Песнь льда, пламени и атома - Ленивый Сайгак

Ну вот как тут не умиляться?

— А я брошу вызов твоему брату, чтобы и дальше называть тебя кошмариком! — хмыкнул я. — А теперь бери свою добычу, маленькая звёздочка, и беги к остальным.

Девочка бережно приняла подарок, сделала идеальный придворный поклон, вежливо произнесла: «Спасибо», и радостно побежала обратно к своей стайке. Милый ребёнок, ничего не скажешь.

— Вам стоит быть осторожнее, господин посол, — негромко заметила Раэлла, качнув головой. — Её брат — Эртур Дейн, и он, возможно, один из самых смертоносных рыцарей в Семи Королевствах.

— Эртур? Да бросьте, Ваше Величество, славный парень. Девственник, правда, так что по незнанию может и на чужих невест позариться, но парень хороший. Вам, кстати, стоит к нему присмотреться.

— Он — Меч Зари, сир Иувар.

— Вам тоже кажется, что у него странное прозвище? Полностью с вами солидарен в этом вопросе. Зачем заре меч? При чём тут вообще меч? Да и вообще, многие рыцари в вашей стране ходят со странными прозвищами. Тот же лорд-командующий, Белый Бык. Зачем добровольно становиться животным, когда ты уже и так самое опасное создание, что когда-либо ходило под солнцем? Один только сир Барристан ходит с нормальным прозвищем — Отважный!

— Ваше Величество, пока господин посол окончательно не свёл вас с ума своими выводами и наблюдениями, давайте пройдём к Мартеллам. Узнаем, как у них дела. Они ведь сегодня тоже имели несчастье поговорить с послом.

Вот так меня и покинула моя умничка-разумничка. Перед уходом она наградила меня выразительным взглядом, красноречиво намекающим, что ночью ей придётся «отрабатывать» потраченное золото. Я сделал ответный многозначительный намёк. Мэйдж закусила губу и посмотрела на меня так, что стало ясно: к отработке она более чем готова. Что ни говори, а я чертовски везучий.

Но насладиться моментом триумфа мне не дали. С противоположного конца зала ко мне на всех парах уже мчалась одна из самых неугомонных и острых на язык дам в королевстве — та самая, что умудрялась совершенно спокойно помыкать собственным мужем, пока тот пребывал в блаженном неведении. Лёгкой, но решительной походкой леди Оленна Тирелл шла в паре с Лютором.

— Сир Иувар! Мы с Лютором обыскались вас и...

— Я бросаю вам вызов, лорд Лютор! — мгновенно выдал я, грозно наставив на него указательный палец и делая шаг вперёд. — Вы в открытую флиртовали с моим сотрудником, не спросив разрешения у меня, да ещё и при собственной женее! Клянусь именем Семерых, что не оставлю такое вопиющее бесчестие безнаказанным!

Надо было видеть лицо лорда Лютора — бедолага струхнул не на шутку. Четыре года назад он ещё был неплохим воином, но сейчас изрядно оброс жирком, в то время как я остался точно таким же, как в нашу прошлую встречу.

А вот изумление леди Оленны словами было просто не передать! Сначала она ошарашенно посмотрела на меня, потом прожгла взглядом дыру в своём побледневшем муже, а затем снова резко воззрилась на меня. Наконец, взяв себя в руки и гордо выпрямившись, она заговорила:

— Сир Иувар, как жена владыки Простора, я говорю от его имени и прошу принять глубочайшие извинения от... Ах ты ж скотина!

Я не выдержал и гаденько улыбнулся прямо посреди её пафосной речи. Увы, актёр из меня паршивый, и сдержать бурлящую внутри радость от удавшегося розыгрыша я не сумел.

— Извините, леди Оленна, не удержался, — весело хмыкнул я, стирая с лица маску оскорблённой чести.

— Вы думаете, что сможете безнаказанно насмехаться над владыками самого многочисленного региона в королевстве? — в голосе Королевы Шипов звенящими искрами рассыпалась нешуточная угроза.

Я лишь шире улыбнулся:

— Ну, после такого и помереть не жалко!

Глава 41 - Эйрис сволочь!

— Лорд Лютер, успокойтесь, я не буду бросать вам вызов, просто у меня отвратное чувство юмора. Я вам это уже третий раз говорю, — а бедняга до сих пор не отошёл от моего прикола.

— Как в вашу пустую голову вообще пришла такая мысль?

— Ну, сколько можно извиняться, леди Оленна! Я ещё раз попрошу у вас прощения, но это ведь не принесёт вам морального удовлетворения.

— Будете извиняться, пока мой муж не придёт в себя! — она перевела взгляд с меня на супруга. — Лютер? Выпей!

И она поднесла ему виски, который мы подарили лорду Тайвину, а тот выкатил на пир. Отхлебнув, Лютер вроде как понемногу отошёл.

— Я как лекарь рекомендую ему прилечь.

— Я как жена рекомендую вам заткнуться! Хотя да, тут ваш совет поможет.

По виду Оленны было заметно, что сейчас она думает совсем не о муже. Подозвав прислугу и вручив беднягу в их заботливые руки, мы с леди Оленной удалились в сад — просто потому, что там нас никто не мог услышать. И что можно сказать насчёт садика у лорда Ланнистера? Нужно будет попросить одолжить садовника. Тот сотворил настоящий зелёный рай.

— Леди Оленна, посмотрите на эти цветы, кустики, деревья... Если бы у меня был такой сад, я бы здесь навсегда остался!

— Вы зачем Лютера довели до такого состояния?

— Да, леди Оленна, случайно получилось!

— Случайно! Он лорд Простора! Теперь все видели его позор!

— Он обосрался?

— Что? Нет.

— Обоссался?

— Нет!

— Облевал себя, не сумев удержаться от бесплатной выпивки?

— Слава Семерым, нет.

— А я вот заметил, как трое сделали вид, что мокрые штаны — это нормально, пятеро приказывали слугам быстро отмыть от блевотины их дублеты, а один заснул и решил просто не доходить до отхожего места. Иногда обострённое внимание к деталям — это проклятие.

— А вы их имена знаете?

— Да кому вообще нужно знать имена людей, которые не умеют вести себя в обществе?

— Вы даже не представляете, какую можно извлечь выгоду, зная такие постыдные секретики. Так понимаю, вы их не знаете?

— К счастью, не знаю. И давайте уже перейдём к сути, без попыток пристыдить меня ради получения преимущества.

— Я должна была хотя бы попробовать.

Мы прошли чуть дальше, туда, откуда открывался вид на бескрайнее Закатное море. Ровный шум прибрежных волн надёжно скрывал детали нашего разговора. Леди Оленна повернулась ко мне:

— Вы очень...