Каменный остров. Историко-архитектурный очерк. XVIII—XXI вв. - Вера Александровна Витязева

21 сентября 1765 г.

«Потом смотрели чертежи нововыезжего из чужих краев нашего архитектора г. Баженова, которые подлинно хорошо расположены и вымышлены, и от всех присутствующих во многом числе дам и кавалеров общую похвалу получили»7.

1 октября 1765 г.

«Обедали у нас из посторонних князь Петр Васильич Хованский и выезжий недавно из Франции русский архитектор Баженов. Его Превосходительство Никита Иванович разговаривал с ними во время стола о строениях. После обеда послал их на Каменный остров осмотреть вместе, как бы там зачать строение»8.

6 декабря 1765 г.

«Во время обеда присутствовал кн. Петр Хованский. После обеда изволил Его Высочество долго смотреть план Каменного своего острова»9.

Таким образом, строительные дела на острове Н.И. Панин, занимавший при наследнике главенствующее положение и получавший все указания непосредственно от императрицы, согласовывал с князем П.В. Хованским, главноначальствующим над Конторой строения Ея Императорского Величества домов и садов. Именно она рекомендовала привлечь к этим работам В.И. Баженова, что и было сделано в сентябре 1765 г.

В письмах художника М.И. Махаева тверскому помещику Н.И. Тишинину (хранятся в историческом архиве г. Рыбинска) эта история получила свое продолжение: Махаев сообщил своему корреспонденту, что в апреле 1766 г. Баженов «был занят новыми чертежами для Его Императорского величества к Каменному острову», поскольку Тишинин хотел заказать В.И. Баженову проект своего усадебного дома в селе Никольском, причем Махаева он просил при переговорах «по переписке» быть посредником. Объясняя своему адресату невозможность выполнения его просьбы, так как Баженов занят работой сверх всякой меры, Махаев вновь повторяет: «…да и работают так же в знаемости у больших самых бояр, больше как у Их Сиятельств, затем что проводит Большие чертежи, тако же для наступающей весны в основании Его Высочеству для Каменного острова…»10

Однако архитектурные замыслы В.И. Баженова не соответствовали концепции императрицы в отношении наследника: не выделять, не привлекать к нему особого внимания. Величественный дворец цесаревича, построенный по проекту молодого и европейски известного архитектора, только что вернувшегося в Петербург из командировки во Францию и Италию, мог укрепить в подданных надежду на передачу трона в законные руки наследника, как только он достигнет совершеннолетия.

Екатерина II не могла и не хотела этого допустить.

Таким образом, заказ проекта Баженову оказался очередной политической уловкой: на европейскую знаменитость императрица обратила самое пристальное внимание, заказала для цесаревича проект дворца на острове, но осуществлять его замыслы никто не собирался.

Что стало с Большими чертежами – комплексом архитектурной графики Баженова – выяснить не удалось. Но это вовсе не означает, что они бесследно пропали. Чертеж Каменного острова 1760-х гг., который, скорее всего, относится к этому проекту, нашелся в коллекции графики РГА ВМФ. Будем надеяться, что и сам проект дворца на Каменном острове терпеливо ждет своего исследователя в каком-нибудь музее или архиве в папке с неустановленными постройками.

В.И. Баженова тем временем спешно отправили в Москву, где он надолго «увяз» с Кремлевским дворцом. Там, кроме разработки самого проекта, был проведен огромный объем подготовительных работ – гидрологических, изыскательских, разработана методика укрепления кремлевского холма, выполнены архитектурные обмеры Кремля; с 1772 г. велись земляные работы, в 1773-м состоялась торжественная закладка Кремлевского дворца, но оказалось, что все это – политический маневр, и, как только в 1774 г. Русско-турецкая война закончилась, все строительные работы в Кремле были прекращены раз и навсегда, но объем кремлевских работ в нужное время и в нужном объеме наглядно продемонстрировал западным державам и их союзникам экономическую мощь России.

«Утешительным призом» для наследника престола стало строительство Петровского дворца на Петровском острове по проекту А. Ринальди в 1766–1768 гг. Это был небольшой, увенчанный куполом двухэтажный дворец, нижний этаж которого возвели из камня и оштукатурили, верхний срубили из бревен и обшили досками.

Из описи 1802 г., опубликованной П. Столпянским, известно: «В нем покоев: в нижнем – 6, а в верхнем – 10 и 3 малых коридора. Лестница одна, наружная каменная о 2-х ходах и 36 ступенях, другая – внутренняя, деревянная о 42 ступенях. Весь дом покрыт листовым железом, а кругом всего дома сделан земляной парапет, покрытый лещадною плитою и дерном, вышиною около 1 аршина для задержания от затопления покоев частыми разливами приблой (прибывающей. – В. В.) воды. Круглое зало: двойной свет, дверей с полукруглым верхом на лестницу 3, наверху маленьких круглых окошек 8»11.

Петровский дворец с центральным двусветным залом, примыкающими к нему четырьмя восьмигранными кабинетами напоминал парковые павильоны эрмитажей.

Деньги на строительство, законченное в феврале 1768 г., выдавались из сумм Кабинета императорского двора по распоряжениям самой императрицы. Всего было истрачено 13 300 рублей, наблюдал за работами граф З.Г. Чернышев.

В течение нескольких летних сезонов императорское семейство посещало Петровский дворец не чаще двух раз в году. Устраивались длительные прогулки по острову с ловлей рыбы и ужином, но вскоре они прекратились, и дворец перешел в разряд «забытых и оставленных резиденций».

(Отметим, что 23 июля 1912 г. во время катастрофического пожара на Петровском острове одно из лучших творений А. Ринальди – Петровский дворец цесаревича – сгорел дотла.)

Но страницы истории Каменного острова 1760-х гг., связанные с цесаревичем, Семеном Порошиным, Михаилом Махаевым, архитекторами Баженовым и Ринальди, дворцом на Петровском острове, оставляют горечь тревожащей и неразгаданной тайны.

Казалось бы, ну что тут особенного?

Нет. Что-то здесь не так. Как запах дыма перед появлением огня.

Вернемся назад и еще раз пройдем по ступеням исторических событий.

Итак, Каменный остров стал собственностью императорской фамилии, его подарили наследнику престола.

А. Ринальди. Петровский дворец на Петровском острове. Главный фасад, разрез и план. Обмеры с натуры архитектора А.Е. Белогруда. 1912 г.

С грандиозными планами, надеждами на самые превосходные заказы от самых знатных вельмож, с осуществлением которых родина и Петербург будут прославлены во веки веков, возвращается из Франции В.И. Баженов – несомненно, звезда первой величины на архитектурном небосклоне, первый из русских зодчих, каких еще не бывало; Баженова приглашают в Зимний дворец, знакомят с императрицей, наследником, его окружением, с учителями, он сходится с С. Порошиным, с которым у него так много общего: происхождение, молодость, душевный склад, патриотизм, любовь к книге, открытость и чистосердечность, именно поэтому для екатерининского окружения, с его ловкими политиками и интриганами, они представлялись, по-видимому, раритетами из Кунсткамеры.

Исследуя дворец канцлера, Баженов и не думал перестраивать его и проектировал новый дворец – величественный и прекрасный. Разработка