Осетинские мифы. От громовержца Уацилла и зловещего Руймона до яблони нартов и девушки-голубки - Диана Сокаева

помощью девушек-птиц герой сказки совершает подвиги, гармонизирующие пространство: улучшает мир. Но в осетинских сказках существует особый сюжет, который не всегда укладывается в международные классификации. Мы условно назвали его «девушки-птицы башни» — это помощницы героя при брачных испытаниях либо его потенциальные невесты, живущие в башне.

Схема сюжета «девушки-птицы башни»

1. Мачеха отправляет пасынка (героя повествования) в лес.

2. Герой попадает к великанам.

3. Для спасения жизни герою приходится совершить подвиги: поднять мизинцем огромный котел; снять драгоценное кольцо с пальца подводного существа; вернуть серебряную коновязь[140] и добыть шелковый платок, способный оживлять мертвых.

4. Чудесные предметы хранятся в неприступной башне, где герой встречает трех голубей. Птицы превращаются в девушек, они и владеют чудесными предметами.

5. Герой остается жить в башне с девушками-птицами.

Функции, действия, количество девушек-птиц зависят от вариаций сюжета.

Вариант 1. Одна из сестер-голубок похищает у великанов серебряную коновязь, другая с помощью щепок оживляет и вновь умерщвляет сына алдара (волшебного господина), третья все время опрокидывает лодку на переправе через реку. Герой подчиняет девушек-голубок; старшая сестра превращает дом, где они живут, в арбу-самокат. Герой женится на всех трех сестрах, и невестки омолаживают его отца. На окраине села старшая сестра превращает самоходную арбу во дворец и омолаживает мать героя («Мальчик-с-пальчик, сын бедняка»)[141].

Вариант 2. Одна из девушек-голубок крадет у великанов золотую коновязь. Другая оживляет и умерщвляет сына алдара носовым платком. Третья топит корабли («Сказка о великане и мальчике»)[142].

Вариант 3. Одна из девушек-голубок похищает у великанов и хранит серебряную коновязь. Другая топит корабли. Третья умерщвляет сына алдара платком. Девушки добывают герою двенадцать колец, что помогает ему победить в споре с купцом («Сын алдара, который искал огонь, или Три сестры»)[143].

Вариант 4. Одна из девушек-голубок похищает у великанов серебряную коновязь. Другая топит корабли. Третья оживляет и умерщвляет сына алдара белоснежным платком («Сказка о трех голубках»)[144].

Вариант 5. Одна из голубок, дочерей Солнца, закрывает небо своей черной шалью. Вторая подстерегает и губит проходящих по мосту мужчин. Третья сжигает в печи своих женихов. У сестер есть небесные зеркала. Младшая видит героя мертвым, а затем оживляет его с помощью войлочной плети («Сказка о сыне старика и старухи»)[145].

Вариант 6. Три сестры-голубки не виделись с рождения. Девушки охраняют сокровища: одна — алмазы; другая — золотую шубу, которая хранится за двумя бьющимися друг о друга горами; третья — комнату, наполненную золотыми мальчиками. Одна из девушек-голубок топит корабли, сестры добывают герою полный ящик нужных ему колец («Ханы и немой мальчик»)[146].

У сюжета «девушки-птицы башни», как мы видим, существует множество вариаций. Семантическое поле этого женского персонажа исключительно широко: магические способности девушек-птиц играют решающую роль в брачных делах и судьбе героя.

Одна из функций девушки-птицы в осетинской волшебной сказке — снятие противостояния Неба и Земли, поэтому важен момент перемещения девушек-птиц (варианты: дочерей Солнца или дочерей Солнца и Луны) сверху вниз — с Неба на Землю. Девушки легко превращаются в голубку и обратно, демонстрируя возможность двигаться по вертикали и тройной смысл изменения своей сущности. Но и дочери Солнца либо дочь Солнца и дочь Луны в виде птиц спускаются с неба к молочному озеру.

Аналогичный сюжет с мужскими персонажами также встречается в осетинских волшебных сказках, но только в структурно и семантически оправданных ситуациях. Мужчины иногда обращаются в голубей, реализуя пророческую функцию, однако мужчины-птицы ключевыми персонажами сказок не являются.

В топонимических преданиях птицы садятся на место с определенным названием либо объявленное святым — так проявляется этиологическая роль птиц в происхождении святых мест.

Глава 3. Конфликт «орел — змей»

Согласно мифологической концепции оберега трехуровневой модели мира, герой должен уберечь вселенную от хаоса, и с этой установкой связан конфликт «орел — змей». Орел олицетворяет Небо (Верхний мир), змей — Землю (Средний или Нижний мир); большая парящая птица противопоставляется пресмыкающемуся. Интересно, что функции у конфликта «орел — змей» в осетинской мифологии и фольклоре разнятся.

В качестве «сказочного» примера можно привести записанное В. Ф. Миллером в Дигорском ущелье «Предание о змее в Галиате»: «Около аула Галиат есть место, на которое жители сносили свой хлеб и другие запасы. Однажды, в отдаленные времена, осенью откуда-то появился зариаг калм (зарийский змей) и окружил это место, свившись в кольцо, так что хвост у змея был в зубах. Никто из жителей не дерзал подойти к опасному месту. На всех напало уныние ввиду угрожавшей всему аулу голодной смерти. Из беды Галиат выручил один храбрец, родом из Кантемуровых, который решился напасть на змея. Для этой цели он достал свежую воловью шкуру, оделся в нее и высушил ее на себе на солнце, так что она плотно облегла его тело. Затем он сел на коня и напал на змея. После долгой битвы ему удалось шашкой отрубить змею голову. Дело было около реки, и кровь змея в таком количестве наполнила воду, что целый год нельзя было пить из этой речки»[147].

Однако в фольклоре эта же история излагается по-другому. Герой сказки «Сын собаки», человеческий ребенок, в результате волшебства рожденный собакой, во время своего путешествия по подземному миру совершил подвиги: нашел и победил семиголового уаига и убил дракона, который брал дань девушками и разрешал жителям набрать воды из реки всего раз в год. Все происходило в подземном царстве, а герой мечтал вернуться на землю. В этом ему была способна помочь только орлица, которая летает туда раз в год, — и к ее гнезду герой пришел именно в такой день.

Деревянная трость с ручкой в виде змеи, XX в.

Из фондов ГБУК Национальный музей Республики Северная Осетия — Алания

Орлица каждый год выводила трех птенцов, потом улетала на землю, а в это время их сжирал залиагский змей. Герой дождался змея, изрубил его на мелкие куски и сложил их в виде четырехугольника[148]. Птенцы были спасены, и благодарная орлица помогла герою вернуться на землю[149].

Как писал В. С. Уарзиати, «число четыре в геометрической символике определяется квадратом или вообще четырехугольником, с образом идеально устойчивой структуры, статистической целостности, соединяющей в себе основные параметры гармонии»[150]. Символика числа четыре отчетливо прослеживается в обряде похорон убитого молнией «Цоппай» и в нартовских сказаниях о гибели Батраза[151].

Конфликт «орел — змей» позволяет мифологическим персонажам проявить свои медиаторские способности, но в сказках