Принцип равновесия - Валерий Михайлович Гуминский

— Ну и что предлагаете?

— Дадим объявление в газетах, — переглянувшись с подругами, ответила Алика. — Конечно, уровень управляющего, найденного таким способом, может быть гораздо ниже тех, кого предлагают профессиональные конторы. Но можно и на великолепного специалиста наткнуться. В любом случае мы будем вести собеседование.

— Тоже рискованно, только в плане грамотного управления хозяйством, — я крутанулся в кресле. — Разорит нас такой специалист, что потом делать будем? Лоре скормим?

Девушки побледнели. Столь радикальный метод, предложенный мной, для них оказался неожиданным.

— Да шутка это! — поспешил сказать я. — Если опасаетесь подводки агента Елизарова, ищите через объявление. Всё равно будем проверять всю подноготную человека, пусть и подольше, чем он к нам полностью «просвеченный» придёт. Когда строительная бригада приедет?

— Обещали завтра утром, — отчиталась Алика, бывшая у нас за временного секретаря. — Какие-то накладки со стройматериалами. Якобы, поставщики не доставили вовремя…

— Если и завтра начнут бекать-мекать, сразу отказывайся от них, — поморщился я от такой нерасторопности. Мне нужен новый забор, а не это ржавое недоразумение. — Неужели в Москве не найдутся строительные компании, которым нужны деньги? Ладно, девчата, занимайтесь хозяйством. А я съезжу к графине Комаровской.

— Зачем? — сразу же полюбопытствовала Настя. — Можно, я с тобой? Хочу тётю Алевтину проведать.

— Поехали, — согласился я, вставая. — А вы, красавицы? Желаете проветриться?

— Нет, мы лучше похозяйствуем дома, — отмахнулась Мирослава. — Эта старушка на меня жуть наводит. Ты, кстати, на вопрос Насти не ответил. Зачем тебе сейчас встречаться с Комаровской?

— Знаешь, я всё-таки решил разобраться в истории с Пронскими. Подумал, а если удастся найти компромат на Долгоруких? Вдруг он существует в природе? Ну не зря же маги на пепелище копаться приехали!

— Никак не угомонишься, — вздохнула Мира. — Езжай. Только когда будешь искать тот самый компромат, всегда помни о сыне и о нас, твоих женщинах. Чтобы не сделать смертельную ошибку.

— Я постараюсь быть предельно осторожным, милая, — твёрдо пообещал я, поцеловал Миру и Алику, и вместе с Настей покинул кабинет.

Глава 5

Глава пятая

Наш приезд для графини Комаровской оказался неожиданным. Конечно, в приличном обществе принято заранее договариваться о визите, но Настя убедила меня, что тётушка никогда не обращала внимание на подобные условности. Она, наоборот, радовалась внезапным гостям больше, чем запланированным, если так можно было сказать. Несколько лет назад я уже был в гостях у тетушки своей супруги, но тогда мне пришлось заранее договариваться о встрече. Поэтому полностью доверился Насте. Надеюсь, графиня действительно не осерчает.

Особняк Комаровских находился в тихом районе Варварки, окружённый нетронутыми островками парков. Когда наша машина остановилась перед знакомыми решетчатыми чугунными воротами, украшенными змеями, пожирающими собственные хвосты, в голову снова пришла мысль, что не зря Алевтина Георгиевна слывёт экстравагантной дамой, и глядя на её дом, можно было с этим согласиться. Как-то в прошлый свой визит у меня не было настроения внимательно разглядеть это удивительное строение.

Трёхэтажный особняк сочетал в себе несколько архитектурных стилей, искусно переплетённых между собой: от барокко до неоготики и модерна. Острые шпили, витражи с абстрактными узорами и балкончиками, оплетёнными чёрными металлическими розами, соседствовали с изящными башенками и идеальными формами и линиями первых этажей.

— Пусть я здесь уже второй раз, но до сих пор впечатляет, — признался я, когда мы замерли возле калитки, не торопясь открывать её. — Кто был безумным архитектором?

— Точно не знаю, но тётя Аля рассказывала, что ещё дед её мужа выписал из Европы какого-то малоизвестного мастера, помешанного на сочетании различных стилей. Вот и получился «каменный выкидыш». Это не мои слова, — рассмеялась жена. — Сама графиня так называет свой дом.

— Не любит его?

— Может, и так, — Настя вздохнула и аккуратно толкнула калитку, которая с тихим скрипом распахнулась внутрь. — Тётушка никогда не закрывает ворота, только на ночь. Так что можешь смело наносить визиты в любое время с восьми утра до одиннадцати часов вечера.

— Графиня сразу показалась мне весьма оригинальной дамой.

— С ней мало кто уживается, — тихо рассмеялась Настя.

Мы шли по выщербленной от времени дорожке мимо голых клумб в обрамлении кладок из дикого камня, мимо голых кустарников, раскачивающих прутики веток на лёгком ветерке, мимо замершего фонтана, чья чаша была до сих пор закрыта деревянным щитом. Как ни странно, неухоженность, окружавшая нас, смотрелась органично и нисколько не отталкивала.

Вокруг парадного входа, однако, было чисто. Лестница тщательно вымыта, кругом ни листочка, ни веточки. Колонны и фасадная часть дома оштукатурены и побелены. От вымытых окон отражались солнечные лучи. Не успел я поднести руку к кнопке звонка, как дверь распахнулась навстречу, и на пороге вырос пожилой мужчина в старомодном костюме и белоснежной рубашке.

— Алевтина Георгиевна с нетерпением ожидает вас, — с невероятной важностью проговорил дворецкий, и с поклоном пропустил нас внутрь.

В огромном парадном нас окружили горничные и с привычной ловкостью помогли освободиться от верхней одежды. Одной из них я на время отдал букет кремовых роз, которые я принёс для графини. Настя едва успела поглядеться в зеркало, чтобы оценить свой вид, и так безупречный, а хозяйка дома уже самолично вышла нас встречать.

— Тётушка! — бросилась к ней моя жена и крепко обняла.

— Здравствуй, моя хорошая! — улыбнулась графиня и поцеловала её в щеку. — Я тоже по тебе скучала! Стала такой красавицей, да ещё испанское солнце добавило тебе шарма.

— Скажете тоже, тётя Аля! — засмущалась Настя. — Наоборот, я всячески старалась оберегать кожу от загара! Если бы не Колояр, которому почему-то безумно стали нравиться смуглые женщины, ни за что бы не стала истязать себя!

— Не смуглые, а с золотистым загаром, — поправил я, улыбаясь. Прикоснулся к руке графини, пахнущей цветочными духами. — Это вам, Алевтина Георгиевна.

Я вручил ей букет.

— Прелестно! — оценила его красоту хозяйка. — Французские розы. Ты не забыла, милочка, что мне нравится. И это меня растрогало.

По виду графини не скажешь, чтобы уж очень сильно. Умеет она сохранять бесстрастное выражение лица при любой ситуации. Тем временем, Комаровская передала букет той же горничной, и та убежала ставить его