Время прощаний и встреч - Анатолий Владимирович Софронов

К счастью, жизнь филиппинского народа так же, как и жизнь других народов, подвержена изменениям и движению. Свет борется с мраком. И, как бы ни было трудно, свет побеждает мрак. Уже в Москве мы узнали о многих событиях национально-освободительной борьбы на Филиппинах и, в частности, о том, что знакомый нам падре Сальвадор вместе с прогрессивными деятелями католической церкви выступил с декларацией, в которой провозглашено, что власть на Филиппинах должна принадлежать трудовому народу. Но это только лишь малая частица тех событий, которыми полна классовая и национально-освободительная борьба на Филиппинах.

…Подлетая к Сингапуру и перебирая подробно в памяти каждый день, проведенный на Филиппинах, я вдруг не смог вспомнить, когда же промелькнуло второе воскресенье, которое по календарю выпало нам провести в Маниле. День походил на день, каждый из них был заполнен до предела. Воскресенье не осталось в памяти, потонув в калейдоскопе филиппинской жизни.

ВОСКРЕСЕНЬЕ ТРЕТЬЕ

В Сингапуре

Самолет разорвал облака, что нависли над океаном, и под нами протянулся серый океан и черная, словно обнаженная, земля. В океане длинными поплавками покачивалось множество кораблей. Были ли они в движении или стояли на якорях, определить было невозможно, так как самолет направился к посадочной полосе и неслышно коснулся бетона. Пока самолет подруливал к зданию аэропорта, справа, на зеленом холме, можно было прочитать выложенную белым камнем надпись: «Сингапур».

Несколько раз в тяжелой духоте выходил я по дороге в Австралию в этом аэропорту, слонялся по залам для транзитных пассажиров, наблюдая кипучую жизнь казавшегося таинственным аэропорта. Помнится, здесь пассажиры всегда устремлялись к киоскам, где продавались японские транзисторы и магнитофоны, как говорили здесь, без пошлинных надбавок. Видимо, это было так и в самом деле, так как торговля шла бойко. Продавцы роняли несколько слов, включали транзистор и вопросительно смотрели на покупателей. Затем они молча заворачивали покупку и обращали лицо к другому покупателю. Здесь действовал старый и вечный закон: время — деньги. Нагулявшись по залу, мы обычно продвигались к выходу, чтобы занять место в открытом автовагончике, который подвозил нас к трапу самолета, и, в последний раз взглянув на голубые неоновые фонари аэропорта, поднимались в темное небо. Еще какое-то мгновение под крыльями самолета успевали заметить мерцающие, расплывающиеся в вечерней мгле длинные гирлянды протянувшихся вдоль улиц Сингапура фонарей и погружались во мглу тихоокеанской ночи. Каждый раз из окон здания аэропорта и из открытых дверей мы видели яркую площадь, ряды автомашин, слышали незнакомый говор, но так и улетали, не увидев все это вблизи.

На этот раз до отлета в Москву нам выпал двухсуточный отдых. Ответив в последний раз на вопрос любознательной стюардессы, как сказать по-русски «добрый вечер», мы вышли под небо Сингапура. По сравнению с Манилой здесь оказалось прохладней. В холле возле узкого прохода, где стоял чиновник аэропорта, мы услышали обращенные к нам по-русски слова:

— Здравствуйте, товарищи.

Перед нами стоял высокий, улыбающийся человек.

— Я работник советского посольства Кирилл Иванов, — сказал он.

Это тоже было новым. Недавно между Сингапуром и Советским Союзом установились дипломатические отношения.

— Разрешение на визы есть, — сказал нам Иванов, когда мы, пройдя паспортный контроль, оказались в ранее недосягаемом для нас зале.

— Визами мы запаслись на всякий случай еще в Токио, — успокоили мы Иванова.

Вскоре мы втиснулись в маленький автобус и отправились в отель. Сопровождал нас сингапурец — служащий Аэрофлота. Мы жадно смотрели по сторонам, но мало что могли увидеть. В стороне от дороги высились ярко освещенные многоэтажные дома, да поближе к дороге расположились открытые фруктовые лотки с мигающими над ними разноцветными фонариками.

Мы ехали длинной темной улицей, потом сделали два-три крутых поворота и оказались возле подъезда отеля «Леди Хилл».

Когда вошли в номер и повернули рычажок радио, комната вдруг наполнилась современно трансформированной, но от этого не переставшей быть русской, мелодией «Светит месяц». Это уже было чистое наваждение. Я прислушался, усилил звук, но все было безошибочно. В комнате звучала мелодия песни «Светит месяц».

— Ну, светит так светит, — сказали мы и отправились на воздух, туда, где тихо играл оркестр. Ресторан располагался рядом с освещенным бассейном, в котором плескались несколько человек. В отеле оказался один из наших знакомых журналистов, большой знаток района Тихого океана. Мы с интересом слушали его рассказы о Сингапуре.

— Во-первых, если собираетесь что-либо писать о Сингапуре, не пишите о нем плохо. Здесь очень ревниво относятся к каждой строчке, которая появляется об этом молодом государстве.

— Молодом государстве?

— Конечно, молодом. Сингапур — государство, получившее политическую независимость в тысяча девятьсот шестьдесят пятом году. И то, что мы здесь с вами так спокойно сидим и попиваем пиво, и что в центре города расположилось советское посольство, и что до пятисот советских кораблей в году отныне заходят в Сингапур, да и многое другое, конечно же, является признаками, что Сингапур — государство молодое, самостоятельное, во многом еще выбирающее свой путь, но так или иначе по своему решающее множество проблем, оставленных колонизаторами.

— Сколько лет Сингапур находился под английским господством?

— Целых сто пятьдесят лет Сингапур являлся опорным военным пунктом и торговым английским центром в Юго-Восточной Азии. Владычица морей довольно точно протянула свои опорные крепости, начиная от Гибралтара, Суэца, через Индийский океан сюда, в Сингапур и Гонконг. Теперь, конечно, многое нарушилось, но и сейчас англичане не оставляют без внимания Сингапур… Вывод английских войск прямо или косвенно отразится на работе сорока — пятидесяти тысяч человек, так или иначе занятых в сфере обслуживания английских войск… Вообще здесь считают, что около трети населения работало на обслуживании английских военных баз… Более двадцати процентов национального дохода в недавнем прошлом пополнялось из этого же английского источника… Но сингапурское правительство относится к этому весьма реалистично.

Неожиданно затих оркестр, в тишине слышались только тихие всплески в бассейне.

— Кстати или некстати, но этот отель совсем недавно предназначался не для таких транзитных пассажиров, какими мы с вами являемся, а для тех, кто приезжал сюда «отдохнуть» и развлечься из Южного Вьетнама… Я имею в виду американских солдат… Но, как видите, и в этом отношении произошли перемены. Хозяева города сочли неудобным, чтобы в таком отеле, где останавливаются сейчас люди из различных, в том числе и социалистических стран, происходили встречи, которые могли бы их шокировать… Конечно, американцы из Южного Вьетнама продолжают прилетать сюда на «отдых», но для них нашли оазис подальше… Тут немало в Сингапуре всяческих