Узники старых часов - Лена Александровна Обухова

— Не сразу. Видимо, финансирования не хватило, бюджет же не резиновый. Да и вот пишут, что башенка была сильно повреждена, осыпалась, завалив часы, а циферблат был посечен осколками и испорчен. И только к шестидесятому году завалы окончательно разобрали, а башню отремонтировали.

— А часы установили еще позже, — Лина вытащила из стопки подшивку городской газеты за тысяча девятьсот шестьдесят второй год и быстро отлистала на август. — Вот, приурочили открытие отреставрированных часов ко Дню города. Большой праздник был. Но... Здесь только про часы. А я вчера была на площади и видела там две фигурки. Они появляются, когда часы бьют ровный час.

— Да, я знаю, о чем ты, — согласилась Гелена Станиславовна, поправляя очки. — Видимо, их установили позже. Наверное, сначала средств не хватило, а потом все же решили доделать и установили уже не самовар с баранками, а танцующую пару.

Они пролистали подборку дальше и постепенно дошли до конца интересующего периода, когда постаревший Бургомистров оставил пост и вышел на пенсию.

— Обратила внимание? — поинтересовалась Гелена Станиславовна, закрывая последний том. — Сначала было очень много упоминаний о Гараевой, а потом ее имя вдруг исчезло со страниц газет.

— Да, заметила, — задумчиво кивнула Лина, глядя в окно. — Хотя и с ней у Бургомистрова сложился великолепный тандем. С Гольдманом он город реставрировал, а с Гараевой придумывал, как именно будет это делать, и потом посещал мероприятия, посвященные нововведениям.

— Именно. Девушка была явно толковая. Но молодая совсем, ей, похоже, и двадцати не было. Может, замуж вышла, ребенка родила, переехала. Вариантов масса.

— А я успела подумать, что танцующую пару предложила именно она, — улыбнулась Лина. — Такая чисто женская идея. К тому же она танцевала хорошо.

— Да, актриса, танцовщица, депутат совета, — перечислила Гелена Станиславовна. — Маленькая, да удаленькая девочка. Думаешь, она та самая иголка, которую мы искали?

— Может быть, — кивнула Лина, переводя взгляд на подшивки. — Может быть, танцующая девушка на башне — это Нинель и есть? Посмотреть бы на эти фигурки поближе, может, их делали с натуры, так сказать? Вот только как это сделать?

— Думаю, для этого нужно подняться на часовую башню, — предположила Гелена Станиславовна. — Туда, где фигурки прячутся, когда их никто не видит.

— Да, пожалуй, — согласилась Лина.

Она пока не знала, как это сделать, но у нее было время подумать. И с кем посоветоваться.

Глава 6

— Вот как-то так.

Лина закончила рассказ о посещении библиотеки и потянулась к чашке с чаем. Обед был незаметно съеден за разговором, а теперь пришло время пирога.

— Да, это становится интересно, — согласилась Карина, откладывая в сторону ксерокопии нескольких статей, которые Лина принесла с собой, посчитав их наиболее информативными.

И тут же Карина снова вскочила из-за стола, оставив на нем остывающий чай. Все это время она почти не сидела на месте, успев во время разговора доделать пюре, накормить Лину, поесть сама и поставить на стол обед для сына. Теперь она собирала посуду и складывала ее в раковину, то и дело поглядывая на Лину.

— Значит, ты думаешь, что фигурка девушки на часах — это Нинель Гараева?

— Думаю, это возможно, но я пока не уверена. Нужно больше информации.

— А кто тогда мужчина? Сам Бургомистров?

Лина отвлеклась от ковыряния пирога. Тот был очень вкусным, но после сытного обеда внутрь лез с трудом.

— Не знаю, — растерянно отозвалась она. — Это не приходило мне в голову. Мне показалось, что там изображены влюбленные, а не... товарищи по работе на благо города.

— Ну так откуда ты знаешь, что они ими не были? — хмыкнула Карина. — Не зря же он везде с ней ходил и цветы ей вручал.

— Да он же вдвое ее старше! — возмутилась Лина. — Как минимум.

— Ой! — Карина всплеснула руками. — Когда это кого останавливало? Можно подумать, мужчины не влюбляются в девушек, которые годятся им в дочери. Прям никогда такого не было — и вот опять...

Лина задумалась ненадолго, а потом медленно кивнула.

— Вообще-то, о личной жизни Бургомистрова я так ничего и не смогла узнать. Мне известно только, что у него не было ни жены, ни детей. А почему так, об этом не писали. Только о его работе.

— Ну да, тогда так было принято, — согласилась Карина. — Вместо личной жизни — только социальная. Может, оно и правильно. Личное должно оставаться личным, а не как сейчас... Но, знаешь, личная жизнь Бургомистрова меня сейчас интересует гораздо меньше, чем твоя.

— А при чем тут моя личная жизнь? — максимально ровным тоном отозвалась Лина.

— Да тут-то ни при чем, мне просто интересно. — Карина пытливо посмотрела на нее. — Почему ты отшиваешь Костю? Хороший парень же. Внешностью не обижен: высокий, симпатичный, сильный. И характер просто золото, как я посмотрю. Многие на его месте знаешь, что тебе устроили бы, если бы ты с другим пошла танцевать?

Лина смутилась. Хорошо хоть Карина не знает, что незадолго до этого Лина отклонила приглашение на танец от самого Кости.

Впрочем, даже сейчас ее мысли не задержались на нем, а сразу перескочили на воспоминания о танце с Александром. По телу моментально побежала волна сладких мурашек, и в животе стало щекотно, словно там вспорхнула стая бабочек.

— Или, — Карина отвлеклась от посуды и наклонилась над столом, чтобы заглянуть Лине в глаза, — все дело как раз в этом другом? Колись, подруга! Ты отвергаешь Костю из-за этого жуткого типа?

— Он не жуткий, — уже привычно возразила Лина. — И теперь мы знаем его имя. Вроде как...

— Что значит — вроде как?

— Да то и значит, — Лина вздохнула. — Я спросила, как его зовут, он долго думал и потом сказал, что когда-то его звали Александром.

— Когда-то? — удивилась Карина. — А теперь?

— А теперь, мол, его редко зовут.

— Так и сказал?

— Так и сказал.

Карина фыркнула и забрала со стола чашки: опустевшую Лины и так и не допитую свою.

— Вот же... Строит из себя не пойми что...

Взамен чашкам она выставила на стол пиалу с семечками. Лина с интересом отметила, что