Холодная война и защита гостайны. 1946–1953 гг. - Геннадий Александрович Куренков

согласовывались с МГБ СССР. Так, в 1947 году в МГБ СССР на согласование была направлена уже упомянутая «Инструкция по ведению секретных работ и делопроизводства в Главкрайобллитах», в 1948 году «Инструкция уполномоченному Совета Министров СССР по охране военной и государственной тайн в печати Главкрайобллита в районе по хранению секретных документов»[157], «Перечень вопросов, обращаемых в органах цензуры и подлежащих засекречиванию»[158], «Перечень сведений, запрещенных к опубликованию в открытой печати и радио»[159] и др. В августе 1948 года 5-е управление МГБ СССР не возражало против издания циркуляра органам цензуры о запрещении печатать в открытых типографиях материалы с ограничительным грифом и приказа о порядке доставки специальных и обязательных экземпляров секретных изданий[160]. В конце 1948 – начале 1949 года МГБ СССР согласовал «Перечень сведений, запрещенных к опубликованию в открытой печати и по радио» и «Обязательные правила цензуры для районной печати и радиовещания». Это были основополагающие документы для работы органов цензуры. Приказом уполномоченного СМ от 31 января 1949 года № 12/368с данные документы вводились в действие. Все экземпляры окончивших действие документов уничтожались в соответствии с инструкцией по обеспечению сохранности государственной тайны в учреждениях и предприятиях СССР. Новые перечни выдавались цензорам только в Главлиты, а в районы посылались «Обязательные правила цензуры для районной печати и радиовещания». Перечни разрешили выдавать через секретные отделы директорам центральных газет, издательств, являющихся официальными органами совминов, исполкомов, партийных органов, а для районной печати – редакторам районных, городских и уездных газет.

Помимо общей проверки цензурных органов проводилась проверка работы их режимно-секретных подразделений. Так, в мае 1947 года было решено производить ежегодные обследования секретных частей управлений и Главкрайобллитов и составлена примерная схема проверок. Проверке подлежали помещения, хранилища, архив, личный состав, секретное делопроизводство, учет печатей и др. секретных документов, допуск к секретным работам и документам, на периферии акты предыдущего обследования и его выполнения[161]. Особенно проверки усилились после выхода соответствующих мартовских постановлений и указа Верховного Совета СССР от 9 июня 1947 года «Об ответственности за разглашение государственной тайны и за утрату документов, составляющих государственную тайну».

За время проверки в 1947 году центрального аппарата Главлита и Мособлгорлита было проверено и секретное делопроизводство Главлита. Контроль исполнения по всей закрытой входящей и исходящей корреспонденции возлагался персонально на начальника Секретного отдела. Видимо, обнаружилось «слабое место», и по результатам проверки было решено выделить в Секретном отделе одного инспектора для работы по контролю исполнения и ревизии хранения документов в аппарате Главлита и его территориальных органах[162]. Также в 1947 году были проверены цензурные органы Украинской ССР. Были обнаружены случаи безответственного хранения перечней и других секретных документов. К примеру, в Черниговской области секретные документы хранились у одного из сотрудников на квартире. Уполномоченный обллита в Сребрянском районе Черниговской области вообще потерял перечень. По приказу уполномоченного СМ от 10 октября 1947 года начальнику Главного управления по Украинской ССР было предписано расследовать случаи утраты и привлечь виновного к уголовной ответственности, передав дело в прокуратуру Военного трибунала[163].

В 1948 году был проверен Горьковский обллит. Проверку производил 5-й отдел Главлита. За январь – июль 1948 г. было обнаружено 40 перечневых нарушений. По результатам проверки работы с секретными документами в Главлите цензору П. был объявлен выговор, запрещено работать с секретными документамии, она была переведена на техническую работу[164].

В 1949 году были проверены крайобллиты Хабаровского края, Приморского края, Бурят-Монгольской АССР, Амурской области. По результатам проверок было рекомендовано организовать работу по изучению перечня и принять меры по хранению секретных документов[165]. Фактически во всех проверенных цензурных органах при проверке соблюдения государственной тайны и секретности в Главлитах были нарушения в ведении секретного делопроизводства, хранении секретных сведений и учете секретных дел. Везде применялись дисциплинарные и организационные меры. Так, выговор за посылку обычной почтой секретного материала был объявлен начальнику Литовского Главлита[166]. По результатам проверки секретного делопроизводства и правил секретности в секретной части Архангельского обллита начальнику обллита был объявлен выговор, начальнику секретной части – строгий выговор. По результатам проверки 5-м отделом Главлита Ставропольского обллита начальнику обллита был объявлен строгий выговор с предупреждением, а начальника секретной части освободили от работы. Было обнаружено много нарушений в секретном делопроизводстве и работе с секретными документами Главлитов Узбекской и Казахской ССР. Начальникам Казахского и Узбекского обллитов были объявлены соответственно выговор и строгий выговор[167]. В апреле 1951 года за выпуск книги «Владимирская область» с грифом «дсп», (был массовый тираж с грифом и указанием цены) начальник Владимирского обллита был снят с должности. По решению Главлита выпуск книги был запрещен, все реализованные экземпляры собраны и до сведения Владимирского облисполкома доведено о нарушении инструкции по соблюдению секретности[168].

В 1951 году были проверены секретные части на предмет учета, движения, оформления, ведения секретного делопроизводства и секретных дел Главлитов Туркменской, Узбекской, Киргизской, Казахской, Таджикской ССР, Дагестанской, Кабардинской, Бурят-Монгольской, Северо-Осетинской, Тувинской, Чувашской, Якутской АССР, Краснодарского, Ставропольского, Хабаровского краев, Грозненского, Бухарского, Самаркандского, Ростовского, Московского, Томского, Владимирского, Курганского, Брянского, Мурманского, Читинского, Сталинградского, Великолукского, Калужского, Ростовского, Тамбовского, Курского обллитов[169]. По результатам проверок руководителям обллитов и начальникам (заведующим) секретных частей были объявлены дисциплинарные взыскания, а за утерю двух секретных документов уволена с работы заместитель Грозненского обллита. Как уже излагалось выше, обнаруженные нарушения должны были устраняться и доложены к определенному сроку. Их исполнение могло быть проверено повторной проверкой органами МГБ. Акты устранения недостатков и нарушений направлялись в Главлит через I отдел. К примеру, в начале 1952 года сообщалось об устранении недостатков в секретном делопроизводстве в Казахском обллите по проверке в феврале 1951 года. По акту проверки МГБ республики установлено, что недостатки устранены, но не во всех обллитах Казахской ССР состояние дел соответствует Инструкции[170].

В мае 1952 года была произведена проверка экспозиций музеев на соответствие условиям сохранения государственной тайны. В результате в циркуляре Главлита от 31 мая 1952 года указывалось на усиление цензорского контроля над политико-идеологическим содержанием экскурсий и выставок и строгом соблюдении в них требований по охране военной и государственной тайн[171].

К 1953 году большинство секретных подразделений цензурных органов было проверено, но проверки продолжались как в целом, так и по отдельным случаям нарушений. Так, в 1953 году по приказу уполномоченного СМ от 27 января за беспечность и грубое нарушение порядка хранения секретных документов цензор… был снят с работы. Он оставил ключ в цензорской комнате издательства «Комсомольская правда» в замочной скважине стола со связкой ключей от сейфа, где хранились секретные документы[172]. В марте 1953 года при проверке Кемеровского обллита органами УМГБ по Кемеровской области были обнаружены нарушения