Знаки бессмертия - Анатолий Алексеевич Малахов

Книга Симона Петри в короткий срок стала бестселлером. Она разошлась в миллионах экземпляров и была переведена на многие языки мира. Выход в свет этой книги в какой-то мере поколебал доверие к Фишевингсу. Многие стали говорить: «А не подделка ли и Фишевингс?» Потребовалось усилие рекламы, чтобы восстановить доверие к Фишевингсу.

В эти дни снова выступил Стефан Гржиловский. Он напомнил, что в 1925 году нашумел на весь мир знаменитый «обезьяний процесс». На весь свет тогда прозвучали мракобесные решения судей из Дейтона (штат Тенесси), запретивших рассказывать теорию Дарвина ученикам колледжа.

Стефан Гржиловский, как истый журналист, докопался до родственных связей профессора Вудрекса с одним из присяжных заседателей, выносивших приговор учителю Д. Скопсу в Дейтоне. Семья этого присяжного продолжала и после «обезьяньего процесса» вести активную борьбу с дарвиновским учением.

— И вот Фишевингс, — писал Гржиловский, — представляет логическое завершение антидарвиновской шумихи мракобесов. Я утверждаю, что эта так называемая птица-рыба фальсифицирована. Весь комплекс рекламной шумихи подсказывает мне такой вывод.

«Организованная наука»

Некоторое время вся мировая печать никак не реагировала на статью Стефана Гржиловского. Высказываний оппонента просто «не замечали». Так длилось около года. Все это время нормально работали экскурсионные бюро, исправно текли деньги на текущий счет компании «Фишевингс».

За видимым благополучием акционеров угадывалась растерянность. Было видно, что компания готовится к решительному удару.

Профессор Вудрекс, Мак-Кормик и его коллеги все это время вели упорную скрытую работу по сколачиванию блока ученых-единомышленников. Подбирались кадры всех тех, кто в какой-то мере зависел от компании «Фишевингс».

Мобилизация сил была задумана для проведения Международного конгресса палеонтологов. Надо было созвать только тех, кто был угоден компании.

Было объявлено и широко разрекламировано, что расходы по организации конгресса, вплоть до командировочных и проездных, берет на себя компания «Фишевингс». Конечно, при такой щедрости многие из гостей не раз подумают при ответственных голосованиях о том, как вести себя и за кого подать голос.

В программу конгресса были включены многочисленные доклады о морфологии Фишевингса, об условиях его обитания, о происхождении рыбокрыла, о философском значении этой находки. В тезисах докладов, разосланных задолго до дня открытия конгресса, говорилось, что все решения по докладам будут приняты на основе строгого соблюдения принципов демократии. Будет считаться официальными только те решения, которые соберут большинство голосов участников обсуждения.

В бюллетенях, печатавшихся перед заседаниями конгресса, подробно публиковались данные о зарегистрировавшихся членах конгресса. Сообщалось, что на конгресс приглашен и самый ярый противник — Стефан Гржиловский. Подчеркивалось, что без оппозиции нет истинного единства и монолитности мнений большинства.

Периодическая печать подробно печатала все материалы этих бюллетеней. Между прочим, упоминалось, что группа делегатов упорно не захотела получить въездные визы, отказавшись дать оттиски пальцев, требуемых при таможенных досмотрах.

Среди делегатов, не допущенных для участия, оказались и все ученые Советского Союза.

Наконец открылся долгожданный съезд. Печать, радио и телевидение капиталистических стран, захлебываясь от восторга, подробно рассказывали о роскошном приеме, оказанном членам конгресса. Вновь и вновь подробно описывались все прелести города Фишевингс.

Пресса подробно рассказывала и о заседаниях. Особенно пространными были очерки о тех выступлениях, в которых громилось меньшинство, возглавляемое (даже не палеонтологом, а журналистом!) Стефаном Гржиловским. С законной гордостью корреспонденты всего мира говорили, что демократическое большинство конгресса утвердило все положения докладов. Отныне раз и навсегда канонизировалось все, что утверждалось акционерами компании «Фишевингс».

Оппозиция была посрамлена. Отныне любое выступление против Фишевингса расценивалось как оскорбление всей мировой науки.

Итоги борьбы

Самым мизерным по мощности был удар, нанесенный компании «Фишевингс» Рупрехтом Мюллером — тем самым, кто изготовил рыбокрыла. Конечно, Рупрехт давно узнал в сверкающих огнях рекламы свое детище. Узнал он и Рексвуда-Вудрекса, купившего у него рыбокрыла.

Но Мюллер молчал.

Каплей, переполнившей чашу его терпения, было высказывание одного из светил палеонтологии на Международном конгрессе в городе Фишевингсе. Палеонтолог говорил, что бог и судьба благосклонны к США, послав им такое чудо. Любая страна, говорил палеонтолог, могла бы гордиться подобным творением природы.

И Мюллер решился. Он написал большое покаянное письмо. Сам отнес его директору — издателю газеты. Тот заверил Мюллера, что письмо незамедлительно, после обычного формального рецензирования, увидит свет.

Не успел Мюллер закрыть за собой дверь редакции, как издатель приказал связать себя по срочному телефонному вызову с правлением компании «Фишевингс».

Наказание последовало почти мгновенно. Оно было жестоким. Банк, в котором хранились все деньги Мюллера, внезапно прекратил платежи, объявив о своем банкротстве. Все деньги Мюллера растворились, как дым. Оставшись без средств к существованию, Мюллер покончил с собой.

Безрадостной была и судьба Стефана Гржиловского. Конгресс США, учитывая ходатайства именитых граждан страны, вынес решение о лишении его подданства США. И Стефана Гржиловского выдворили из США в административном порядке.

Только к Вудрексу, Мак-Кормику и связанными с ними лицами судьба была благосклонна. В банках страны капитал их возрос до невероятных размеров. Компания «Фишевингс» утроила дивиденды.

Я рассказал историю, вымышленную от начала до конца. Говорю об этом потому, что против меня, может быть, начата кампания, в которой я (мягко выражаясь) могу быть обвинен в «неточности изложения». Меня будут обвинять в том, что в горах Кэтскилл нет города Фишевингса, что на всем американском континенте нет ученых с фамилиями Вудрекс и Мак-Кормик.

Но дело не в этом. Такая история могла иметь место. Подобные явления происходят там, где нет места творческой научной критике, где все подчинено чьим-то ненаучным интересам.

Итак, будем считать, что все сказанное — вымысел.

Под слоями забвения

Разбирая пыльные архивы одного из ныне ликвидированных геологических учреждений города Архангельска, я наткнулся на обычную полевую книжку геолога. Тысячи таких книжек ежегодно сохраняют, значительное же количество их периодически уничтожается.

Как правило, в полевых книжках геологов содержатся рядовые сведения об изученных ими выходах горных пород. Эти первичные данные зимой проверяются, дополняются различными видами анализов и в переработанном виде включаются в ежегодные отчеты. Нужда в хранении первичной документации после этого исчезает.

И эта книжка не представляла исключения. Начало ее не отличалось ничем от всех других таких же книжек. Я уже хотел отложить ее, как вдруг в глаза бросились не совсем обычные слова и фразы о чуди белоглазой, о Золотом идоле…

Решив познакомиться с книжкой поближе, я взял ее на вечер с собой. То, что я в ней обнаружил, превзошло все мои ожидания!

Конечно, тут же пришло решение обработать записи. Я придал им повествовательную форму, изъял некоторые повторения