Экономическая история России - Сергей Викторович Ильин

и огнеупорного кирпича и известняка (флюса). В текстильной промышленности США комбинирование ограничивалось объединением в одном предприятии бумагопрядильного и ткацкого производств; в российской хлопчатобумажной индустрии сложилось немало комбинатов с полным циклом производства, начиная от бумагопрядения и кончая выпуском готовых тканей. Так, в 1914 г. Компании Богородско-Глуховской мануфактуры принадлежал производственный комплекс, расположенный вблизи Богородска Московской губернии на площади 99 десятин, в следующем составе: прядильная и ткацкая фабрики (128 тыс. прядильных и 47 тыс. крутильных веретен, 3400 механических ткацких станков), фабрика ручного ткачества и отбельно-красильная фабрика с общим числом рабочих около 30 тыс. человек и годовым выпуском продукции на сумму 30 тыс. руб. Размеры предприятий увеличивались еще и за счет многочисленных вспомогательных производств: ремонтных мастерских, кирпичных заводов, сельскохозяйственных хуторов, животноводческих ферм, мукомольных мельниц, торфоразработок.

Высокая степень концентрации производства и комбинирования в российской индустрии сочеталась со слабой специализацией. Каждый хлопчатобумажный комбинат стремился наладить выпуск полного ассортимента тканей из хлопка, начиная от самых дешевых до дорогих. Так, Прохоровская Трехгорная мануфактура в Москве выпускала на рынок практически все виды хлопчатобумажных тканей, начиная от простых сатинов до тканей в стиле старинного гобелена. Ведущие заводы транспортного машиностроения являлись в большинстве своем многопрофильными. Невский завод в Санкт-Петербурге, занимавший вторую строку в списке паровозостроительных предприятий страны, выпускал еще и суда для российского военно-морского флота. Слабая специализация производства, порожденная узостью внутреннего спроса на отдельные промышленные товары, ограничивала возможности роста производительности труда в промышленности и делала ее продукцию неконкурентоспособной ввиду высоких цен. В частности, себестоимость постройки паровоза на российских заводах была выше, чем на европейских и американских паровозостроительных предприятиях. В среднем она составляла: для пассажирского паровоза – 23 тыс. руб., товарного восьмиколесного – 30 тыс. руб., товарного шестиколесного – 25 тыс. руб. Если американцы отслуживший свой срок паровоз отправляли на переплавку, то русские его капитально ремонтировали, причем не один раз (капитальный ремонт паровоза с заменой ходовой части производился в среднем каждые 5 лет). В паровозном парке страны была велика доля старых машин: из 18 695 паровозов, которыми располагали в конце 1913 г. российские железные дороги, 54 % было построено в 1900–1913 гг., 46 % – в XIX в.

* * *

В 1900 г. Россия попала под действие мирового экономического кризиса. Один из самых масштабных за всю историю капиталистической экономики, в наиболее острой форме он проявился именно в России. В 1903 г. начали обнаруживаться первые признаки повышательной волны в конъюнктуре, но промышленное оживление было прервано Русско-японской войной и революцией. Затяжная депрессия продолжалась до 1908 г.

Экономический кризис неравномерно охватил российскую промышленность. Некоторые отрасли его вообще не переживали, другие, попав под воздействие кризиса, из него так и не вышли. От кризиса и его последствий тяжелее всего пострадали базовые индустриальные отрасли: добыча минерального топлива, черная металлургия и машиностроение.

В промышленном развитии перестали действовать два фактора. Прежде всего, железнодорожное строительство резко пошло на убыль. Если в 1895–1900 гг. вводилось в строй для эксплуатации по 3229 км, то в 1901–1905 гг. – в среднем по 1548 км, а в 1906–1910 гг. – всего лишь 1100 км. Сократилось и потребление подвижного состава: выпуск паровозов за 8 лет (1900–1908) снизился с 1202 до 660 штук, вагонов – с 24 тыс. до 11 тыс. В связи с изменившимися условиями европейских финансовых рынков и внутренними политическими потрясениями сократился приток иностранных капиталов, совершенно необходимых для питания российской промышленности. Стабильность политической системы Российской империи после потрясений 1905–1907 гг. находилась под большим вопросом, и заграничные займы для нее подорожали примерно на 20–25 %. В сложившихся условиях рыночная конъюнктура в годы кризиса и депрессии резко изменилась к худшему, в особенности для отраслей тяжелой промышленности, предъявлявших постоянный спрос на обильные и долгосрочные инвестиции. Легкая и пищевая индустрия пострадали не так сильно из-за изменения в лучшую сторону бюджета рабочих под влиянием стачечного движения 1902–1906 гг., а также роста доходов верхних и средних слоев сельского населения.

Кризис сильно потрепал нефтяную промышленность, с развитием которой в предшествующем периоде связаны прогрессивные сдвиги в топливном балансе страны. От его последствий она не оправилась вплоть до самой ее национализации. Нефтедобыча 1908 г. не достигла уровня 1900 г., хотя спрос на жидкое топливо был весьма значителен. В качестве одной из причин нефтяного кризиса можно назвать резкое падение в начале XX столетия производительности скважин на уже освоенных площадях Бакинского района. Низкий уровень добычи нефти Л. Б. Кафенгауз называет одним из самых главных факторов дефицита минерального топлива, продолжавшегося многие годы[13].

В каменноугольной отрасли кризис привел к падению темпов роста выпуска продукции: среднегодовой прирост за восьмилетний период составил 7 %, в то время как в период 1888–1900 гг. он выразился цифрой 13,2 %. При этом добыча жирных спекающихся углей увеличивалась медленнее, чем антрацита в восточной части Донецкого бассейна. Антрацит хорошо переносит перевозку, и вывоз его в достаточно отдаленные северные районы в эти годы возрос. Промышленные предприятия в течение 1900–1908 гг. сократили потребление нефтяного топлива и увеличили расход каменного угля, который обходился им в то время дешевле нефти и даже дров.

Кризис и депрессия начала XX в. больнее всего затронули черную металлургию. В 1900 г., когда производство на металлургических заводах достигло пика, рынок оказался переполнен и заводы с большим трудом поддерживали производительность на достигнутом уровне. В течение всего периода депрессии производство черных металлов не поднималось выше уровня 1900 г. Доменные заводы юга России, только что отстроенные и оборудованные с учетом самых последних технических достижений, от кризиса пострадали мало. Зато на Урале и в промышленном центре за 8 кризисных лет выбыло из строя 88 доменных печей.

Из-за сокращения железнодорожного строительства металлургические заводы сократили выпуск тяжелых профилей металлов и начали наращивать производство сортов, требуемых машиностроением, мелкой и средней металлообрабатывающей промышленностью и домостроением. Такая эволюция металлургического производства явилась несомненным шагом вперед, так как она была связана с изготовлением высококачественных и разнообразных сортов металлов.

Стагнация черной металлургии повлекла за собой увеличение экспорта железной руды, в основном с юга России. Например, в 1900 г. было экспортировано 13 тыс. т железной руды, а в 1908 г. – уже 581 тыс. т, в основном из Кривого Рога. Руды Криворожского бассейна отличались высоким содержанием железа.

Большие положительные перемены в годы кризиса и депрессии стали происходить в некоторых отраслях горнодобывающей промышленности. Золотодобыча вступила в полосу подъема. На приисках Восточной Сибири началось применение усовершенствованных американских и новозеландских драг, что помогло поднять добычу этого металла и повысить производительность труда. Однако золотопромышленность Урала и Западной Сибири, которая была основана на отсталой технике, переживала упадок. Именно золотодобыча, из-за ее быстрой отдачи, стала объектом приложения иностранных капиталов в следующем периоде. В 1899–1903 гг. произошли очень важные перемены в российском горном законодательстве. Были устранены все формальности, которые затрудняли разведку и заявку золотосодержащих местностей, введено свободное обращение золота и отменена горная подать натурой.

После 1906 г. на новые рубежи начала выходить медная промышленность. Выплавка меди в предшествующий период увеличивалась очень медленно: штыковая медь не находила себе сбыта, а электролитическую медь кабельным и электротехническим заводам приходилось выписывать из-за границы. После 1905 г. часть российских медных предприятий переходит в руки англичан, которые начали развивать производство количественно и качественно. В 1907 г. было запущено производство химически чистой (электролитической) меди на заводе Розенкранца в Петербурге. Выпуск электрических машин и приборов за 8 лет кризиса и депрессии увеличился в 2,5 раза. Российские заводы начали понемногу осваивать выпуск сложного силового оборудования – нефтяных и газовых двигателей, – которые в 1908 г. уже обогнали по выпуску паровые котлы. Положительные сдвиги совершались и в сельскохозяйственном машиностроении.

Все позитивные перемены, что тогда происходили в промышленном производстве, ни в коем случае не следует преувеличивать. Российская металлургия оставалась слабо специализированной. Специальное сталелитейное производство, обособившееся в самостоятельную отрасль в крупнейших индустриальных странах, в России отсутствовало, в том числе и приготовление арматурной стали, без которой невозможно распространение железобетонных конструкций в строительстве. Импорт меди обгонял выплавку ее на отечественных заводах. За 1900–1908 гг. внутри страны было выплавлено меди 92 861 т, ввезено из-за границы – 120 424 т. Правда, в 1907 г. импорт этого металла резко сокращается и усиливается его экспорт.

Российское машиностроение в целом осталось на прежнем уровне. Почти вся потребность в станках для обработки металлов и дерева удовлетворялась за счет импорта. Из-за слабого платежеспособного спроса выпуск сложных устройств, вроде нефтяных и газовых двигателей, оставался незначительным. Для иллюстрации