Магия забытых душ. Книга 3 - Людмила Валерьевна Закалюжная

С тревогой я ждала реакции Генри. Он тянул с ответом, задумчиво жуя мясо.

— Хорошо, — наконец тихо ответил сыщик, откладывая нож и вилку. — Но правила устанавливаю я. Ты выполняешь все, что я скажу, без споров. Если я решу, что ты не готова, ты не пойдешь в мир духов. Это не обсуждается. Согласна?

В его глазах не было прежнего упрямства — лишь решимость. Теперь Генри смотрел на меня не как на хрупкую эрлиту, а как на равного, пусть и неопытного бойца, с которым приходится заключать сделку.

— Согласна, — выдохнула я, чувствуя, как камень сваливается с души. Ругаться с Генри я больше не хотела и собиралась выкладываться на тренировках по полной, чтобы у него не было повода меня не взять. Теперь наша связь ощущалась по-новому — прочнее, что ли. Даже магический договор так не сближал.

Генри кивнул, и в уголках его губ дрогнуло подобие улыбки.

— Тогда с завтрашнего дня начинаем. А сейчас давай закончим ужин, пока он не остыл.

Мы доели, почти не разговаривая, но это молчание было уже не напряженным, а скорее задумчивым. Каждый думал о своем. Когда официант унес тарелки, Генри заказал для меня горячий шоколад, а себе кофе. Мне было приятно, что он не забыл о моих предпочтениях.

— Прогуляемся? — предложил сыщик, когда мы вышли из ресторана на набережную.

Сумерки окрасили небо в цвета угасающего рубина и сапфира. Фонари зажигались один за другим, отражаясь в темной воде Аквамарис длинными дрожащими столбами света. Воздух был свеж и прохладен, пах речной водой и далекой грозой.

Мы шли молча, плечом к плечу, и это молчание... Оно даже не мешало нам. Я скользила пальцами по прохладному барьеру ограды, чувствуя, как ветерок играет прядями моих волос.

— Видишь этот поворот реки? — неожиданно нарушил тишину Генри, указывая вдаль, где огни города уступали место темному массиву парка.

Я кивнула.

— Там больше ста лет назад произошла одна из самых кровавых битв с демонами, которую удалось скрыть от людей. Ее так и назвали — «Кровавая луна».

Сыщик остановился, облокотившись на парапет. А я смотрела на его профиль в сгущающихся сумерках и чувствовала, как сжималось мое сердце... от любви.

— Расскажи, — попросила я.

Генри заговорил негромко, словно боялся потревожить тени прошлого.

Легенда о битве Кровавой Луны

Когда луна становится полной, а ее свет стекает на воды Аквамарис кровавыми бликами, то в такую ночь река вспоминает битву, что случилась здесь сто лет назад, и плачет кровавыми слезами по павшим воинам.

Говорят, в ту ночь небо разорвалось.

Полная луна распахнула врата между мирами. Демоны хлынули в долину Аквамарис целым потоком — черной живой рекой, жаждущей крови и жизненной силы. Их целью был не просто город, а сама душа нашего мира.

Говорят, река превратилась в стену из костей и плоти.

Пятьдесят лучших охотников своего времени — элита, гордость министерства — вышли в долину, чтобы устроить разведку боем и найти уязвимое место во вражеском строю. Но демоны, будто предвидя каждый их шаг, устроили ловушку. Они отрезали все пути к отступлению, загнав отряд на узкую каменную косу, с трех сторон омываемую бурными водами Аквамарис. Охотникам пришлось сражаться плечом к плечу, отступая по трупам своих же товарищей. Клинки гудели в ночи, разрезая тьму, а из ран демонов лилась не кровь, а черная жижа, отравляющая землю.

Говорят, вода в реке вскипела от ярости и скорби.

Ценой невероятных потерь охотники смогли задержать адское воинство — и этот миг стал подарком судьбы. Пока лучшие сдерживали тьму на узкой косе, маги в цитадели успели завершить ритуал Призыва. С рассветом на холмах взметнулись знамена королевской гвардии, а с тыла на демонов обрушились залпы боевых чар.

Путь к спасению был открыт. Оставалось только добежать до брода... И в этот миг двое старейших ищеек — братья по оружию, прошедшие десятки битв, — приняли решение. Остаться. Прикрыть спины уходящих. В последний момент они улыбнулись друг другу, зная, что это конец. Они отдали свои жизни, чтобы стать живым щитом для своих. Воткнули мечи в землю, прося помощи у нее.

Говорят, их души до сих пор стерегут долину.

Из пятидесяти лучших утром следующего дня насчитали лишь семерых — искалеченных телом и душой, — они и принесли весть о великой жертве. Имена всех павших навечно вписаны в историю, но имена двух братьев, Каэлана и Роана, знает каждый, кто носит клинок охотника.

Эта легенда — не просто история. Она напоминает нам, что тьма всегда ждет момента нашей слабости. И что иногда цена победы измеряется не в захваченных землях, а в отданных жизнях.

Пока мы будем помнить, мы будем побеждать.

Я слушала, затаив дыхание, представляя себе ту ночь — вспышки заклинаний, свист клинков, темную воду, краснеющую от крови.

— Имена героев скрыты от простых людей, — прошептала я. — Думаю, зря.

— Паника — лучшее оружие демонов. В той битве погибли многие жители, и, конечно, скрыть ее не удалось. Со временем информацию переписали в архивах, и люди забыли... — Он не договорил, но я все поняла. Генри, как Корделия и архивариус, считал, что люди должны оставаться в неведении о демонах.

Сыщик выпрямился и повернулся ко мне.

— У каждого из нас есть свои призраки и свои якоря. Для мастера Дагера — это лилия. Для меня... — его взгляд скользнул по моему лицу, — пока не знаю, но, надеюсь, найду.

Его слова были наполнены таким скрытым смыслом, что у меня защемило сердце.

— Почему мастер ставит на оружие клеймо — лилию? Знаешь?

— Его история трагична, как у всех, кто вступил в борьбу с демонами. — Генри предложил мне руку, и мы пошли обратно к машине вдоль берега. — Мастер Дагер был простым кузнецом, а его супруга Элинор обожала цветы. За их домом она разбила сад, где главным сокровищем были лилии. Не такие крупные — возможно, ты видела их возле здания администрации, — а хрупкие, серебристо-белые. Но с удивительным ароматом. Так они жили душа в душу. А потом в их дом пришел демон... Кузнец Дагер нашел Элинор в саду среди растоптанных лилий. Он молчал неделями, а потом заперся в своей кузнице. Больше