От абака до ChatGPT: Короткие истории долгого прогресса - Олег Сальманов

Только в 1960-х гг. табуляторы наконец заменят компьютерами, созданными, конечно же, в компании IBM.

Русский свет

Василий Петров, открывший в 1802 г. явление электрической дуги, позже размышлял, что это открытие вполне можно использовать и для освещения. Каждый видевший сварку с ним согласится – свет получался мощный и яркий. Вот только речь шла о вспышке, а не об освещении. Да и с генераторами была проблема: устройство Петрова занимало примерно один кубометр и весило больше тонны – согласитесь, так себе батарейка.

Правда, «батарейку» уменьшил Фарадей, еще компактнее ее сделал Якоби (о чем никто не узнал – эта военная разработка была засекречена), а больше всех поразил мир бельгийский столяр-самоучка Грамм со своей динамо-машиной. Прогресс не стоял на месте.

Прорыв случился, когда телеграфист Павел Яблочков расположил электроды параллельно друг другу – получался мощный свет, который светил, пока оба электрода не прогорали. Скоро представился случай опробовать новинку в деле: Яблочкову предложили освещать путь царского поезда, и с этой задачей он прекрасно справился, всю дорогу перемещаясь с локомотива на локомотив вместе со своими прожекторами.

Яблочкову пророчили славу и богатство, но, увы, бизнеса в России так и не случилось. Ему пришлось переезжать в Париж и искать себе работу телеграфиста, чтобы как-то закрыть финансовые бреши. Так он попадает к Луи Бреге (из знаменитой семьи часовщиков), который внедряет телеграф собственной разработки. Яблочков рассказывает ему о своей идее, и академик Бреге немедленно берется за реализацию проекта. Его связи и авторитет помогают получить патент буквально за месяц (обычно на это уходят годы), а еще через месяц, в апреле 1876 г., свечу Яблочкова уже показывают на выставке в Лондоне.

Демонстрация вызывает фурор: «русский свет» (иначе это освещение и не именуют) в мгновение ока захватывает мир, к Бреге и Яблочкову выстраивается гигантская очередь из мэров и правителей городов и земель, мечтающих осветить свои территории.

На тот момент газовое освещение было несколько дешевле «русского света», но разница в качестве была огромна: новое электроосвещение делало ночные города «светлыми как днем», в то время как газовые фонари подсвечивали лишь немного пространства вокруг себя. Яркость газового фонаря составляла 16 свечей, а свечи Яблочкова были мощностью в 400 и даже 1000. Для сравнения: самые мощные бытовые лампочки сегодня дают 100 свечей.

«Русский свет» между тем поставляют не только русские. Например, подряд на освещение Зимнего дворца получил не Яблочков, а Сименс. А лампа американца Браша даже превосходила свечу Яблочкова. Лучшую же из всех ламп создает инженер Владимир Чиколев, но в России она никому не нужна, и Чиколев сам забрасывает идею.

Пять лет продолжается победное шествие «русского света». Мир восхищен Яблочковым, его называют новым гением планетарного масштаба: в Париже, Лондоне, Берлине, Сан-Франциско, Стамбуле, Шанхае, Сан-Пауло – да почти в любом городе планеты – ночью светло как днем. Только знай себе меняй раз в полтора часа прогорающие электроды.

Пока на выставке в Париже, состоявшейся через пять лет после лондонской, американец Эдисон не презентует свою лампу накаливания. Она отличается от свечи Яблочкова радикально: ее можно включать и выключать в любой момент, она работает 1000 часов. А когда перегорает, ее, в отличие от электродов, может заменить человек, не имеющий профильного образования. И она намного дешевле.

Словом, мировая звезда Яблочков, хотя и получает в Париже по инерции Гран-при, понимает, что мир изменился. Это не смущает его: у Яблочкова зреют новые смелые планы, он переезжает в Россию и готов помогать своему коллеге Лодыгину с его лампой накаливания. Но, увы, в 1894 г. болезнь сводит его в могилу.

Гения, осветившего мир, хоронят в фамильном склепе в селе Сапожок Саратовской губернии (его могила – местная достопримечательность). Благодаря ему электрический свет завоевал планету. Правда, «русский свет» к этому времени уже перестал быть «русским», и это, пожалуй, справедливо.

Заря электричества

Дела у Эдисона шли прекрасно, пока не объявился конкурент в лице Вестингауза, и началось то, что потом назовут «война токов»: Эдисон горой стоял за постоянный ток, а Вестингауз считал, что будущее за переменным.

В конце концов Вестингауз принял на работу талантливого эмигранта Теслу, уволенного Эдисоном. Тот обещал Николе $50 000 за технические решения, но, когда Тесла создал их, Эдисон отказался платить сербу, сказав, что тот просто не понял его американского юмора. Вестингауз же сразу предложил Тесле $1 млн плюс роялти от внедрения.

Разработка Теслы – двухфазный переменный ток – была сигналом, что дела Эдисона плохи. Но Эдисон не перестал упорствовать в своем стремлении навязать миру тупиковый вариант.

В Старом Свете шла своя война токов сродни американской. Там друг другу противостояли фон Сименс, к тому времени уже «оседлавший» постоянный ток, и Ратенау с его компанией AEG, инженеры которой считали, что только переменный ток решит проблемы передачи электроэнергии.

Среди вовлеченных в эту войну – Михаил Доливо-Добровольский. Он учился в Риге, в созданном лютеранами политехническом институте. Занятия велись на немецком – своих кадров не было, преподавали приглашенные профессора.

Учиться Михаилу пришлось недолго: в 1881 г., после убийства Александра II, его исключили за «антиправительственную деятельность» – он подписал петицию против репрессий. Это означало запрет на продолжение учебы в России, волчий билет, и Доливо-Добровольский уезжает продолжать образование в Германию, в Дармштадт. В Россию он больше не вернется.

В 1887 г. Ратенау пригласит его в AEG, и отныне вся жизнь Доливо-Добровольского будет связана с этим концерном.

К тому моменту его занимает идея трехфазного переменного тока. Дело в том, что человечество еще не могло решить проблему передачи электроэнергии на большие расстояния. Постоянный ток – электрическая лампочка Эдисона и трамваи Сименса – диктовал очень дорогие и малопригодные для практики решения: где-то рядом должны были размещаться генераторы, которые подавали бы ток определенного напряжения (например, 110 В для электроламп и 500 В для трамваев), перераспределить его было невозможно.

Доливо-Добровольский занялся созданием прибора, который мы сегодня знаем как трансформатор и который дожил до настоящего времени, не претерпев сколь-нибудь значительных изменений: современные трансформаторы выглядят так же, как в XIX в.

В 1891 г. во Франкфурте-на-Майне открылась выставка, посвященная электричеству, продемонстрировавшая преимущество трехфазного переменного тока: AEG по проекту Доливо-Добровольского осуществил передачу энергии. Протяженность первой линии электропередачи составила 170 км, и это было феноменальным достижением. Стало ясно, что расстояние больше не преграда для передачи электричества.

Мир ждал появления