Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

Тем не менее, если мы обратимся непосредственно к армянским источникам (переведенным на западноевропейские языки), мы увидим, что и они сообщают определенные сведения о присутствии римских («греческих») войск на территории армянских земель в начале IV в., как раз при императоре Константине. Более того, армянские тексты свидетельствуют о размещении римских войск непосредственно в пределах независимой Великой Армении. Прежде всего, обратимся к такому источнику, как «История Тарона» псевдо-Йовханнэса Мамиконеяна. Данное произведение представляет собой церковную хронику, посвященную христианизации Тарона — одной из исторических областей Армении, которая находилась к западу от озера Ван. В 1993 г. Л. Авдоян перевел этот текст на английский язык, он же сопроводил свой перевод вступительной статьей, где рассмотрел рукописную традицию памятника, проблемы его авторства и датировки. Как показывает Л. Авдоян, «История Тарона» была написана во второй половине X в., более точно — между 966 и 988 гг., ее автор — монах монастыря св. Иоанна Карапета («Предвестника»), который выдавал себя за аббата того же монастыря, Йовханнеса Мамиконеяна, жившего, согласно «Истории Тарона», при византийском императоре Ираклии, т. е. в первой половине VII в. Л. Авдоян ставит под сомнение авторство Йовханнэса Мамиконеяна, отмечая, что историк по имени Йовханнэс Мамиконеян впервые упоминается только в конце X в. другим армянским историком, Ухтанесом. Соответственно, как полагает Л. Авдоян, автор «Истории Тарона» присвоил себе имя аббата Йовханнэса Мамиконеяна, время жизни которого неизвестно[874].

Л. Авдоян предпочитает называть автора хроники псевдо-Йовханнэсом Мамиконеяном — по оценке исследователя, «История Тарона» ставит перед собой цель доказать первенство монастыря св. Иоанна Карапета в деле христианизации Армении, поскольку псевдо-Йовханнэс настойчиво проводил мысль об основании монастыря самим Григорием Просветителем (Лусоворичем), крестителем Армении[875]. Л. Авдоян довольно скептически оценивает достоверность сведений хроники, по его мнению, «История Тарона» содержит большое количество противоречий и откровенно выдуманных сюжетов.

Мы же, как раз наоборот, рассматриваем «Историю Тарона» как источник, вполне заслуживающий доверия, более того, применительно к теме нашей работы труд псевдо-Йовахннэса Мамиконеяна содержит уникальные данные, позволяющие по-новому оценить смысл и значение армянской кампании Максимина II Дазы, упомянутой у Евсевия Кесарийского. Согласно сведениям «Истории Тарона», в то время, когда «до царя Трдата дошел слух, что император Константин поверил в Господа и остановил гонение на церкви» (At that time word reached king [Trdat] that the Emperor Constantine believed in God and had stopped the persecution of the churches), земли соседней Грузии подверглись нападению т. н. «северных» племен, обративших в плен значительное количество местного населения (The king of the North… had attacked the prince of Georgia… And [the Northerners] enslaved the land…).

Далее автор рассказывает, что царь Трдат вместе с Григорием Просветителем вознамерились посетить монастырь св. Иоанна Карапета, но внезапно Трдат был вынужден поменять свой маршрут, «отправившись по пути через горные регионы, потому что кто-то видел греческую армию и всюду ходили слухи, что князья царя Севера вернулись с большой армией» (…he proceeded by way of the mountainous regions — because some had seen the Greek army, and were spreading the rumor that the princes of the king of the North had returned with a great army). В итоге, как подчеркивает псевдо-Йовханнэс, «когда Трдат узнал, что это были греческие войска, он вернулся в гавар (область — Е.М.) Хаштеанк и разместился лагерем на вершине горы Арджан…» (When Trdat learned that they were Greek troops, he returned to the gawar of Hašteank and encamped on the summit of [Mount] Arjan…)[876].

Т. о., из цитированных отрывков следует, что римские («греческие» в понимании псевдо-Йовханнэса Мамиконеяна) войска действительно разместились в нескольких регионах Великой Армении в 313 г. — в тот год, когда Константин «остановил гонение на церкви», т. е. издал Миланский эдикт о веротерпимости, позволивший христианам свободно исповедовать свою веру. Но римская армия перешла на территорию Великой Армении не с целью противостояния с царем Трдатом III — как раз наоборот, текст «Истории Тарона» отчетливо свидетельствует, что Трдат III не воспринимал присутствие римских войск в регионе к северу от Тарона как акт агрессии и незаконного вторжения, более того, слова псевдо-Йовханнэса наводят на мысль, что римская войсковая группировка направилась в Великую Армению по согласованию и прямому призыву Трдата III.

Мы полагаем, что цель римской военной экспедиции была совершенно иной — выбить с территории Велико-армянского царства некие «племена Севера», дальнейшее продвижение которых по землям Армении могло угрожать безопасности уже и римских границ. Бесконтрольное перемещение этих племен, которых Л. Авдоян идентифицирует с гуннами[877], угрожало целостности римских земель, ставило под удар римскую Малую Армению и вполне могло перекинуться в соседние провинции Малой Азии.

Возникает вполне закономерный вопрос — можем ли мы доверять тому этнониму, который упоминает в своем труде псевдо-Йовханнэс, живший в X в., действительно ли он имел в виду гуннов под «племенами Севера», насколько реальной была возможность вторжения гуннов на территорию Великой Армении уже в начале IV в.? Исследования по топонимии Южного Кавказа в эпоху раннего Средневековья показывают, что многие армянские источники IX–X вв. называли гуннами хазар, поскольку во второй половине VIII в. земли современного Дагестана (вблизи Махачкалы), где жили кавказские гунны, подпали под влияние Хазарского каганата, соответственно, армянские историки продолжали именовать хазар старым этнонимом[878].

Совершенно точно данная тенденция прослеживается в армянской исторической хронике «История страны Алуанк», более точно — во II книге данного произведения. Как показал Ш.В. Смбатян, автор русского перевода, основной текст этой хроники, вплоть до 48 главы II книги, был составлен во второй половине VIII в[879]., т. е. как раз в тот период, когда в восточных регионах Северного Кавказа происходили этнические перемещения и эти земли постепенно попадали в зависимость от Хазарского каганата. Как свидетельствует хроника, на 36-ом году правления персидского царя Хосрова II Парвиза, т. е. в 627 г. (правил в 591–628 гг.), византийский император Ираклий призвал на помощь некие «войска [Севера]», чтобы они напали на Персидское царство и тем самым ослабили державу Сасанидов. Автор хроники утверждает, что Ираклий отправил нескольких армянских нахараров в качестве посольства к гуннам, которым он обещал большие дары в обмен на военную помощь («Тогда снарядил в путь одного из своих нахараров… и отправил его [к гуннам]…»).

Со слов источника, Ираклий и ранее обращался к гуннам с просьбой о помощи, и наш источник четко называет этих гуннов «хазирами», т. е. хазарами — «Подстрекательством Ираклия хазиры бесчисленной толпой вторглись в нашу страну (здесь