Секс: фантазии, фетиши, страхи. Что такое норма? - Дарья Кугель

Проблема начинается, когда люди договариваются об одном, а внутренне устроены по-другому, и получается, что один человек бессознательно на что-то надеется. Чаще в этой роли выступает женщина. Женская сексуальность более психологична, женское влечение живет в мире чувств и эмоций, где есть забота, внимание, подарки, участие и вовлеченность. На уровне идеи все логично, но в реальности все устроено сложнее и вариативнее. И когда человек теряет контакт со своими чувствами, пряча их от самого себя, возникает главное заблуждение. Именно в этом месте оба начинают обманывать друг друга и каждый себя.

Зачастую такие отношения держатся на чем-то среднем между близостью и ее имитацией. Есть телесная доступность, знакомость, приятные слова после секса, ощущение, что вы не чужие. Но как только один из партнеров приносит в эту конструкцию реальную жизненную нужду, усталость, проблему, просьбу, желание быть услышанным, сразу становится видно, что такой сексуальный «контракт» не может функционировать без близости.

Он всегда делал это только в одной позе

Она решила оживить процесс: сначала села сверху, двигалась красиво, медленно, как в своих лучших фантазиях. Он полюбовался секунд сорок и потянул ее ниже, как было удобнее и привычнее. Тогда она стащила его с кровати.

– Давай стоя! – сказала она и расположилась у стены, красиво изогнувшись.

Он отрегулировал угол, чуть согнулся в коленях, ускорил темп, но мышцы предательски заныли.

– Так неудобно, давай в кровать!

Она легла на живот в позе мартовской кошечки. Он бережно перевернул ее в любимое положение.

– Давай-ка лучше на бок, – сказал он с облегчением.

«Ну вот опять. Уже несколько месяцев наш секс в какой-то ленивой брачной позе… Наверное, это закат», – с печалью подумала она.

«Я и так за день набегался, понапридумывали акробатики… Главное, чтобы удобно было. Сейчас быстренько это самое – и спать», – подумал он.

Она пыталась создать между ними игру, а он каждый раз возвращал их туда, где ему было просто удобно.

Комментарий сексолога

Проблема здесь не в конкретной позе самой по себе, а в том, что партнеры вкладывают в секс разный смысл. Для нее секс – это игра, новизна, фантазия, способ оживить контакт и снова почувствовать легкость. Для него – комфорт, понятный ритм, минимум лишнего напряжения и короткий путь к разрядке. Поэтому она ждет в сексе перемен, а он – стабильности.

В сексуальной близости важна не только техника, но и эротическая атмосфера: интерес, флирт, ответное включение, смена ритма, ощущение игры.

При этом несколько месяцев повторения такой проблемы еще не приговор. Это вполне может быть не устойчивый сценарий, а просто период усталости, рутины и энергосбережения. Часто отношения можно оживить не спором о позах, а сменой обстановки и контекста: секс не только перед сном, а в другое время, отель, отпуск, машина, другая комната, флирт днем, возвращение романтики. Сексу полезны легкость, воображение и ощущение, что вы друг для друга не только супруги, но и любовники.

Он хотел чаще, чем она

Вечер. Дома привычно пахло луком, сливочным маслом и жареной курицей. Она стояла у плиты, помешивала соус, и в этот момент он подошел сзади. Он был голоден, но утолять этот голод нужно было не едой… Руки легли на талию, губы коснулись ушка, потом ниже. От этого можно было бы растаять, если бы не соус в сковороде, бесконечный список дел и усталость, которая в этот момент перекрывала все остальное, что ощущало ее тело.

– Милый, ну не сейчас, утром же было, – сказала она, плавно ускользая из объятий.

«Сколько же секса ему нужно? Я же не машина для удовольствия! Каждый день одно и тоже!» – подумала она.

– Другие бы на твоем месте радовались, что их так хотят, – сказал он.

«Да они и радуются! Только она меня не ценит… Потом пусть не жалуется, что я поздно приезжаю», – подумал он и пошел писать сообщение любовнице.

Комментарий сексолога

Снижение сексуального влечения в паре – одна из самых частых причин обид, тревоги и ощущения, что любовь куда-то ушла. Хотя очень часто уходит не любовь, а та самая острая, гормонально заряженная страсть первых месяцев. В начале отношений мозг живет, подпитываясь новизной, риском, предвкушением и неопределенностью. Именно это подогревает возбуждение. Когда пара становится стабильной, в жизнь приходят быт, дети, усталость, предсказуемость, и организм все чаще работает не в режиме охоты, а в режиме безопасности. Становится больше окситоцина, тепла, привычки, привязанности. Это хорошо для семьи, но не всегда так же хорошо для страсти.

Именно поэтому многие пары в такой момент проходят кризис. Ведь раньше все складывалось и «хотелось» само по себе, а теперь надо специально вспоминать, что вы вообще-то не только родители, партнеры по ипотеке и коллеги по логистике жизни. Один чувствует себя отвергнутым, другой – использованным, один думает, что его больше не любят, другой – что его не слышат и не берегут. Ну а если на этом фоне кто-то идет за подтверждением своей желанности на сторону, проблема не решается, а лишь становится глубже.

Страсть можно вернуть, если не пропустить точку невозврата, когда обид, измен и холода станет уже слишком много. Для этого нужно менять обстановку, выбираться из бытового сценария, добавлять новизну, флирт, игру, отдельное время друг для друга. Не ждать, что желание снова вспыхнет на фоне серой повседневности, а создавать для него условия. Пара, которая понимает, как устроены эти процессы, обычно перестает паниковать и начинает не обвинять друг друга, а заново регулировать свою романтическую и интимную жизнь.

Он не умел доставить удовольствие

На кухне во время ссоры он услышал то, что разделило их брак на до и после.

– Я никогда даже не кончала с тобой! – выкрикнула она так, что эта фраза прозвучала громче всех прочих, которые он слышал за семь лет брака.

Он застыл:

– Ни разу? За семь лет?

– Ну… мне было, конечно, приятно, – неудачно попыталась смягчить сказанное она, понимая, что выдала лишнее. – Не совсем притворялась.

Он вышел, хлопнув дверью.

«Кошмар, неужели все это время я жил в фальшивом браке и слепом неведении? Что я вообще знаю об этой женщине? Какую правду