Знаки бессмертия - Анатолий Алексеевич Малахов

бережно сохранялся урожай ржи — злака, неприхотливого к суровому климату. Легкая одежда изготовлялась из дикой конопли. Это же растение служило основой для крепких канатов (арканов).

Геолог остановился около кожемяки, снимавшего мездру со шкуры. Нет, его заинтересовал не сам процесс. Вызвал пристальное внимание тот инструмент, которым пользовался кожемяка. Скребок был из желтого металла! Не золото ли?

— Ты поди, Лексеич, с кем-либо из слуг. Освежись, — сказал Кронид, отводя геолога от кожемяки. — Потом вглядишься во все это.

— Лада, Весняна! — крикнул он. — Бросьте-ка молодцу рукотерник.

Две ладных, стройных молодайки принесли расшитое цветастыми узорами полотенце, вытканное из конопли, и подали с поклоном геологу, закрывая свое лицо рукавом расшитой блузки от сарафана.

Не задерживаясь, они тут же отошли и стали заниматься своими делами, изредка бросая любопытные взгляды на полонянина.

— Хозяюшки у слуг, — пояснил Кронид, — женки Ионы и Ристарха.

Идти с геологом вызвались слуги. Они повели его по узкой тропинке. Вскоре все вышли к небольшому старичному озерку, скрытому от людских нескромных взоров густым ивняком.

Только они настроились на купание, как вдруг Иона решительно потянул геолога в приозерные кусты. И вовремя. Их взору открылось новое, невиданное чудо.

Из-за поворота старинного озера выплыла на середину заводи красавица русалка. Оголенные плечи, распущенные черные волосы, обрамлявшие совсем юное лицо. И чешуя. Сверкающая чешуя!

Все это казалось нереальным, как бы вырезанным из сказки.

Во все глаза смотрел геолог на это чудо.

Как бы почувствовав нескромные взоры, русалка повернулась и поплыла прочь.

Только тут геолог увидел, что чешуя оказалась сверкающими на солнце брызгами воды и что видение это совсем не из легенды.

Перед ним была сказочно красивая девушка.

Но, видно, чудеса этим не кончились.

Громкий треск поваленного дерева вывел его из оцепенения. Дерево рухнуло в воду, и вершина его накрыла купающуюся. Без крика, без стона она скрылась в омуте.

Мгновение — и геолог был в воде. Еще миг — и он увидел в воде русалку. Осторожно взяв ее за плечи, он приподнял ее лицо на поверхность. Девушка не дышала.

Вытащив безжизненное тело на берег, геолог начал делать искусственное дыхание.

Все свершилось так быстро, что к этому месту едва успели прибежать его спутники.

А события нарастали.

Гул. Громкий, грохочущий гул приближался к ним. И вновь геолога схватили и затащили в прибрежные кусты.

Над ними на небольшой высоте пролетел вертолет.

— За мной. Меня не оставили. Ищут, — подумал геолог. — Как же так? Я даже не сумел им дать знака. А где же русалка? — Но ее не было нигде.

Стрела в вертолете

Старые рабочие, Филат Иванович и Иван Фомич, действительно добрались за двое суток до деревни, в которой находилась контора геологической экспедиции.

Причитая и плача, они рассказывали начальнику экспедиции о гибели геолога. Каждый раз, повторяя происшедшее, они добавляли столько новых деталей, что рассказ утратил впечатление реальности.

— Непонятно, — в который раз переспрашивал их начальник экспедиции, — куда же девалась одежда? Ведь утонул геолог на ваших глазах. Не мог же он после вашего отъезда вылезти из омута и одеться?

— Истинно так, истинно так…

— Лешак там бродит, может, он и унес…

— Утонул, действительно утонул на наших глазах…

— Может, русалка утащила одежду-то…

— Сначала его в омут, а потом и лопотину — одежду и обутку, по-вашему…

Начальник принял решение об организации поисков погибшего. Организовать спасательные отряды предполагалось воздушным путем.

Полетела в Управление радиограмма. И не успели как следует приготовиться к встрече отряда, как в экспедицию нагрянули воздушные спасатели на спортивном ЯКе и вертолете.

В кабинете начальника экспедиции был выработан план поисков. Самолет должен был обеспечить круговые дальние рейсы. А вертолет направили на центр события: к омуту на вадиге и в ближайшие окрестности реки. Корректировать маршрут направили рабочих Филата и Ивана.

Целый день и всю ночь кружили самолет и вертолет над местом события. К счастью, ночь выдалась светлой. Все просмотренное пространство казалось унылым и безжизненным. Не видно было даже диких зверей.

Тела геолога не нашли и в русле вадиги.

Наконец решили закончить поиски и возвратиться. В ту же ночь отряд воздушных поисков улетел в областной центр.

Утром начальника экспедиции подняли рано с постели срочной радиограммой. В вертолете обнаружена необычной формы стрела, зацепившаяся за край двери. Наконечник стрелы был золотой!

Находка стрелы взбудоражила всех. Что за мистификация? Кто мог подбросить такую стрелу? И когда она попала в вертолет: во время поискового маршрута или за несколько дней до этого? Отряд вертолетчиков перед этим вел поисковые работы в районе нижнего течения реки Оби.

Днем радио доставило новое сообщение. Археологи установили, что ретушь на стреле того же типа, что на наконечниках стрел загадочной андроновской культуры, люди которой в эпоху меди и бронзы населяли север Европейской России, значительную часть Урала и огромные пространства Сибири.

В поиски ответа на эти вопросы включились научные археологические центры страны.

Вскоре в экспедицию пришло письмо от геолога, работавшего в этих местах до войны. Вот оно.

Быль или выдумка?

«Не могу припомнить, где и когда я слышал эту легенду о людях, живущих под землей и охраняющих там накопленные поколениями несметные сокровища. Легенда бытует, главным образом, на Севере, в мезенском и печорском краях. Мне пришлось много путешествовать там, встречаться с интересными людьми. Но это было давно, в тридцатых годах. Детали рассказов стерлись из памяти. Я жалею, что в те годы не вел записей всех этих рассказов.

Вспоминая легенду, я даже слышу неторопливый рассказ о жизни и делах мужественного племени, давным-давно населявшего обширные пространства северного края, Полярного Урала и низовьев реки Оби. Помню, что рассказы о минувшем как-то непроизвольно возникали вечером под неумолчный комариный звон, после рабочего дня. А вот кто рассказывал — забыл. Да и не в имени суть.

В легенде говорилось о временах владычества Новгорода Великого. Занимал он ключевое положение, стоя на двух великих путях. Один из них получил название „из варяг в греки“. О нем знает любой школьник. Второй путь не получил столь большой известности. Лишь в немногих древних летописях он описывается под названием „Великой тропы“, или дороги „Из Югры в греки“. Югрой в то время называли местность в области Полярного Урала и Предуралья, а также людей, населявших эти места.

В тот день, о котором говорится в легенде, волновался весь Новгород Великий. Всех жителей города облетела весть о новом появлении странных чудских люден из далекой Югры. Они приплыли на своих пирогах, выдолбленных из огромных осиновых стволов. В те времена многие