Принцип равновесия - Валерий Михайлович Гуминский

Уж не по мою ли душу они заявились? Потом отбросил эту мысль. Никто не бежал ко мне со зверским оскалом на роже, не размахивал оружием. Все спокойны, только охрана собрана, никакой расхлябанности во время службы. А вот эти пятеро с чёрными кейсами очень похожи на магов. От них фонит этой самой магией, которую я научился чувствовать с помощью Ясни. Теперь могу определить, кто передо мной: одарённый или обыкновенный человек, не прибегая к помощи невидимого помощника. Интересно, какая холера пригнала этих чародеев на пожарище?

— Сударь, вы кто? — ко мне подошёл один из сопровождающих в кожаной куртке. Взгляд цепкий, оценивающий. Он видит, что перед ним не бродяга, а вполне спортивного вида молодой мужчина в подходящем для бега костюме. — Что вы здесь делаете?

— Прошу прощения, но здесь нет запретительных знаков, — я миролюбиво улыбнулся и развёл руками. На левом запястье блеснули часы, точнее эйдос Ясни, с которым я никогда не расставался с той минуты, как он у меня появился. — Пробегал мимо, заинтересовался, что это за место.

— Вы разве не местный? — вот тут человек в кожанке насторожился.

— Недавно поселился в посёлке в трёх километрах отсюда, — неопределённо мотнул я головой. — Люблю по утрам бегать, решил новый маршрут проложить.

— Понятно, — кивнул мужчина. — Как ваша фамилия?

— А вы на каком основании спрашиваете, сударь? — полюбопытствовал я. — Если не ошибаюсь, вы не полицейский, а из какой-то другой структуры. Поэтому на этот вопрос отвечать не буду.

— В таком случае попрошу вас покинуть территорию исследования, — поиграл желваками мой собеседник. За его спиной молча стояли пятеро магов с кейсами, а остальные охранники как бы невзначай перекрыли мне пути отступления. — Мы здесь по государственному делу.

— Господа! — я выставил перед собой руки с раскрытыми ладонями, демонстрируя свою безобидность. — Нисколько не желаю вам мешать в каких-то исследованиях, но меня очень интересует, что здесь произошло такого, чтобы целая команда магов с аппаратурой притопала на пепелище.

— Вы бы представились, сударь, — так же миролюбиво проговорил охранник, который с самого начала вёл беседу со мной. Он уже увидел на руке блестевшие золотом часы (а я ещё перстни не надел!) и быстро «прокачал» мою личность. Вряд ли признал во мне Волоцкого Колояра, но понять, что я не совсем простой человек, уж точно не стало для него неразрешимой задачей. — Если вы хозяин этой земли, то можете запретить нам проводить работы, которые санкционированы Главой Внутреннего Контроля. В ином случае я приказываю вам покинуть территорию.

— Ладно-ладно, я понял, — не желая больше нагнетать ситуацию из-за каких-то головёшек, я кивнул, развернулся и трусцой зарысил в обратном направлении, ощущая на себе взгляды нескольких человек. Кажется, меня пытались прощупать с помощью ментального воздействия. Хренушки! Ясни сердито заворчал и поставил защитную сферу. Сразу стало легче.

Во время бега попытался проанализировать, какого чёрта Елизаров — а Главой Палаты Внутреннего Контроля являлся именно Матвей Александрович собственной персоной — послал на пепелище группу магов. Ведь пожар произошёл явно не вчера и даже не год назад. Но именно сегодня здесь появились сотрудники ВК. А, может, они уже не раз сюда наведывались, это мне «повезло» с ними случайно столкнуться. И зачем они здесь? Что-то ищут? Но вот что? Потайной ход, ведущий под землёй к самому Кремлю, например? Сокровищницу с артефактами или некий тайник, в котором бывшие хозяева усадьбы возможно хранили компромат на Долгоруких? Значит, надо узнать, кто жил на том самом месте.

Я домчался до своего посёлка и постепенно сбавил ход, чтобы восстановить дыхание. Утренний туман, наползавший с реки, уже рассеялся, солнечные лучи пробивались сквозь густые кроны сосен, освещая усыпанную хвоей землю. Навстречу мне неторопливо шагал пожилой мужчина с огромным лохматым псом серовато-коричневого окраса на поводке. Приблизившись к незнакомцу, я вежливо поздоровался и уже хотел пробежать мимо, как тот окликнул меня:

— Сударь, задержитесь, пожалуйста, на минутку!

— Если только на минутку, — я остановился, развернулся и подошёл поближе, но на такое расстояние, чтобы собака не вздумала на меня прыгать. А то мало ли, что ей в голову взбредёт. Видно, что дрессированная, но осторожность не помешает.

— Вы, часом, не из новых хозяев особняка Матвеевых? — спросил мужчина.

Я пригляделся к нему. Лет шестьдесят, крепкий, сухощавый, никакой обрюзглости на лице, аккуратная щетинка без усов только усиливают этакую лёгкую брутальность. Глаза цепкие, всё замечающие. Несмотря на простецкую одежду, этот человек имеет определённый статус в обществе.

— Угадали. Это мы заехали на днях.

— Я князь Сицкий, Иван Иванович, — представился мужчина. — Живу неподалёку, можно сказать — напротив вас. Трёхэтажный особняк с терракотовой черепицей и флюгером в виде чёрного кота.

— Колояр Волоцкий, — кивнув, представился я в ответ.

— О, даже так? — удивился Сицкий. — Мой сосед — Первородный! Неожиданно и приятно.

— То есть вы не относитесь предвзято к Первородным? — уточнил я, поглядывая на лежащего у ног князя пса. Интересная порода, неуловимо похожая на турецкого акбаша. Возможно, помесь с каким-нибудь волкодавом. Не большой знаток, но видел подобных собачек в Семиречье. Правда, в том регионе своих бойцовых пород хватает.

— А почему я должен относиться к ним предвзято? — усмехнулся Сицкий. — Ничем не отличаются от нынешней аристократии, разве только остаются приверженцами тех норм, законов и кодексов, кои сами создали.

— Ну да, есть такое, — я кивнул, особо не втягиваясь в этот спор. — Можно вопрос, Иван Иванович?

— Конечно, задавайте. Вы здесь человек новый, с удовольствием вас просвещу.

— Я тут пробежался по берегу реки, а тропка меня увела далеко в сторону. Выскочил к какому-то посёлку, увидел пепелище… Заинтересовало, чья это усадьба была?

— А-ааа! Вон вас куда занесло! — покивал Сицкий. — Там раньше усадьба рода Пронских была. Три года назад произошёл очень сильный пожар. Пронские погибли все, как и их охрана, и слуги…

— Пожар? — я скептически посмотрел на князя, испытывая дежавю.

— Откровенно говоря, — тот понизил голос и даже приблизился ко мне поближе, — в эту версию никто из тех, кто знал Пронских, не верит. Они чем-то не угодили господину Елизарову, если вы знаете, кто это. Возникла очень долгая тяжба, кончившаяся трагедией. Вот и пошли слухи, что тот пожар состоялся исключительно по прихоти советника императора. Люди слышали