Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

Следовательно, непосредственно перед началом военной кампании против Лициния войска Максимина II Дазы размещались в Сирии (exercitum movit e Syria hieme [quam] cum maxime saeviente et mansionibus geminatis in Bithyniam concurrit debilitato agmine — «зимой он направил войско из Сирии и с (этим) войском, которое больше всего было утомлено суровой непогодой и двумя остановками, он прибыл в Вифинию» — Lact. De mort. pers. 45. 2).

К. Цукерман предположил, что военной кампанией против Великой Армении (исследователь полагает, что римляне воевали именно против независимой Великой Армении) руководил Локр Верин — офицер, который упоминается в эпиграмме Квинта Аврелия Симмаха. По мнению К. Цукермана, Локр Верин, занимавший пост наместника Сирии, первоначально командовал войсками от имени и по приказу Максимина II Дазы, узурпатор доверил этому офицеру проведение армянской кампании. Впоследствии же, когда узурпатор приостановил военные действия и переправился во Фракию для борьбы с Лицинием, Локр Верин по поручению Максимина остался на римско-персидской границе и продолжал командовать там местными гарнизонами. Согласно К. Цукерману, армянская кампания была завершена только при Лицинии, который вновь направил Локра Верина против Великой Армении, и на этот раз римские войска одержали над армянами решительную победу, теперь уже от имени и во имя Лициния. В результате Лициний включил в свою победную титулатуру титул Armenicus Maximus[891].

Эта довольно заманчивая и привлекательная трактовка, на первый взгляд, кажется предельно обоснованной — в той эпиграмме Квинта Аврелия Симмаха, к которой обращается К. Цукерман, Локр Верин назван «предводителем» (dux), одержавшим победу над армянами в военном сражении:

Symm. Ep. I. 2. 7 (MGH AA, 6.1, p. 4)

Virtutem, Verine, tuam plus mirer in armis,

Eoos dux Armenios cum caede domares

«Верин, еще больше я восхищаюсь твой храбростью на войне, когда ты, предводитель, в кровавом сражении усмирял восточных армян»

Дж. Моррис первым идентифицировал Локра Верина с наместником Сирии, предположительно занимавшим свою должность в 294–305 гг., эту индентификацию поддержал и Г. Кастритиус, по мнению которого, Локр Верин командовал римскими войсками во время войны Цезаря Галерия с персами в 298 г. Г. Кастритиус предположил, что Локр Верин принял участие в персидской кампании Галерия и воевал непосредственно на территории Великой Армении, где развернулись боевые действия. По оценке Г. Кастритиуса, именно эти события отражает фраза Симмаха Armenios cum caede domares, т. е. под армянами Симмах имел в виду не армян как противников Рима, но Великую Армению, где римляне сразились с персами (тогда, как известно, Великая Армения еще входила в состав Персии)[892].

Мы согласны с позицией Г. Кастритиуса, поскольку ее, на наш взгляд, подтверждают и сведения цитированного выше Лактанция. Если в 312/313 гг. Локр Верин все еще был наместником Сирии, мог ли он в той ситуации направиться в Великую Армению со своими войсками? Уже зимой 312/313 гг., согласно Лактанцию, Максимин II Даза выступил из Сирии вместе со своими войсками и направился в Вифинию — крайне сомнительно, что за такой короткий период времени Максимин успел перебросить войска из Великой Армении обратно в Сирию, перегруппировать их и отправить в Вифинию. На наш взгляд, в Великой Армении воевали не гарнизоны Сирии, а подразделения другой провинции — Малой Армении, территориально более близкой к Великой Армении, чем Сирия, но войска Малой Армении выступили не против царя Трдата III, а против гуннов, вторгнувшихся в земли его царства.

В этой связи особую важность приобретает сообщение византийского хрониста Иоанна Малалы, согласно которому в эпоху правления Максенция (Малала ошибочно называет так Максимина II Дазу) между римлянами и персами произошла очередная война. В этой войне на стороне персов воевали армяне, вместе с ними Сасаниды вторглись в римские земли, но Максенций = Максимин II Даза разгромил персов, пройдя со своими войсками через территорию Армении (Ἐν δὲ τῷ αὐτῷ χρόνῳ οἱ Πέρσαι συμμαχοῦντες Ἀρμενίοις πολεμηθεῖσιν ἅμα αὐτοῖς ἐπελθόντες ἐν τοῖς Ῥωμαϊκοῖς ἐπραίδευσαν χώρας. καὶ ἐπεστράτευσεν κατ' αὐτῶν ὁ αὐτὸς Μαξέντιος καὶ ἐπολέμησεν Πέρσαις καὶ ἀνήλωσεν αὐτοὺς διὰ τῆς Ἀρμενίας κατελθὼν κατ' αὐτῶν — «В то же время персы, помогая армянам, которые пребывали в войне, вторглись вместе с ними в римские земли и разграбили (эти) земли. И этот Максентий вступил в войну с персами и уничтожил их, напав на них через Армению»). В результате своей победы Максенций = Максимин II Даза «отделил часть земли от Персоармении, поставив ее под власть римлян. Эту землю он назвал первой и второй римской Арменией» (καὶ ἀπέσπασεν χώρας ἐκ τῶν Περσοαρμενίων καὶ ἐποίησεν ὑπὸ Ῥωμαίους · ἥντινα ἐκάλεσε πρώτην καὶ δευτέραν Ἀρμενίαν Ῥωμαίων — Malal. XII. 47, ed. H. Turn, CFHB 35, p. 240).

Подчеркнем, что Иоанн Малала допустил две хронологические ошибки — 1) провинции первая и вторая Армения возникли только между 378 и 386 гг. в результате разделения единой прежде провинции Малая Армения на две отдельные и самостоятельные провинции, первую и вторую Армении со столицами в Севастии и Мелитене соответственно; 2) следовательно, первая и вторая Армении не были созданы из земель, отторгнутых у Персоармении, как пишет об этом Иоанн Малала[893].

На наш взгляд, если сопоставить сведения Малалы с данными рассмотренных ранее армянских источников, можно прийти к выводу, что Максимин II Даза провел военную кампанию на территории Великой Армении против гуннов, само же вторжение гуннов, как мы полагаем, было инспирировано Персией — очевидно, персы подговорили гуннов вторгнуться в земли независимой Армении. Сами же Сасаниды в таком случае намеревались захватить Сирию, лишенную военной защиты. Возможно, персы полагали, что узнав о вторжении гуннов, римляне переведут в Великую Армению свои войска из Сирии и не смогут противостоять персидской атаке (классическая ситуация войны на два фронта). Но Сасаниды не учли того, что у другой римской провинции — Малой Армении — к 312 г. тоже были свой собственный дукс и развитая военная организация, представленная целым рядом пограничных соединений, включая и полноценные легионы. Эти соединения (вероятнее всего, легионы) и выступили против гуннов осенью 312 г., они же продолжили данную военную кампанию и в 313 г., уже при Лицинии, в то время как войска Сирии неизменно продолжали пребывать в своей провинции на случай возможного нападения персов.

Возникает закономерный вопрос — почему же тогда Евсевий Кесарийский трактовал эту войну как часть антихристианских гонений Максимина II Дазы, как один из сюжетов его антихристианскгой политики? Причина кроется в полемическом характере «Церковной истории» Евсевия — как доказал Т. Христенсен, уже начиная с