Цвет империи - Дмитрий Маркович Губин

25 января 1803 года в доме П.В. Завадовского состоялось первое заседание Главного правления училищ, на котором были прочитаны «Предварительные правила народного просвещения». Россия делилась на шесть учебных округов. Во главе округа стоял университет.

Каждый из губернских городов теперь имел своё «губернское училище или гимназию», находившиеся под контролем университета. Директор гимназии был вместе с тем и директором уездных училищ, которых предполагалось, по меньшей мере, по одному в каждом уездном и губернском городе. Наконец, смотритель уездного училища был, в свою очередь, начальником приходских училищ своего уезда. Обучение было бесплатным и доступным для всех сословий. Чтобы поднять престиж гимназического образования, Завадовский отдал своих 10- и 11-летних сыновей, камер-юнкеров, в гимназию.

12 декабря 1802 года был утверждён акт об открытии (на базе захиревшей, но существовавшей с 1632 года Академии Густавиана) Дерптского (ныне Тартуского) университета. На базе Казанской гимназии в 1804 году был учрежден Казанский университет, одновременно с ним – Харьковский.

Учебное и административное устройство университетов основывалось на положениях устава 1804 года, проект которого был предложен харьковцем Василием Каразиным, занимавшим в то время должность в качестве правителя дел главного правления училищ.

Важнейшим отличием этого устава являлась университетская автономия, предполагавшая выборность ректоров, проректоров, профессоров при тайном голосовании, право университета утверждать в учёных степенях, открывать кафедры. В соответствии с уставом университет определялся как «высшее учебное сословие», в котором «приготовляется юношество для вступления в различные звания государственной службы».

Безусловно, главная заслуга в открытии университета в Харькове принадлежит Василию Назаровичу Каразину, который подготовил проект и, как бы теперь сказали, пролоббировал это решение наверху. В начале царствования Александра харьковский помещик Василий Каразин написал анонимное письмо на высочайшее имя с предложениями реформ в духе идей Просвещения. Его идеи понравились молодому государю, автор был разыскан и получил право непосредственно обращаться к императору.

За то время, пока у него существовал высочайший «допуск», Каразин успел довести свои идеи и добиться их внедрения. Земляки знали о возможностях просвещённого харьковского помещика в столице и поэтому с доверием отнеслись к идее сбора средств на открытие университета.

Главным его аргументом в пользу этой идеи было то, что будущим студентам было где готовиться к поступлению. Подготовленных слушателей могли дать университету Харьковский коллегиум и Белгородская семинария, из которых казённокоштными студентами были приняты с разрешения Синода 33 семинариста. По мысли Каразина, университет должен был явиться «не школой по немецкому образцу устроенной, а всеобъемлющим училищем», заключающем в себе соединение различных академий (наук, искусств, инженерной, духовной), университета и низших профессиональных школ.

Структура университета изначально включала четыре отделения: физических и математических наук, словесных наук, нравственных и политических наук, врачебных и медицинских наук и 25 кафедр. Отделение врачебных и медицинских наук из-за отсутствия желающих на нём учиться было открыто только в 1811 году. Студенты первого курса должны были выслушать курс общих наук, а затем могли выбирать специализацию.

Однако на месте подготовка к открытию храма науки проходила не без приключений.

Когда решение наверху уже было принято, в самом Харькове происходила нешуточная баталия. Казалось бы, император Александр I 24 января (5 февраля) 1803 г. издал соответствующий указ, назначил попечителем учебного округа графа Северина Потоцкого, но…

20 мая 1803 года по личному распоряжению губернатора Артакова Харьковский городской голова Егор Урюпин был объявлен умалишённым и насильно помещён в сумасшедший дом. Его болезнь, ставшая поводом для этих действий, продолжалась всего три дня и явно не была помешательством. Купцы Харькова в тот же день заявили, что готовы взять Егора Егоровича на своё попечение и смотрение. Однако харьковский губернатор уже назначил выборы нового городского головы. А тут ещё помещик Каразин со своими планами открытия университета, которые губернатор Артаков упорно не одобрял (отсюда и прижилось в наших краях словечко «заартачиться»), а городская дума поддерживала. Урюпиным на открытие храма науки была собрана от купечества сумма, в семь раз превышающая годовой бюджет города.

К мысли об основании университета Каразин склонил местное дворянство, которое пожертвовало для этого 400 000 рублей. Другие пожертвования (купечества и граждан, екатеринославского дворянства и т. п.) получены были также благодаря влиянию Каразина. Активно поддерживал становление университета и первый харьковский епископ Христофор (Сулима). Из опекаемого им коллегиума вышли не только студенты, но и преподаватели, например, профессор Тимковский. О качестве преподавания в этом учебном заведении говорит тот факт, что в харьковском коллегиуме учился переводчик «Илиады» на русский язык Гнедич.

Однако университет и открылся, только когда Иван Бахтин (1756–1818) сменил на посту губернатора Артакова. Он был человеком просвещённым и к тому же пиитом. Под университетский корпус выделил губернаторскую резиденцию, тот самый дом, где останавливалась по дороге из Крыма Екатерина Великая. Там вуз и находился до 1962 года.

Как же привлекались студенты и слушатели?

Императорский Харьковский университет. Открытка нач. ХХ в.

Для привлечения дворян попечителю Потоцкому приходилось обращаться к содействию окрестных губернаторов. Для купцов и мещан поступление в университет возможно было только

Императорский Харьковский университет. Открытка нач. XX в. после получения увольнительного свидетельства от их обществ, выхлопотать которое было нелегко. Лицам податных сословий поступление в университет было ещё более трудным, да и, по одному из разъяснений министра народного просвещения, во время пребывания их в университете, они считались не студентами, а только вольнослушателями.

В 1805 году изъявили желание поступить в университет ещё 41 человек, однако после сдачи экзаменов были приняты только 24 из них. Таким образом, всего было принято 57 студентов. В 1807 году их было 65, в 1809-м – 72, в 1811-м – 118. Обычно заполнены были только вакансии казеннокоштных, своекоштных поступало мало, особенно на отделение врачебных наук (медицинский факультет), где первый полноценный выпуск принятых в 1811 году студентов состоялся только в 1814 году; до этого, в 1808 году, был выпущен 1 лекарь, в 1809-м – 2 лекаря, в 1812-м -1 лекарь, в 1814-м – 6 кандидатов медицины и 2 лекаря. Чтобы привлечь слушателей на этот факультет, университет должен был давать им разные льготы. Недостаток в студентах заставлял университет относиться очень снисходительно к познаниям абитуриентов.

Но студентов должен был кто-то учить. Русских профессоров не хватало, и попечитель граф Потоцкий обратился к великому Гете с просьбой рекомендовать преподавателей-немцев. Вот как они подбирали профессора философии. Рассматривалось несколько кандидатур на эту должность. Знаменитый Фихте был забракован по причине недостаточного знания латыни, которая была тогда основным языком обучения,