Развод с Альфой. Трое волчат, которых ты бросил - Ангелина Сантос

и его кровными родственниками иногда существует особая связь.

— Но он семь лет ничего не чувствовал?

Снова вопрос, на который мне не хотелось отвечать.

— Раньше у Леона не пробуждался зверь.

Лея сложила руки на столе.

— Значит, он приехал потому, что у Леона появился волк?

— Похоже на то.

— А когда у нас волков не было, мы ему не нужны были?

Я закрыла глаза на короткое мгновение.

Вот поэтому нельзя было подготовиться.

Взрослый человек сделал выбор семь лет назад.

А отвечать за него теперь приходилось мне перед тремя детьми.

— Я не могу сказать, что он чувствовал все эти годы.

— Но он не приезжал, — сказала Лея.

— Нет.

— И не писал нам.

— Писал мне.

— А нам?

Я вспомнила нераспечатанные конверты.

— Нет.

Марк перестал есть.

— Он плохой?

Я посмотрела на сына.

— Он поступил с нами плохо.

— Это не ответ.

— Другого у меня нет.

— Ты его ненавидишь?

— Марк.

— Что?

— Не все делится на люблю и ненавижу.

Лея нахмурилась.

— А на что еще?

Я почти улыбнулась.

— На очень много всего. Вырастешь, сама поймешь.

— Не хочу.

— Иногда это не спрашивают.

Марк снова посмотрел на дверь.

— Можно его увидеть?

Я знала, что он спросит.

И все равно внутри неприятно сжалось.

— Если хочешь.

— Сейчас?

— Сначала Леон проснется.

— Почему?

— Потому что Кайран приехал из-за него, и я не хочу, чтобы Леон проснулся и обнаружил, что вы уже разговариваете с отцом без него.

Марк кивнул.

Лея ничего не сказала.

— А ты хочешь его увидеть? — спросила я.

Она задумалась.

— Не знаю.

— Это нормально.

— Я посмотрю.

— Хорошо.

— Если не понравится, уйду.

— Хорошо.

Марк фыркнул.

— Ты не можешь понять, нравится тебе человек, просто посмотрев.

Лея посмотрела на брата.

— На тебя получилось.

Он открыл рот.

Я подняла руку.

— Даже не начинайте.

Сверху послышались шаги.

Леон появился в дверях через минуту.

Выглядел он лучше. Лицо не такое бледное, глаза обычные, волосы торчали в разные стороны.

Марк подскочил.

— Ты живой!

— Я и вчера был живой.

— Нас к тебе не пустили.

— Знаю.

— У тебя был волк?

Леон посмотрел на меня.

Я кивнула.

— Не полностью.

Марк подошел ближе.

— Покажи.

— Что?

— Глаза.

— Нет.

— Почему?

— Потому что я не умею.

— А когти?

Леон поморщился.

— Марк.

— Ну интересно же.

— Ему было больно, — сказала Лея.

Марк сразу отступил.

— Сильно?

— Нормально.

— Это значит сильно, — заметила Лея.

Леон сел за стол.

Я поставила перед ним завтрак.

Он посмотрел на брата и сестру.

Потом понял.

— Вы знаете.

— Что отец здесь? — спросил Марк. — Да.

Леон взял ложку.

— Понятно.

— Ты его видел?

— Нет.

— Хочешь?

Леон пожал плечами.

— Не знаю.

— Я хочу.

— Тогда иди.

— Мама сказала ждать тебя.

Леон поднял на меня глаза.

— Зачем?

— Чтобы решение было вашим, а не каждого по отдельности за спиной другого.

Он несколько секунд смотрел на тарелку.

— Я согласен.

— С чем?

— Увидеть.

Марк тут же вскочил.

— Сейчас?

— Дай ему поесть, — сказала я.

Марк сел обратно.

Через три минуты снова спросил:

— Уже?

Леон бросил на него взгляд.

— Ты всегда такой?

— Какой?

— Надоедливый.

— Да.

Лея кивнула.

— Всегда.

После завтрака я спустилась первой.

Кайран находился в комнате возле лечебницы.

Дверь была открыта.

Он стоял у окна, уже полностью одетый, будто вообще не ложился.

Когда услышал мои шаги, повернулся.

На мгновение мне показалось, что он ждал какого-то сообщения о Леоне.

— Как он?

— Лучше.

Напряжение в его плечах немного ослабло.

— Жар?

— Почти прошел.

— Боль возвращалась?

— Нет.

Кайран кивнул.

— Хорошо.

Я осталась у двери.

— Марк и Лея вернулись.

Он замер.

Вот теперь я увидела страх.

Не тот страх, с которым человек идет в бой.

Другой.

Кайран Вальд, который мог войти в зал, где двадцать мужчин спорили о его власти, сейчас не знал, куда деть руки.

— Они знают, что я здесь?

— Да.

— Что ты сказала?

Вопрос сразу заставил меня напрячься.

— Правду.

— Какую именно?

— Ту, которая была.

Он поджал губы.

— Я не собираюсь обсуждать это.

— Тогда зачем спросил?

— Я хотел знать, к чему готовиться.

— К детям.

— Алира.

— Они не Совет. Не нужно подбирать правильную речь.

Кайран провел пальцами по краю подоконника.

— Они хотят меня увидеть?

— Марк да. Лея пока не знает. Леон согласился.

На имени старшего его взгляд изменился.

— Они спустятся?

— Если ты выполнишь несколько условий.

— Каких?

— Не называй себя их отцом так, будто это уже принято всеми.

Он нахмурился.

— Но я их отец.

— По крови.

— Это не мелочь.

— Для них пока почти единственное, что вас связывает.

Кайран замолчал.

Я продолжила:

— Не обещай ничего, чего не сможешь выполнить. Не рассказывай, что хотел приехать раньше, если не приезжал. Не говори, что все сделал ради их безопасности. Не перекладывай на Совет.

— Я и не собирался.

— Хорошо.

— Еще?

— Если кто-то из них захочет уйти, разговор заканчивается.

— Хорошо.

— И не трогай их без разрешения.

Кайран медленно поднял взгляд.

— Ты думаешь, я...

— Я думаю, что они видят тебя впервые.

Он отвел глаза.

— Хорошо.

Я повернулась к лестнице.

— Можете спускаться.

Первым появился Марк.

Конечно.

Он остановился на последней ступеньке и уставился на Кайрана совершенно открыто.

За ним спустилась Лея.

Леон шел последним.

Никто не говорил.

Кайран смотрел на них.

Я стояла сбоку и наблюдала за его лицом.

Три ребенка.

Его дети.

Семь лет назад он видел их только младенцами.

Теперь перед ним стоял Леон с серьезным взглядом и привычкой сжимать губы, когда нервничал. Марк, который изо всех сил пытался не показывать любопытство и проигрывал. Лея, державшая подбородок чуть выше обычного.

У всех троих были черты Кайрана.

Раньше я старалась не замечать.

Сейчас это стало невозможно.

Леон унаследовал форму глаз.

У Марка были его брови и ямочка на подбородке.

У Леи