Уральский следопыт, 1982-10 - Журнал «Уральский следопыт»

Полгода не прошло – разобрали писаренковских учениц, умелых теперь маляров, по разным стройкам города. А ей поручили других новичков, приехавших из Краснодарского края. Ей, Писаренковой, кому больше-то?! Не первое это поручение и не последнее. У нее получается.

Вот начальство опять вызывает:

– Такое дело, Лида, строителей нехватка, сама знаешь. Поручаем тебе обучить тридцать… гм, как бы тебе объяснить?… Понимаешь, они – тунеядки, ну и прочие подобные.

– Ой, к ним бы кого постарше, поопытней.

– Опыт у тебя есть. К тому же ты морально устойчивая. Так что действуй.

И действовала. Тридцать оступившихся женщин получили квалификацию штукатуров и, мало того, научились работать с интересом, с желанием. Но только, что это стоило Лиде…

Так продолжалось тридцать лет. Теперь вот эта юная группа. Вместе с учителем. Такого еще не бывала. Для ребят он учитель, а для Писаренковой – обычный ученик, всего-то и различия, что с университетским образованием. Но его тоже надо учить.

Снова – в который уж раз! – первые неурядицы, первые «ушибы» новичков она, бригадир, постарается принять на себя.

6.

Но что же все-таки произошло? Почему никто не побеспокоился подготовить ребятам фронт работ? Наверное, любой тагильский отделочник пожмет плечами: дескать, мы привыкли, это новичкам в диковинку наши беды. Им еще повезло – август все же…

Если все хорошо организовано – действительно, что нам стоит дом построить?! Но ход многих операций на стройках зависит от субподрядчиков, от погоды, от массы других причин. 8от работают люди, машины – все нормально, Вдруг – ливень. Надрывно рычат моторы. Раствор сваливается- в грязь. Штукатуры отяжелевшими сапогами прокладывают от массива тропинку к бункеру. Нужен раствор, сейчас, немедленно нужен, без него остановилось все дело!…

Осень началась, первые заморозки. Но субподрядчики-теплофикаторы не подвезли вовремя радиаторы, трубы. Энергетики тоже оплошали: кабель не подвели. Не было у них тогда кабеля…

Сантехники, может, и справились бы по своей части. Все есть: и краны, и ванны, и унитазы. Хоть сейчас привози и устанавливай на место. Так ведь растащат!… Хищения! Как дезорганизуют они ритм стройки. Иной раз сами строители крадут «во благо» своей бригады. Этакие «маленькие хитрости», а точнее, маленькие пакости. К примеру, недостающие дверь или раму берут в другом подъезде, у другой бригады…

А однажды выясняется, что если нажать, то горящий план можно вытянуть. И эта «великая честь» сваливается обычно на отделочников, в частности на штукатуров.

7.

Второй рабочий день получился немного успешнее первого. Не впустую Лидия Сергеевна нервы тредала. К дому подогнали вагончик насосной, привезли раствор, доставили. инструменты. Но насосная не подключена к электросети. Раствор свалили далеко от подъезда: шофер не мог преодолеть последние метры грязи. Сквозняки свистят из-за незастекленных окон.

«Комиссар» Брызгалов огляделся, оценил нерадостную обстановку. Сказал спокойно:

– Ну что, начинаем работать?

На него посмотрели с недоумением:

– С чего тут начинать? Сами же видите…

– Вижу. Ну и что? А на БАМе вы думали легче? Берите носилки, будем носить раствор. Юра, я с тобой в паре.

Писаренкова раздала девчатам цоколи, терки, мастерки.

Первые неумелые, робкие мазки. Первые брызги на меленьких комбинезонах,- Бригадир легко, весело бросает мастерком раствор в стык бетонных панелей. Погладила, приласкала, и рваной щели как не бывало!

– Видите, девочки? Так может каждая из вас. Ну-ка, Танюша!

Начали! Не слышен нудный дождик за окном. Тепло стало в легких спецовках. И вот уже шутит самая веселая – Нина Морякина, и звенит серебром девичий смех в заляпанной раствором комнате – будущей квартире.

Лидия Сергеевна по-хозяйски поглядывает кругом. Довольна: какие они, ребята, молодцы! Как ровно лег раствор от мастерка Тани Стародворской – и это в первый-то день, в первые часы! Как внимательно следит за движениями бригадира Оля Ольховикова!…

Обедать в столовку не пошли. Поели кто что принес, снова взялись за дело.

Любая непривычная работа тяжела вдвойне даже для взрослых, ко всему привычных. Писаренковские к концу смены умаялись – мастерки выпадали из усталых рук. Оля, прислонясь к стене, задремала стоя. Но лиха беда – качало…

Довольные, ехали они в город, в общежитие. И «комиссар» Брызгалов, не менее уставший, был еще более доволен:, его орлы сегодня строили дом!

На следующее утро Писаренкова, мастерица на лее руки, принялась обучать обращению с Насосом самых «технических» мужчин бригады: Михаила Брызгалова и Юру Платуиова. Деловито загудело в вагончике, пошел раствор по шлангу на верхние этажи. Парни притащили со склада рулон пленки и «зашили» ею окна.

Начальник участка и мастер, с утра снова наругавшись с Писаренковой, но поостыв к полудню, пришли в девятый дом – из-за кого нервы треплют? Стоят ли того? Придирчиво ощупывали оштукатуренные стены. Отступя, словно картину, рассматривали. А ничего не скажешь, сделано на совесть.

Для лучшей практики направили к ребятам еще пять опытнейших работниц, бывших писаренковских учениц.

Юная писаренковская бригада еще не обстреляна дробью житейских мелочей, картечью производственных неувязок. И если бы они пришли на стройку порознь, каждый сам по себе, большинство, пожалуй, сбежали бы вскоре. Коллектив делает сильнее каждого отдельного в нем человека. Не даст ему ослабеть, струсить в лихую минуту, когда одиночки послабее скользят и падают. Юный коллектив выдержал испытание на «разрыв».

Бригада интернатцев могла бы и распасться, если бы не цементировал ее авторитет «комиссара» – учителя Брызгалова. И если Михаил Викторович не оробел, не попятился – значит, все в порядке. А что и не в порядке, так то, наверно, мелочи, подкинутые благожелательной судьбой специально для романтики.

Но, непредусмотренные никакими прогнозами, на бригаду свалились новые волнения. На следующее утро на стройку не вышла Таня.

…Как-то в конце экзаменов к Брызгалову явилась женщина:

– Я всю жизнь ишачу и дочке то же?! Тогда тихонькая девочка Таня вскипела:

– Я не хуже других! Пойду с ребятами, вот и все! Сейчас Брызгалов вспоминал этот случай, подходя к

деревянному обветшалому дому. Он долго стучал в дверь. И показалось ему, что есть в доме жильцы, но почему-то затаились и никак не хотят его пустить. На другой день – то же самое.

Бригада тревожилась. Если Таня больна, сообщила бы. Если попала в какую беду, позвала бы. Прячется? Почему? Наконец всей бригадой пошли к Тане. Встретил их помятый, нетрезвый мужчина.

– Что надо?

Выбежала в коридор и Танина мать.

– Чего ходите? Какое ваше дело? Таня выходит замуж, ишачить там у вас – была нужда!

– Хорошо, счастья ей желаем, совет да любовь. Но пусть уволится, как положено, чтобы всех нас прогулами не позорить.

– Надо станет, тогда