Ткач Кошмаров. Книга 7 - Юрий Розин

Они проникали сквозь личные барьеры, находили микроскопические щели в защите, слепые зоны. Они не убивали сразу. Они опутывали энергетические каналы, сковывали движения, нарушали циркуляцию Потока, а затем, по моей команде или по его собственному решению, резким, точным рывком разрывали ключевые энергетические узлы.

Практики один за другим теряли сознание, падали с неба в воду или просто взрывались тихими, кровавыми вспышками, не выдержав внутреннего дисбаналанса.

Жалости не было. Ни в нем, ни во мне. Каждое падение означало на одну угрозу меньше, и меньше на одну долю внимания, которую я мог не тратить.

Глава 7

Первые три-четыре минуты боя прошли в нашу пользу. Я уничтожил двух Аватаров, еще несколько были поврежденыи. Ананси и Сепа сократили число рядовых бойцов на добрую четверть. Вода вокруг темнела от тел, крови и энергетического шлака.

Но врагов было слишком много. И они не были идиотами. Они учились. Быстро.

Лирамин не бросался в лобовую атаку. Его Аватар-тень оставался с ним, как живой плащ, поглощая случайные выстрелы и осколки. Он наблюдал. И командовал. Его голос, усиленный Потоком, резал воздух, перекрывая грохот битвы, отдавая приказы холодно и четко.

— Не бейте в упор по телу! Держите дистанцию! Бейте по точкам вокруг, создавайте помехи! — крикнул он, и картина дальнобойного огня изменилась.

Вместо плотного, сконцентрированного огня по мне они начали бить по воде передо мной, по воздуху сбоку, создавая зоны хаотичной, бурлящей энергии, которые мешали движению моего Аватара, искажали связь с окружающим Потоком, затрудняли тонкую работу Ананси. Стало сложнее «читать» пространство.

Алая Ворона парила высоко, почти у самой черной пелены неба с искорками, и с каждым медленным, величавым взмахом ее крыльев сбрасывала вниз тихий, мерцающий дождь из алых перьев.

Каждое такое перо было мини-бомбой с отсроченным детонатором. Они прилипали к моему Аватару, к телу Сепы, и по мысленной команде Алой Вороны взрывались. Взрывы были не особо сильными, не наносили серьезных повреждений, но отвлекали, создавали помехи в концентрации, мелкие, но болезненные уколы.

Те, кто сражался со мной в ближнем бою, тоже адаптировались. Многорукое божество перестало бить беспорядочно, раз за разом открываясь. Его оставшиеся шесть мечей начали атаковать синхронно, сложными, переплетающимися комбинациями, заставляя меня парировать по три-четыре удара одновременно.

Змей из жидкого металла полностью отказался от прямых атак — он обвивался вокруг, как удав, пытаясь сковывать движения моих рук или ног, и его тело, текучее, постоянно регенерировало после моих разрывающих ударов, требуя все больше энергии на каждое разрушение.

Я почувствовал давление. Мои атаки, которые вначале были неотразимыми, теперь встречали подготовленную, изменчивую оборону.

Вражеские Аватары научились распознавать тот самый момент, когда нити Ананси начинали анализировать их защиту, и меняли внутреннюю структуру энергии в последний момент, вызывая сбой в анализе. Они атаковали в те доли секунды, когда я переключал каналы между обороной и атакой, между грубой силой Сепы и тонким анализом Ананси, чувствуя эти микроскопические паузы.

Мой Аватар получил первый серьезный удар. Один из мечей многорукого божества прошел сквозь мое парирование и острым обломком вонзился мне в бок. Нитяная перчатка на руке не покрывала все тело.

Обломок, пылая остатками чужой воли, вошел в энергетическую плоть моего Аватара. Боль была моей — не физической, а резким, белым ударом по концентрации, вспышкой помех в сознании.

Я отступил на шаг, вырвал обломок и швырнул его обратно в лицо божеству, но повреждение было нанесено. Скорость реакции Аватара упала, движения стали на сотую долю тяжелее.

Затем еще один удар. На этот раз от летающего змея. Он, улучив момент, обвил мою левую ногу и сжался, его металлическое тело, усиленное до предела волей хозяина, стало давить, пытаясь отсечь конечность или хотя бы обездвижить.

Я разорвал его ударом кулака сверху, но потерял почти секунду, отвлекаясь. И в эту секунду град координированных дальних атак с периферии — они снова резко ударили не хаотично, а прицельно, в одну точку на моей спине, — попал мне между лопаток. Удар сбил с ног, нарушил равновесие.

Я рухнул на одно колено, вогнав себя в воду по пояс. Враги почуяли слабину. Их атаки стали еще более яростными, почти ликующими.

Лирамин, наконец, двинулся с места. Его тень отделилась от него полностью и, растянувшись по поверхности воды, поползла ко мне, чтобы поглотить, связать, лишить связи с Сепой и Ананси.

Стало понятно: одному, даже с двумя могущественными проводниками и новым, сильным Аватаром, не выстоять в долгом бою против объединенных, организованных и быстро обучающихся сил.

Но я не паниковал. Не было места удивлению или разочарованию. Проигрыш в этой ситуации был лишь подтверждением простых расчетов. Один против сотни — это арифметика, а не драма.

Я с самого начала не рассчитывал выиграть вот так просто. Я рассчитывал выиграть время, измотать их, заставить сконцентрироваться на привычном противнике, а затем применить козырную карту.

Ту самую, которую использовал лишь однажды за все тринадцать лет после Тихой Звезды. Слияние.

Раньше это было чудовищно рискованно. Пара десятков секунд в таком состоянии ставила меня на грань энергетического распада и физиологического коллапса.

Теперь же всё изменилось. У меня был стабилизатор. Идеальный буфер. Аватар.

Я отдал мысленный приказ, всё ещё находясь в энергетическом теле полукилометрового гиганта, который медленно, с видимым усилием поднимался из ледяной воды под непрекращающимся градом атак.

Я не пытался контратаковать в этот момент. Я сконцентрировался на связи, на трех независимых потоках, исходящих из моего сознания.

Энергии Сепы и Ананси, которые до сих пор текли параллельными, слабо пересекающимися потоками через Аватара, внезапно сошлись в одной точке.

Аватар содрогнулся всем своим существом. Я ощутил через связь колоссальное давление, будто внутри него рождалась новая крошечная, но все-таки вселенная. Но он держался.

Он был сущностью, достигшей Истощения Силы — вся его мощь была сконцентрирована в нём самом, не связана с хрупкой биологией. Эта самая мощь и стабилизировала процесс.

Нагрузка была чудовищной. Я чувствовал, как дрожит и звенит, как натянутая струна, энергетическая ткань Аватара, как в ней бегут и ветвятся микроскопические трещины, которые тут же латаются его же энергией, но появляются снова.

Но он держался. Я оценил состояние: по моим ощущениям, он сможет удерживать это состояние стабильным от трех до пяти минут. Этого должно было хватить с лихвой.

Ананси исчез, скрывшись во лбу Сепы. Ее тело же вдруг пошло глубокими трещинами по всей длине