Служба отлова нечисти - Леон Монтан

— Расслабьтесь, барон, — шепнула Рейз, заметив, как напряглась его челюсть. — Вы скрипите зубами так громко, что распугаете всех продавцов.

Они заняли ложу недалеко от подиума. Официант — гоблин во фраке — тут же принёс им два бокала с зелёным игристым вином. Рейз понюхала напиток и незаметно вылила его в кадку с декоративным папоротником. Она никогда не пила на работе.

Аукцион начался.

На подиум вышел худой, как скелет, человек в цилиндре и начал бойко распродавать нелегальные товары: яйца запрещённых мантикор, контрабандные артефакты иллюзий, проклятые кинжалы.

Дариан для вида приобрёл какую-то безделушку, но его внимание было приковано к Рейз. Она сидела рядом, закинув ногу на ногу. Разрез платья обнажил её бедро почти до самого основания, и лорд-командующий поймал себя на том, что вообще не слушает аукциониста. Он смотрел на линию её чулка, на изгиб колена, и проклинал себя за слабость.

— А теперь, господа, гвоздь нашей программы! — провозгласил аукционист, сдёргивая бархатный платок с небольшого стеклянного ящика. — Десять флаконов чистейшей «Звериной жёлчи»! Идеальное средство для… усмирения непокорных питомцев. Начальная цена — пять тысяч золотых!

Дариан подобрался. Рейз тоже напряглась, её глаза сузились, сканируя зал. Ей нужно было запомнить каждого, кто поднимет ставку, каждого, кто проявит интерес к яду, сводящему оборотней с ума.

— Шесть тысяч! — раздался хриплый голос из соседней ложи.

— Семь тысяч! — выкрикнул тучный мужчина в маске совиной головы на другом конце зала.

Дариан поднял руку.

— Десять тысяч.

Зал затих. Десять тысяч золотых были астрономической суммой. Аукционист радостно потёр руки, готовясь ударить молотком, но тут в их ложу ввалился незваный гость.

Брутус «Мясник» Кроу — один из самых жестоких криминальных баронов столицы, промышляющий торговлей редкими магическими ингредиентами. Он был огромен, лыс и покрыт тюремными татуировками, а от его одежды несло застарелой кровью и дорогим коньяком. За его спиной маячили трое громил.

Брутус проигнорировал Дариана, уставившись прямо на Рейз. Его взгляд скользнул по её декольте, затем по разрезу на платье. Барон облизнул сальные губы.

— Шикарная птичка, — прохрипел он, бесцеремонно опираясь тяжёлыми руками о стол их ложи. — Эй, южанин. Я перебью твою ставку. Заберу зелье, а заодно куплю твою девку на одну ночь. Даю тысячу золотых сверх.

Воздух вокруг Дариана мгновенно заледенел.

Золотое свечение в его глазах вспыхнуло с такой силой, что даже сквозь полумрак стало видно, как удлиняются его клыки. Внутренний волк сорвался с цепи. Это было прямое покушение на его территорию, на его женщину.

— Убери. От неё. Взгляд, — голос лорда-командующего прозвучал так тихо, что волоски на загривках телохранителей Брутуса встали дыбом. Это был голос смерти.

Брутус, привыкший к безнаказанности, лишь расхохотался и нагло потянулся толстой рукой к обнажённому плечу Рейз.

— Да брось, барон, не жадничай…

Дариан вскочил, опрокинув столик, готовый разорвать Мясника на куски голыми руками. Он уже выпустил когти, магия альфы начала сминать пространство…

Но Рейз оказалась быстрее.

Она не стала прятаться за спину Дариана. Вместо этого, Рейз молниеносно перехватила тянущуюся к ней толстую руку криминального барона. Её пальцы сомкнулись на его запястье, нащупав болевую точку…

Звук ломающихся костей в запястье Мясника прозвучал громче удара аукционного молотка.

Брутус взвыл от боли, падая на колени.

— Вы перепутали заведение, господин, — ледяным тоном произнесла Рейз, небрежно отпуская сломанную конечность и доставая из изящного клатча зажатый в кулаке дротик с транквилизатором. — Бордель через две улицы.

В зале повисла секундная, шокированная тишина. А затем начался ад.

Телохранители Брутуса с рёвом бросились на Рейз, выхватывая тесаки.

Дариан, чья ревность и ярость уже достигли точки кипения, вступил в бой. Он дрался голыми руками, используя магию и силу оборотня. Первого громилу он схватил за горло и просто швырнул через весь зал в витрину с проклятыми артефактами. Второго ударил коленом в грудь с такой силой, что тот пробил стену соседней ложи.

Рейз тем временем элегантно увернулась от тесака третьего нападавшего. Разрез на платье сыграл ей на руку — она сделала идеальную подножку, крутнувшись на каблуках, и, когда бандит полетел на пол, с размаху вонзила дротик с транквилизатором ему прямо в задницу.

Охрана аукциона поняла, что дело пахнет керосином, и начала стрелять из арбалетов парализующими болтами. Посетители в панике ломанулись к выходам.

— Хватай зелье! — крикнула Рейз Дариану, перепрыгивая через перевёрнутый диван.

Лорд-командующий одним прыжком преодолел расстояние до подиума. Аукционист попытался схватить ящик со «Звериной жёлчью», но Дариан просто вырвал коробку у него из рук, попутно отвесив незадачливому продавцу подзатыльник, от которого тот улетел в кулисы.

— Уходим! — рявкнул Дариан.

Они пробивались к выходу спина к спине. Это был невероятный, слаженный танец. Дариан раскидывал врагов чистой силой и магией, а Рейз прикрывала его слепые зоны, метко бросая в нападающих тяжёлые стеклянные пепельницы, стулья и остатки ампул из своего клатча. В какой-то момент один из бандитов попытался ударить Дариана со спины, но Рейз молниеносно сняла туфлю и швырнула её нападающему прямо в лоб. Шпилька сработала безупречно.

Они вырвались из мануфактуры, оставив позади стонущую охрану и разгромленный зал.

На улице шёл проливной дождь. Их экипажа нигде не было видно — видимо, кучер испугался шума и сбежал.

— В переулок, бегом! — скомандовала Рейз.

Они бежали по тёмным, залитым дождём улицам. Вода мгновенно промочила тонкий шёлк её платья, волосы прилипли к лицу. Дариан, прижимая к груди коробку с ядом, не отставал ни на шаг, следя за тем, чтобы никто не сел им на хвост.

Адреналин кипел в крови. Они остановились только через несколько кварталов, нырнув в глубокую нишу под каменным мостом, где их было не видно с улицы.

Оба тяжело дышали, прислонившись к влажной кирпичной кладке.

Рейз откинула мокрые волосы со лба. Она стояла босиком, её роскошное платье было порвано на подоле и испачкано грязью, но её глаза сияли первобытным азартом.

Она посмотрела на Дариана, на его растрёпанные волосы и сбитый сюртук, и внезапно рассмеялась. Это был искренний, хриплый смех человека, который только что вышел живым из хорошей заварушки.

Дариан замер. Он впервые видел, как она смеётся. И это зрелище было красивее любого заката.

Его волк внутри не скулил и не просил пощады — он выл на луну от чистого, незамутнённого обожания. Его женщина не только