют, что в разные этапы Тетрархии вексилляции выделялись из VII и XI легионов Клавдия, IV легиона Флавия, VI легиона Геркулия, эти вексилляции принимали участие в нескольких кампаниях императорского комитата. Более того, балкано-дунайские легионы служили кадровой базой, источником для формирования войскового корпуса ланциариев, который дислоцировался в Паннонии, в лагере Бригецио. О судьбе этого корпуса в период Константина нам, к сожалению, ничего не известно.

Представленный выше обзор эпиграфических и папирологических документов позволяет заключить, что главная проблема армии Лициния, причина ее поражения заключалась в «рыхлости», разбросанности комитата (гвардии) Лициния — комитат Лициния не был сосредоточен в одном укрепленном пункте, например, в резиденции, как раз наоборот, наиболее боеспособные подразделения Лициния были распределены по разным крепостям, удаленным друг от друга на значительное расстояние, что, очевидно, не позволяло бытро и эффективно провести мобилизацию войск и сосредоточить их в одном регионе.

С другой стороны, проблема армии Константина состояла в том, что она пополнялась главным образом за счет галльских войск, но источник этого пополнения не был безграничным. Константин вынужден был держать значительную часть галльской армии на рейнской границе для защиты Галлии от вторжений франков и аламаннов. Ни в одном из случаев (ни в 312, ни в 316, ни в 324 гг.) Константин не включил в состав своей экспедиционной армии побежденные силы противника, в 312 г. он переправил их на рейнский лимес, а в 316 и 324 гг. просто оставил на территории балкано-дунайских провинций в качестве рядовых пограничных гарнизонов.

Константин предпочитал пополнять свою экспедиционную армию за счет галльских гарнизонов, путем перевода в балкано-дунайские провинции подразделений, ранее служивших в Галлии.

Для удобства позволим себе свести все рассмотренные выше материалы в несколько таблиц, эти таблицы более наглядно и тезисно смогут представить этапы создания дунайской экспедиционной армии Константина и ее организационную структуру.

Таблица 11

Подразделения армии Константина I, воевавшие против Лициния в 316 и 324 гг.

Таблица 12

Подразделения Лициния, вошедшие в состав армии Константина в качестве отрядов береговой стражи riparienses/ripenses

§ 3. Провинция Малая Армения и ее военная организация в 305–314 гг.: армянская кампания Цезаря Максимина II Дазы

3.1. Евсевий Кесарийский, псевдо-Йовханнэс Мамиконеян и война

Максимина II Дазы с армянами: хронология и проблемы

интерпретации

Соответственно, возникает закономерный вопрос — как развивалась римская военная организация на Ближнем Востоке и какие подразделения обороняли этот регион в период второй Тетрархии, т. е. в 305–324 гг. В этой связи, на наш взгляд, в первую очередь следует обратить внимание на пассаж из стихотворного панегирика П. Оптациана Порфирия, который поэт посвятил императору Константину. Т. Барнс и И. Винанд датировали данный панегирик (18 стихотворение по нумерации издателей) 324 или 325 гг[853]., в контексте предложенной датировки мы хотели бы рассмотреть несколько строк поэмы П. Оптациана Порфирия:

P. Optatianus Porfyrius, Carm. XVIII, vv. 5–7, ed. I. Polara, p. 70

Torva Getas campo clarus ut lumina perdit,

vult curvo turmae felix sua comminus ictu

Armenii dux ferre levis, sol, te quoque pila

«Свирепых гетов в сражении (он), ясный как светила, уничтожил — успешный и стремительный вождь Армянина желает нести тебя, о Солнце, а также копья вблизи турмы, склонившейся под его ударом»

Для нашей темы важна фраза поэта о некоем «вожде Армянина», под которым, на наш взгляд, следует понимать дукса провинции Малая Армения, которая входила в состав Римской империи, а значит, ее военные чиновники подчинялись императору Константину.

Строки Оптациана Порфирия позволяет утверждать, что к 324/325 гг., когда была составлена данная поэма, должность дукса Малой Армении уже существовала, следовательно, в Малой Армении размещались военные гарнизоны, подчинявшиеся этому чиновнику. Помимо сведений Оптациана Порфирия, в распоряжении исследователей есть еще один документ, косвенно свидетельствующий об определенном участии Константина в истории армянских земель как в пределах империи, так и применительно к независимому царству Великая Армения.

Данный документ — латинская посвятительная надпись из Северной Африки (провинция Мавритания Цезарейская), воздвигнутая в 318–319 гг., эта надпись наделяет императора Константина титулом Armenicus Maximus — «Великий Армянский»:

CIL VIII 8412 = D 696, l. 1–6 (подчеркивание наше — Е.М.)

Imp(eratori) Caes(ari) Flavi/o Constantino / Maximo Pio Felici In/victo Aug(usto)

pont(ifici) m(aximo) Ger(manico) / maximo III Sarm(atico) max(imo) /

Brit(annico) max(imo) Carp(ico) max(imo) Arab(ico) / max(imo) Med(ico)

max(imo) Arm(eniaco) / max(imo) Goth(ico)

«Императору Цезарю Флавию Константину Великому, благочестивому, счастливому, непобедимому Августу, великому понтифику, Германскому великому в третий раз, Сарматскому великому, Британскому великому, Карпскому великому, Арабскому великому, Медийскому великому, Армянскому великому, Готскому великому»

Т. Барнс в нескольких работах проследил принцип, в соответствии с которым правители-тетрархи, в том числе и Константин Великий, включали в свои титулы различные этнические и территориальные наименования: победные титулы отражали факт их участия в военных кампаниях, проводимых на определенных территориях. Перечисление этих титулов в эпиграфических памятниках всегда идет в строгой хронологической последовательности, в зависимости от времени самих