Новгородские мифы. От жреца воронов и Перуновой палицы до закликух-оборотней и секретного метро - Эльвира Гептинг

а что делать-то? Она застынет, а потом ее не разобрать будет. А это ж надо ее одевать, в гроб-то класть. Бабка Нюша пришла со мной, говорит: “Что смотришь-то, бери рукавицы! Я буду за плечи держать, а ты давай разбирай и не жалей, будет хрустеть, не жалей, выправляй ей ноги”. Вот, мы ей ноги расправили, только хруст идет — как она скрутилася?! Руки, руки до плеча, понимаете, спиралью! Это ей было так плохо умирать»[250].

Возможно, если бы в момент тяжкой агонии колдуньи кто-нибудь оказался в ее доме и вытащил половицу или потолочину (доску из потолка), то умерла бы она быстрее и спокойнее. «А она меня предупреждала, баба Нюша: “Если ей будет плохо, ты или половицу вытащи в доме, любую выверни, или потолочину, вот, на потолке, и она умрет спокойно”»[251]. Вероятно, как только потолок или крыша разбирались родственниками или сочувствующими, злые чертенята-помощники, подвластные колдуну и мучившие его перед смертью, наконец-то отвязывались от него и через отверстие покидали дом. И тогда измученное колдовское тело наконец обретало покой.

Тест на сглаз

Завершая рассказ о магии, совершенно невозможно не упомянуть о таком явлении, как сглаз. Сглаз, который еще мог называться призором, суреком, осудом, — это вредоносное воздействие взглядом, словом, мыслью. Но если колдовство — это сознательное причинение вреда магическими средствами[252], то сглаз чаще всего невольное. Если порча наводится колдунами, то сглазить может практически любой человек.

Предлагаю вам пройти тест на способность к сглазу. У вас черные глаза? Вы любите говорить комплименты? Вы чаще произносите «ой», чем «ай»?[253] Вы можете позавидовать успеху, красоте, новому костюму ваших знакомых?[254] Поздравляю, у вас хорошие задатки для сглаза!

«Да вон баба одна сглазная есть в Ужине, до чего сглазная. Вчера шла девка по дороге с водой, ведь посмотрела она, сказавши, что молодая да ладная и ведры полные; так та бедная сразу ж споткнулась и ногу сломала»[255].

«Сглазным» людям иногда достаточно посмотреть на тебя своим «недобрым взглядом», как неудача не заставит себя ждать. Если такой человек попался на пути перед важным делом, в деревне понимали, что лучше свои намерения на время отложить и вернуться: «Вот говорили, что у нее очень плохой глаз. Папа все время говорил, что если встретил на улице вот эту женщину, то никакого пути не будет, ничего не будет. Вот он собирается на рыбалку идти, и вот она попалась ему навстречу. Все. Он приходит домой. Часик, может, посидит и только потом уйдет»[256].

Катинька. Литография А. Абрамова из альбома русского народного лубка 1860–1870-х гг.

The New York Public Library Digital Collections

Помимо неудач, сглаз часто провоцировал и физические недомогания: «от призору пупышки скакают на лице»[257], «сглаженные» начинают активно зевать, у них поднимается температура, открывается рвота. Универсальным средством от сглаза считалась вода: «Вода всё смывает». В большинстве случаев сглаз снимали самостоятельно умыванием лица или внезапным сбрызгиванием водой человека, чтобы он испугался. Воду предварительно трижды проливали через дверную скобку и произносили: «Сколько за скобку подержальщичков, столько у рабы Божьей (имя) помогальщичков»[258].

В тяжелых случаях «опризоренные» обращались к знающим: «Однажды была сглажена. Схватило зубы, реву день и ночь, никакого покоя, спасу нет. Смерть ко мне подходит. Я в Пестово поехала к зубному, только вытащил зуб, через порог перешагнула — у меня уже другой заболел. Хоть все таскай. Мне сказали: “Доченька, сходи к бабушке Н-хе за Мологой, не сглажена ли ты”. Я туда и пошла, к Н-хе, она попарила меня веником и сказала: “Крепкая ты, тебе бы надо умереть. Ты сглажена и у бабы, и у девки”. Она меня выпарила, и все сняло. А не сходила бы к Н-хе, то умерла бы или все зубы вытаскала. <…> Можно умереть от сглаза»[259].

Чтобы не пострадать от «дурного глаза», необходимо было символически укрепить свои границы[260], например рекомендовалось на изнанке одежды носить булавку острием вверх: как только кто-то недобро взглянет, иголка тут же начнет колоть ему глаза![261] Кроме того, защитной функцией от сглаза обладала фига[262] (mana fica) — жест, популярный еще со времен Античности, который устойчиво ассоциировался с гениталиями. «Генитальные» и «колющие» обереги, по всей видимости, «основаны на магическом принципе встречной агрессии и представлениях о проникновении внутрь чужого тела»[263]: проникновенный злой взгляд противопоставляется проникающей игле и проникающему фаллосу. Апотропейная роль отводилась и саже. Отвлечь недобрый взгляд и тем самым уберечь от опасности ребенка можно было, нарисовав ему безымянным пальцем за ухом сажей крестик и сказав: «Пялились-сбегались на сажу, а не на младенца»[264].

Глава 3. Новгородская нечисть

Мое раннее детство проходило в крошечном городке Новгородской области — Малой Вишере. Мы жили на улице Лесной в кирпичной пятиэтажке. Когда я болела, а родители не могли взять больничный, они оставляли меня в такой же, только четырехэтажной хрущевке напротив, у одинокой бабы Тани.

Однокомнатная квартира бабы Тани запомнилась мне ткаными половиками, старыми пыльными шкафами, большой кроватью с подушками, поставленными горкой и покрытыми сверху расшитой цветами накидкой. Но поражена я была только одним: баба Таня держала крысу. Нет, не ручную белую крыску-малышку, а настоящую большую уличную серую крысу! Грызунья не находилась в квартире круглосуточно, а наносила хозяйке еженощные визиты. Я узнала об этом, когда поинтересовалась, для кого на кухонном полу стоит блюдце с молоком, ведь котенка-то у бабы Тани не было. Тогда она рассказала, что каждую ночь к ней в квартиру (расположенную на четвертом этаже!) приходит крыса. И что крыса эта не простая, а волшебная. Ругать и прогонять ее нельзя, а, наоборот, нужно подкармливать и ласково с ней разговаривать.

Только спустя много лет, после своей первой деревенской экспедиции, я поняла, что эта крыса для бабы Тани была тем самым домовым, о котором нужно заботиться, чтобы не встретиться с разного рода неприятностями в своем же доме. На самом деле представления о существовании «волшебных» крыс, ласк, ужей и жаб, в облике которых предстает «хозяин» дома или двора, были повсеместно распространены на Новгородчине и до сих пор весьма устойчивы.

Однако не только домовые и дворовые, но и разные иные потусторонние существа — важная часть традиционного народного сознания. Многие жители Новгородской области и сегодня верят в их обитание в банях, в лесах, в полях и в водоемах. И не